18 мудрых мыслей Стивена Кинг: цитаты о любви

Подборка из 18 цитат Стивена Кинг: цитаты о любви: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Люди думают, что первая любовь — сплошная романтика и нет ничего романтичнее первого разрыва. Сотни песен сложили о том, как какому-то дураку разбили сердце. Вот только в первый раз сердце разбивается больнее всего, и заживает медленнее, и шрам остается самый заметный. И что в этом романтичного?

   Люди думают, что первая любовь — сплошная романтика и нет ничего романтичнее первого разрыва. Сотни песен сложили о том, как какому-то дураку разбили сердце. Вот только в первый раз сердце разбивается больнее всего, и заживает медленнее, и шрам остается самый заметный. И что в этом романтичного?

   — Стивен Кинг · книга
2. «

   Если сегодня ты не способен никого любить, попытайся хотя бы никого не обидеть.

   Если сегодня ты не способен никого любить, попытайся хотя бы никого не обидеть.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   Он проник в её голову и поселился там, жилец, не прислушивающийся к просьбам хозяйки освободить помещение.

   Он проник в её голову и поселился там, жилец, не прислушивающийся к просьбам хозяйки освободить помещение.

   — Стивен Кинг · книга
4. «

   То, что ты любишь, надо любить еще сильнее, потому что наступит день, когда оно может уйти.

   То, что ты любишь, надо любить еще сильнее, потому что наступит день, когда оно может уйти.

   — Стивен Кинг · книга
5. «

   Любовь — самый пагубный наркотик из всех известных.

   Любовь — самый пагубный наркотик из всех известных.

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   На конце своей жизни она почувствовала тепло, не боль. Ей хватило времени вспомнить его глаза того оттенка синевы, каким бывает небо на рассвете. Ей хватило времени, что бы вспомнить его мчащимся на Быстром по Спуску, с черными волосами, выбивающимися из-под шляпы. Ей хватило времени, чтобы вспомнить, как легко и беззаботно он смеялся, чего уже никогда не будет в той долгой жизни, что он проживет без неё, и этот смех она взяла с собой, когда ветром и жаром вознеслась в чёрное небо, вновь и вновь восклицая его имя, призывая птичек и рыбок, медведей и заек.

   На конце своей жизни она почувствовала тепло, не боль. Ей хватило времени вспомнить его глаза того оттенка синевы, каким бывает небо на рассвете. Ей хватило времени, что бы вспомнить его мчащимся на Быстром по Спуску, с черными волосами, выбивающимися из-под шляпы. Ей хватило времени, чтобы вспомнить, как легко и беззаботно он смеялся, чего уже никогда не будет в той долгой жизни, что он проживет без неё, и этот смех она взяла с собой, когда ветром и жаром вознеслась в чёрное небо, вновь и вновь восклицая его имя, призывая птичек и рыбок, медведей и заек.

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   Боль — величайшая сила любви.

   Боль — величайшая сила любви.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   Любовь не приживается там, где есть только страх, точно так же, как растения редко приживаются там, где всегда темно.

   Любовь не приживается там, где есть только страх, точно так же, как растения редко приживаются там, где всегда темно.

   — Стивен Кинг · книга
9. «

   Я думаю для мужчин любовь — это вожделение и восторг; смешанные в равных долях. Восторг часть женщин понимает. Насчёт вожделения... им кажется, что понимают.

   Я думаю для мужчин любовь — это вожделение и восторг; смешанные в равных долях. Восторг часть женщин понимает. Насчёт вожделения... им кажется, что понимают.

   — Стивен Кинг · книга
10. «

    Жизнь — штука жесткая... ей на нас плевать. Не то, чтоб она ненавидела нас... нет, но и любить нас она тоже не любит.

    Жизнь — штука жесткая... ей на нас плевать. Не то, чтоб она ненавидела нас... нет, но и любить нас она тоже не любит.

    — Стивен Кинг · книга
11. «

    Трудно смириться с мыслью, что лицо, которое ты любила, оказалось всего лишь маской...

    Трудно смириться с мыслью, что лицо, которое ты любила, оказалось всего лишь маской...

    — Стивен Кинг · книга
12. «

    Бессердечное существо — это существо, не умеющее любить, а существо, не умеющее любить, — это животное. Зверь. Если бы быть только зверем, это еще можно как-то вынести, но человек, который стал зверем, должен будет потом расплатиться за это, и плата будет страшна… но что, если ты все же достигнешь того, к чему так стремишься? Что, если ты, бессердечный, возьмешь приступом Темную Башню и покоришь ее? Если в сердце твоем нет ничего, кроме тьмы, что тебе остается, как не превратиться из зверя в чудовище? Добиться своей вожделенной цели, будучи зверем, – в том была бы какая-то горькая ирония, это все равно что рассматривать слона через увеличительное стекло. Но добиться своей цели, будучи чудовищем…

    Бессердечное существо — это существо, не умеющее любить, а существо, не умеющее любить, — это животное. Зверь. Если бы быть только зверем, это еще можно как-то вынести, но человек, который стал зверем, должен будет потом расплатиться за это, и плата будет страшна… но что, если ты все же достигнешь того, к чему так стремишься? Что, если ты, бессердечный, возьмешь приступом Темную Башню и покоришь ее? Если в сердце твоем нет ничего, кроме тьмы, что тебе остается, как не превратиться из зверя в чудовище? Добиться своей вожделенной цели, будучи зверем, – в том была бы какая-то горькая ирония, это все равно что рассматривать слона через увеличительное стекло. Но добиться своей цели, будучи чудовищем…

    — Стивен Кинг · книга
13. «

    Какое там все по-прежнему, без него все не так, ей его недостает, у нее внутри дыра, и ветер, еще более холодный, чем прилетает из Йеллоунайфа, теперь продувает ее насквозь, а мир — такой пустой, настолько лишен любви, когда нет никого, кто выкрикивает твое имя и зовет тебя домой.

    Какое там все по-прежнему, без него все не так, ей его недостает, у нее внутри дыра, и ветер, еще более холодный, чем прилетает из Йеллоунайфа, теперь продувает ее насквозь, а мир — такой пустой, настолько лишен любви, когда нет никого, кто выкрикивает твое имя и зовет тебя домой.

    — Стивен Кинг · книга
14. «

    — Любовь — это старая ослепшая ведьма. Она беспощадна и ненасытна. — Чем же она питается? — спросил я, не зная, что сказать. — Дружбой, — сказал Георг ЛеБей. — Она питается дружбой.

    — Любовь — это старая ослепшая ведьма. Она беспощадна и ненасытна. — Чем же она питается? — спросил я, не зная, что сказать. — Дружбой, — сказал Георг ЛеБей. — Она питается дружбой.

    — Стивен Кинг · книга
15. «

    Жизнь — видимость, любовь — колдовство. Возможно, мы встретимся вновь, на пустоши в конце тропы.

    Жизнь — видимость, любовь — колдовство. Возможно, мы встретимся вновь, на пустоши в конце тропы.

    — Стивен Кинг · книга
16. «

    ... для любви не нужно слов, и более того, слова могут убить любовь.

    ... для любви не нужно слов, и более того, слова могут убить любовь.

    — Стивен Кинг · книга
17. «

    Жаждем мы любви полёта - А находим цепи гнёта.

    Жаждем мы любви полёта - А находим цепи гнёта.

    — Стивен Кинг · книга
18. «

    Когда твой любовник начинает бояться «обидеть» тебя, он перестает быть твоим любовником.

    Когда твой любовник начинает бояться «обидеть» тебя, он перестает быть твоим любовником.

    — Стивен Кинг · книга