54 мудрых мыслей Стивена Кинг: цитаты о любви

Подборка из 54 цитаты Стивена Кинг: цитаты о любви: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Отчего-то именно в возможности вести себя по-дикарски мужчины находили особенное удовольствие. Когда задумаешься о таком, кажется просто неслыханным чудом, что женщины вообще способны любить лучших из них, не говоря уже об остальных.

   Отчего-то именно в возможности вести себя по-дикарски мужчины находили особенное удовольствие. Когда задумаешься о таком, кажется просто неслыханным чудом, что женщины вообще способны любить лучших из них, не говоря уже об остальных.

   — Стивен Кинг · книга
2. «

   — Я должен радоваться тому, что ты встретила кого-то милого? — Не знаю, Джордж... Ты рад? — Нет (Я хочу его убить). — Роджер симпатичный, — говорила она бесстрастным голосом. — Приятный в общении. Учился в Йеле. Он знает, чем занять девушку, чтобы она хорошо провела время. И он высокий. Тут мое второе «я» более не пожелало молчать. — Я хочу его убить. Она рассмеялась, и в этом смехе слышалось облегчение. — Я говорю это не для того, чтобы причинить тебе боль или испортить настроение. — Правда? А для чего ты мне это говоришь? — Мы встречались три или четыре раза. Он меня целовал... Мы немного... Обнимались, как дети... (Я хочу не просто убить его. Я хочу убить его медленно) — Но это не так как с тобой. Может, станет со временем. Может, и нет.

   — Я должен радоваться тому, что ты встретила кого-то милого? — Не знаю, Джордж... Ты рад? — Нет (Я хочу его убить). — Роджер симпатичный, — говорила она бесстрастным голосом. — Приятный в общении. Учился в Йеле. Он знает, чем занять девушку, чтобы она хорошо провела время. И он высокий. Тут мое второе «я» более не пожелало молчать. — Я хочу его убить. Она рассмеялась, и в этом смехе слышалось облегчение. — Я говорю это не для того, чтобы причинить тебе боль или испортить настроение. — Правда? А для чего ты мне это говоришь? — Мы встречались три или четыре раза. Он меня целовал... Мы немного... Обнимались, как дети... (Я хочу не просто убить его. Я хочу убить его медленно) — Но это не так как с тобой. Может, станет со временем. Может, и нет.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   Он готов поверить, что Бог есть любовь, но диву даешься, как любящий и всеблагой Бог мог сотворить мужчину и женщину достаточно разумными, чтобы высадиться на Луне, и достаточно бестолковыми, чтобы в конце концов не перестать возлагать надежду на такие понятия, как «отныне и вовек».

   Он готов поверить, что Бог есть любовь, но диву даешься, как любящий и всеблагой Бог мог сотворить мужчину и женщину достаточно разумными, чтобы высадиться на Луне, и достаточно бестолковыми, чтобы в конце концов не перестать возлагать надежду на такие понятия, как «отныне и вовек».

   — Стивен Кинг · книга
4. «

   Любовь нельзя перекрыть, как вентиль, даже если после двадцати семи лет брака она становится похожей на привычку. Любовь идёт от сердца, а у сердца свои законы.

   Любовь нельзя перекрыть, как вентиль, даже если после двадцати семи лет брака она становится похожей на привычку. Любовь идёт от сердца, а у сердца свои законы.

   — Стивен Кинг · книга
5. «

   Любовь — как грубое прикосновение к щеке, резкое, царапающее...

   Любовь — как грубое прикосновение к щеке, резкое, царапающее...

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   Розы вянут... Сад пропал...

   Розы вянут... Сад пропал...

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   Жаждем мы любви полёта - А находим цепи гнёта.

   Жаждем мы любви полёта - А находим цепи гнёта.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   Бессердечное существо — это существо, не умеющее любить, а существо, не умеющее любить, — это животное. Зверь. Если бы быть только зверем, это еще можно как-то вынести, но человек, который стал зверем, должен будет потом расплатиться за это, и плата будет страшна… но что, если ты все же достигнешь того, к чему так стремишься? Что, если ты, бессердечный, возьмешь приступом Темную Башню и покоришь ее? Если в сердце твоем нет ничего, кроме тьмы, что тебе остается, как не превратиться из зверя в чудовище? Добиться своей вожделенной цели, будучи зверем, – в том была бы какая-то горькая ирония, это все равно что рассматривать слона через увеличительное стекло. Но добиться своей цели, будучи чудовищем…

   Бессердечное существо — это существо, не умеющее любить, а существо, не умеющее любить, — это животное. Зверь. Если бы быть только зверем, это еще можно как-то вынести, но человек, который стал зверем, должен будет потом расплатиться за это, и плата будет страшна… но что, если ты все же достигнешь того, к чему так стремишься? Что, если ты, бессердечный, возьмешь приступом Темную Башню и покоришь ее? Если в сердце твоем нет ничего, кроме тьмы, что тебе остается, как не превратиться из зверя в чудовище? Добиться своей вожделенной цели, будучи зверем, – в том была бы какая-то горькая ирония, это все равно что рассматривать слона через увеличительное стекло. Но добиться своей цели, будучи чудовищем…

   — Стивен Кинг · книга
9. «

   ...женская любовь непредсказуема и жестока; это всегда любовь с открытыми глазами, эгоистичная и расчетливая.

   ...женская любовь непредсказуема и жестока; это всегда любовь с открытыми глазами, эгоистичная и расчетливая.

   — Стивен Кинг · книга
10. «

    Любовь — как поцелуй на рассвете... или как последний, настоящий поцелуй в конце любовных романов серии «Арлекин»... Любовь — как розы в сумерках...

    Любовь — как поцелуй на рассвете... или как последний, настоящий поцелуй в конце любовных романов серии «Арлекин»... Любовь — как розы в сумерках...

    — Стивен Кинг · книга
11. «

    Боль — величайшая сила любви.

    Боль — величайшая сила любви.

    — Стивен Кинг · книга
12. «

    Какое там все по-прежнему, без него все не так, ей его недостает, у нее внутри дыра, и ветер, еще более холодный, чем прилетает из Йеллоунайфа, теперь продувает ее насквозь, а мир — такой пустой, настолько лишен любви, когда нет никого, кто выкрикивает твое имя и зовет тебя домой.

    Какое там все по-прежнему, без него все не так, ей его недостает, у нее внутри дыра, и ветер, еще более холодный, чем прилетает из Йеллоунайфа, теперь продувает ее насквозь, а мир — такой пустой, настолько лишен любви, когда нет никого, кто выкрикивает твое имя и зовет тебя домой.

    — Стивен Кинг · книга
13. «

    Настоящая любовь, как любой другой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, скучна… как только открытие сделано, поцелуи быстро плесневеют, а ласки надоедают… Разумеется, речь идёт не о тех, кто разделяет эти поцелуи, кому предназначены эти ласки, от которых окружающий мир становится красивее и ярче. Как и в случае с тяжёлым наркотиком, настоящая первая любовь по большому счёту интересна только её пленникам. И как любой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, настоящая первая любовь опасна.

    Настоящая любовь, как любой другой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, скучна… как только открытие сделано, поцелуи быстро плесневеют, а ласки надоедают… Разумеется, речь идёт не о тех, кто разделяет эти поцелуи, кому предназначены эти ласки, от которых окружающий мир становится красивее и ярче. Как и в случае с тяжёлым наркотиком, настоящая первая любовь по большому счёту интересна только её пленникам. И как любой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, настоящая первая любовь опасна.

    — Стивен Кинг · книга
14. «

    Любовь — это залезть и вставить! Это ничто! Это мерзость, вот и все!

    Любовь — это залезть и вставить! Это ничто! Это мерзость, вот и все!

    — Стивен Кинг · книга
15. «

    — Ральф, почему ты так странно на меня смотришь? «Потому что ты очень красивая и потому что я в тебя влюбился, — зачарованно подумал Ральф. — И сейчас я настолько в тебя влюблен, что мне кажется, я тону в тебе. И знаешь, мне нравится такая смерть».

    — Ральф, почему ты так странно на меня смотришь? «Потому что ты очень красивая и потому что я в тебя влюбился, — зачарованно подумал Ральф. — И сейчас я настолько в тебя влюблен, что мне кажется, я тону в тебе. И знаешь, мне нравится такая смерть».

    — Стивен Кинг · книга
16. «

    ...и Бен все съедал, хотя где-то и ненавидел себя за это (но никогда — маму, за то, что она приносила ему тарелку; Бен Хэнском не решился бы ненавидеть свою маму; Господь, конечно же, убил бы его на месте, если б он хоть на секунду ощутил это жестокое, неблагодарное чувство).

    ...и Бен все съедал, хотя где-то и ненавидел себя за это (но никогда — маму, за то, что она приносила ему тарелку; Бен Хэнском не решился бы ненавидеть свою маму; Господь, конечно же, убил бы его на месте, если б он хоть на секунду ощутил это жестокое, неблагодарное чувство).

    — Стивен Кинг · книга
17. «

    Сердца же очень крепки, Пит. Чаще всего они не разбиваются. Чаще всего они только чуть проминаются.

    Сердца же очень крепки, Пит. Чаще всего они не разбиваются. Чаще всего они только чуть проминаются.

    — Стивен Кинг · книга
18. «

    Чем меньше знаешь, тем больше веришь.

    Чем меньше знаешь, тем больше веришь.

    — Стивен Кинг · книга
19. «

    Было бы проще, если бы он хотел только спать со мной. Но любовь гораздо опаснее.

    Было бы проще, если бы он хотел только спать со мной. Но любовь гораздо опаснее.

    — Стивен Кинг · книга
20. «

    Люди думают, что первая любовь — сплошная романтика и нет ничего романтичнее первого разрыва. Сотни песен сложили о том, как какому-то дураку разбили сердце. Вот только в первый раз сердце разбивается больнее всего, и заживает медленнее, и шрам остается самый заметный. И что в этом романтичного?

    Люди думают, что первая любовь — сплошная романтика и нет ничего романтичнее первого разрыва. Сотни песен сложили о том, как какому-то дураку разбили сердце. Вот только в первый раз сердце разбивается больнее всего, и заживает медленнее, и шрам остается самый заметный. И что в этом романтичного?

    — Стивен Кинг · книга