72 известных цитаты Стивена Кинг: цитаты со смыслома

Ниже 72 цитаты Стивена Кинг: цитаты со смыслома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Почувствовать себя ненужным и уйти – не значит проиграть. Терпеть равнодушие и оставаться – это и есть ежеминутное поражение.

   Почувствовать себя ненужным и уйти – не значит проиграть. Терпеть равнодушие и оставаться – это и есть ежеминутное поражение.

   — Стивен Кинг
2. «

   Разве женщина не имеет права на гордость? Разве не имеет она права хотя бы на такую малость, когда не осталось больше ничего и это единственная монетка, завалявшаяся в кошельке? Да, имеет. И еще раз да. И еще раз.

   Разве женщина не имеет права на гордость? Разве не имеет она права хотя бы на такую малость, когда не осталось больше ничего и это единственная монетка, завалявшаяся в кошельке? Да, имеет. И еще раз да. И еще раз.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   Привычка — штука такая. Неискоренимая.

   Привычка — штука такая. Неискоренимая.

   — Стивен Кинг · книга
4. «

   Как говорится, не чини то, что не сломано.

   Как говорится, не чини то, что не сломано.

   — Стивен Кинг · книга
5. «

   Убивать – значит сеять зубы дракона. Я верю, что это так. Я свято верю в это.

   Убивать – значит сеять зубы дракона. Я верю, что это так. Я свято верю в это.

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   Давайте скажу прямо? Если у вас нет времени на чтение, то нет времени (и навыков) для письма. Все просто.

   Давайте скажу прямо? Если у вас нет времени на чтение, то нет времени (и навыков) для письма. Все просто.

   — Стивен Кинг
7. «

   Конечно, до этого не дошло. Мысль, что творчество и дрянь, меняющая сознание, ходят парами, – это один из величайших мифов поп-интеллигенции нашего времени.

   Конечно, до этого не дошло. Мысль, что творчество и дрянь, меняющая сознание, ходят парами, – это один из величайших мифов поп-интеллигенции нашего времени.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   Гордость — незримая кость, не дающая шее согнуться.

   Гордость — незримая кость, не дающая шее согнуться.

   — Стивен Кинг · книга
9. «

   Если ты не будешь контролировать свой гнев, твой гнев будет контролировать тебя.

   Если ты не будешь контролировать свой гнев, твой гнев будет контролировать тебя.

   — Стивен Кинг · книга
10. «

    Но если каждая книга – маленький огонёк в этой темноте (и я в это верю, должен верить, банально это или нет, потому что я пишу эти чёртовы книги), тогда каждая библиотека – это огромный, вечно горящий костёр, вокруг которого каждый день и каждую ночь стоят и согреваются десятки тысяч людей. Температура этого костра не четыреста пятьдесят один градус по Фаренгейту. Здесь четыре тысячи градусов по Фаренгейту, потому что мы говорим не о кухонной духовке, мы говорим о древних пылающих печах разума, о раскалённых докрасна плавильнях интеллекта.

    Но если каждая книга – маленький огонёк в этой темноте (и я в это верю, должен верить, банально это или нет, потому что я пишу эти чёртовы книги), тогда каждая библиотека – это огромный, вечно горящий костёр, вокруг которого каждый день и каждую ночь стоят и согреваются десятки тысяч людей. Температура этого костра не четыреста пятьдесят один градус по Фаренгейту. Здесь четыре тысячи градусов по Фаренгейту, потому что мы говорим не о кухонной духовке, мы говорим о древних пылающих печах разума, о раскалённых докрасна плавильнях интеллекта.

    — Стивен Кинг · книга
11. «

    — Ты посчитаешь, что я сошла с ума. Но это я во всем виновата, в основном... Кэй ударила кулаком по полированному столику красного дерева. Раздался звук, похожий на выстрел из малокалиберного пистолета. Бев подпрыгнула. — Не смей так говорить, — сказала Кэй. Ее щеки горели, карие глаза сверкали от негодования. — Сколько лет мы с тобой дружим? Девять? Десять? Если ты еще раз скажешь, что ты во всем виновата, меня стошнит. Поняла? Меня сейчас чуть не стошнило, мать твою. Ты сейчас не виновата ни в чем, и раньше не была виновата, и не будешь виновата никогда. Неужели ты не понимаешь, что почти все твои друзья знали, что рано или поздно он тебя покалечит, может быть, убьет? Беверли смотрела на нее широко раскрытыми глазами. — И твоя самая большая вина в том, что ты продолжала жить с ним и дала случиться тому, что случилось. Но теперь ты ушла от него. Благодари Бога, что он защитил тебя. И ты сидишь здесь, с поломанными ногтями, порезанной ногой, со следами от ремня на спине, и говоришь мне, что ты во всем виновата?!

    — Ты посчитаешь, что я сошла с ума. Но это я во всем виновата, в основном... Кэй ударила кулаком по полированному столику красного дерева. Раздался звук, похожий на выстрел из малокалиберного пистолета. Бев подпрыгнула. — Не смей так говорить, — сказала Кэй. Ее щеки горели, карие глаза сверкали от негодования. — Сколько лет мы с тобой дружим? Девять? Десять? Если ты еще раз скажешь, что ты во всем виновата, меня стошнит. Поняла? Меня сейчас чуть не стошнило, мать твою. Ты сейчас не виновата ни в чем, и раньше не была виновата, и не будешь виновата никогда. Неужели ты не понимаешь, что почти все твои друзья знали, что рано или поздно он тебя покалечит, может быть, убьет? Беверли смотрела на нее широко раскрытыми глазами. — И твоя самая большая вина в том, что ты продолжала жить с ним и дала случиться тому, что случилось. Но теперь ты ушла от него. Благодари Бога, что он защитил тебя. И ты сидишь здесь, с поломанными ногтями, порезанной ногой, со следами от ремня на спине, и говоришь мне, что ты во всем виновата?!

    — Стивен Кинг · книга
12. «

    Я думаю, ничто не может помешать людям говорить. Но слушать нужно внимательно, и это способность из редких.

    Я думаю, ничто не может помешать людям говорить. Но слушать нужно внимательно, и это способность из редких.

    — Стивен Кинг · книга
13. «

    Порой людей сложно в чём-то убедить... Они должны убедиться сами.

    Порой людей сложно в чём-то убедить... Они должны убедиться сами.

    — Стивен Кинг · книга
14. «

    Наверное, было бы ошибочным полагать, что существует некий предел ужаса, который способен испытать человек. Наоборот, создаётся стойкое впечатление, что кошмар нарастает в геометрической прогрессии, когда тьма всё сгущается, ужасы множатся, одно несчастье влечёт за собой другое, ещё более страшное и безысходное, пока тебе не начинает казаться, что весь мир погрузился во мрак. И, может быть, самый страшный вопрос в данном случае таков: сколько ужаса может выдержать человеческий рассудок, оставаясь при этом здоровым и твёрдым? Понятно, что в самых ужасных событиях есть своя доля абсурда в стиле Руба Голдберга. В какой-то момент всё начинает казаться смешным. Видимо, это и есть та поворотная точка, когда чувство юмора принимается восстанавливать свои позиции.

    Наверное, было бы ошибочным полагать, что существует некий предел ужаса, который способен испытать человек. Наоборот, создаётся стойкое впечатление, что кошмар нарастает в геометрической прогрессии, когда тьма всё сгущается, ужасы множатся, одно несчастье влечёт за собой другое, ещё более страшное и безысходное, пока тебе не начинает казаться, что весь мир погрузился во мрак. И, может быть, самый страшный вопрос в данном случае таков: сколько ужаса может выдержать человеческий рассудок, оставаясь при этом здоровым и твёрдым? Понятно, что в самых ужасных событиях есть своя доля абсурда в стиле Руба Голдберга. В какой-то момент всё начинает казаться смешным. Видимо, это и есть та поворотная точка, когда чувство юмора принимается восстанавливать свои позиции.

    — Стивен Кинг · книга
15. «

    Рано или поздно все мы получаем ответы на самые важные вопросы.

    Рано или поздно все мы получаем ответы на самые важные вопросы.

    — Стивен Кинг · книга
16. «

    Самые красивые слова на любом языке — это «Я прощаю».

    Самые красивые слова на любом языке — это «Я прощаю».

    — Стивен Кинг · книга
17. «

    Виновный убегает, когда его никто не преследует.

    Виновный убегает, когда его никто не преследует.

    — Стивен Кинг · книга
18. «

    Самый глупый вопрос — тот, что остался незаданным.

    Самый глупый вопрос — тот, что остался незаданным.

    — Стивен Кинг · книга
19. «

    Единственный смертный грех — это когда ты сдаёшься.

    Единственный смертный грех — это когда ты сдаёшься.

    — Стивен Кинг · книга
20. «

    Время тоже сковано цепями.

    Время тоже сковано цепями.

    — Стивен Кинг · книга