Топ-34 цитаты Стендаль: жизненные цитаты

Стендаль: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 34 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Во Франш-Конте чем больше нагорожено стен, чем больше щетинятся ваши владения камнями, нагроможденными один на другой, тем больше вы приобретаете прав на уважение соседей.

   Во Франш-Конте чем больше нагорожено стен, чем больше щетинятся ваши владения камнями, нагроможденными один на другой, тем больше вы приобретаете прав на уважение соседей.

   — Стендаль · книга
2. «

   ... Тщеславие проникает в любые сердца, даже и в те, что служат обителью самой непреклонной добродетели...

   ... Тщеславие проникает в любые сердца, даже и в те, что служат обителью самой непреклонной добродетели...

   — Стендаль · книга
3. «

   Престиж! Как, сударь, вы думаете, это пустяки? Почет от дураков, глазеющая в изумлении детвора, зависть богачей, презрение мудреца.

   Престиж! Как, сударь, вы думаете, это пустяки? Почет от дураков, глазеющая в изумлении детвора, зависть богачей, презрение мудреца.

   — Стендаль · книга
4. «

   Тщетно рассудок пытается бороться с подобного рода воспоминаниями [о минувшем счастье], — его мучительные усилия лишь увеличивают их сладостное очарование.

   Тщетно рассудок пытается бороться с подобного рода воспоминаниями [о минувшем счастье], — его мучительные усилия лишь увеличивают их сладостное очарование.

   — Стендаль · книга
5. «

   Заговор уничтожает все титулы, созданные прихотями того или иного общественного строя. Тут человек сразу занимает то место, на которое его возводит умение смотреть смерти в лицо. Даже ум и тот теряет свое могущество…

   Заговор уничтожает все титулы, созданные прихотями того или иного общественного строя. Тут человек сразу занимает то место, на которое его возводит умение смотреть смерти в лицо. Даже ум и тот теряет свое могущество…

   — Стендаль · книга
6. «

   ... Больше всего Жюльен был удивлен необычайной любезностью епископа. Он даже не представлял себе, что учтивость манер может сочетаться с таким непринужденным достоинством.

   ... Больше всего Жюльен был удивлен необычайной любезностью епископа. Он даже не представлял себе, что учтивость манер может сочетаться с таким непринужденным достоинством.

   — Стендаль · книга
7. «

   Едва только он оставлял работу, как им овладевала смертельная скука: таково иссушающее действие этой безукоризненной вежливости, столь строго размеренной, столь точно рассчитанной по ступеням, отвечающим тому или иному положению в светском обществе. Человек с мало-мальски чувствительной душой живо ощущает эту искусственность.

   Едва только он оставлял работу, как им овладевала смертельная скука: таково иссушающее действие этой безукоризненной вежливости, столь строго размеренной, столь точно рассчитанной по ступеням, отвечающим тому или иному положению в светском обществе. Человек с мало-мальски чувствительной душой живо ощущает эту искусственность.

   — Стендаль · книга
8. «

   Когда душа отравлена, ее лечат физическим воздействием и шампанским.

   Когда душа отравлена, ее лечат физическим воздействием и шампанским.

   — Стендаль · книга
9. «

   Мотылек обжигается о пламя свечи... сравнение старое, как мир.

   Мотылек обжигается о пламя свечи... сравнение старое, как мир.

   — Стендаль · книга
10. «

    Жюльен, обезумев от горя и любви, начал было в чем-то оправдываться. Что может быть нелепее? Да можно ли оправдаться в том, что ты перестал нравиться?»

    Жюльен, обезумев от горя и любви, начал было в чем-то оправдываться. Что может быть нелепее? Да можно ли оправдаться в том, что ты перестал нравиться?»

    — Стендаль · книга
11. «

    Вот в том-то и беда — увы! чрезмерной цивилизации. Душа двадцатилетнего юноши, получившего кое-какое образование, чуждается всякой непосредственности, бежит от нее за тридевять земель, а без нее любовь часто образуется в самую вкусную обязанность.

    Вот в том-то и беда — увы! чрезмерной цивилизации. Душа двадцатилетнего юноши, получившего кое-какое образование, чуждается всякой непосредственности, бежит от нее за тридевять земель, а без нее любовь часто образуется в самую вкусную обязанность.

    — Стендаль · книга
12. «

    История Англии показывает мне, все равно как зеркало, все наше будущее. Всегда найдется какой-нибудь король, которому захочется расширить свои прерогативы, всегда мечты о депутатском кресле, слава и сотни тысяч франков, которые загребал Мирабо, будут мешать спать провинциальным богачам, и это у них называется — быть либералом и любить народ. Жажда попасть в пэры или в камер-юнкеры вечно будет подстегивать ультрароялистов. Всякий будет стремиться стать у руля на государственном корабле, ибо за это недурно платят. И неужели там так-таки никогда и не найдется скромного маленького местечка для обыкновенного путешественника?

    История Англии показывает мне, все равно как зеркало, все наше будущее. Всегда найдется какой-нибудь король, которому захочется расширить свои прерогативы, всегда мечты о депутатском кресле, слава и сотни тысяч франков, которые загребал Мирабо, будут мешать спать провинциальным богачам, и это у них называется — быть либералом и любить народ. Жажда попасть в пэры или в камер-юнкеры вечно будет подстегивать ультрароялистов. Всякий будет стремиться стать у руля на государственном корабле, ибо за это недурно платят. И неужели там так-таки никогда и не найдется скромного маленького местечка для обыкновенного путешественника?

    — Стендаль · книга
13. «

    Стараться быть самим собой — единственное средство иметь успех.

    Стараться быть самим собой — единственное средство иметь успех.

    — Стендаль
14. «

    Мы не находим утешения от горя, мы лишь отвлекаемся от него.

    Мы не находим утешения от горя, мы лишь отвлекаемся от него.

    — Стендаль
15. «

    Вежливость и только вежливость — сама по себе вещь достойная, но лишь на первых порах.

    Вежливость и только вежливость — сама по себе вещь достойная, но лишь на первых порах.

    — Стендаль · книга
16. «

    На какую еще жертву может обречь себя человек из любви к богу, как не на добровольное мучение.

    На какую еще жертву может обречь себя человек из любви к богу, как не на добровольное мучение.

    — Стендаль · книга
17. «

    Нам приятна ревность лишь тех, кого мы сами могли бы ревновать.

    Нам приятна ревность лишь тех, кого мы сами могли бы ревновать.

    — Стендаль · книга
18. «

    Рассудочная любовь, конечно, гораздо разумнее любви истинной, но у нее бывают только редкие минуты самозабвения; она слишком хорошо понимает себя, беспрестанно разбирается в себе, она не только не позволяет блуждать мыслям — она и возникает не иначе, как при помощи мысли.

    Рассудочная любовь, конечно, гораздо разумнее любви истинной, но у нее бывают только редкие минуты самозабвения; она слишком хорошо понимает себя, беспрестанно разбирается в себе, она не только не позволяет блуждать мыслям — она и возникает не иначе, как при помощи мысли.

    — Стендаль · книга
19. «

    Вот тебе вся моя политика: я люблю музыку, живопись. Хорошая книга для меня — целое событие.

    Вот тебе вся моя политика: я люблю музыку, живопись. Хорошая книга для меня — целое событие.

    — Стендаль · книга
20. «

    Странное действие брака, каким сделал его XIX век! Скука супружеской жизни наверняка убивает любовь, если она и была до брака, и при этом, говорит некий философ, супруги, достаточно богатые, чтобы не работать, очень скоро не знают, куда деваться от скуки, до того недоедают им мирные семейные радости. А среди женщин только очень сухие натуры не начинают в браке мечтать о любви.

    Странное действие брака, каким сделал его XIX век! Скука супружеской жизни наверняка убивает любовь, если она и была до брака, и при этом, говорит некий философ, супруги, достаточно богатые, чтобы не работать, очень скоро не знают, куда деваться от скуки, до того недоедают им мирные семейные радости. А среди женщин только очень сухие натуры не начинают в браке мечтать о любви.

    — Стендаль · книга