25 цитат Стюарта Тёртона, которые стоит перечитать

Подборка из 25 цитат Стюарта Тёртона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жадность убивает даже самых осторожных.

   Жадность убивает даже самых осторожных.

   — Сэмюэль Пипс · книга
2. «

   – Это получилось случайно. – Самое плохое обычно с этого и начинается.

   – Это получилось случайно. – Самое плохое обычно с этого и начинается.

   — Арент Хейс · книга
3. «

   Некоторые песни – не просто песни. Они разжигают тлеющие воспоминания. Пробуждают в сердце тоску.

   Некоторые песни – не просто песни. Они разжигают тлеющие воспоминания. Пробуждают в сердце тоску.

   — Дьявол и темная вода · книга
4. «

   Человек может простить что угодно, кроме несправедливости.

   Человек может простить что угодно, кроме несправедливости.

   — Дьявол и темная вода · книга
5. «

   Демонов не существует. А вот сделку заключить можно всегда.

   Демонов не существует. А вот сделку заключить можно всегда.

   — Сэмюэль Пипс · книга
6. «

   Войну славят только поэты, чтобы власть имущие не чувствовали себя виноватыми в резне, устроенной на их деньги. А простому солдату суждено погибнуть на чужбине за короля, который не дал бы ему и крошки со своего стола.

   Войну славят только поэты, чтобы власть имущие не чувствовали себя виноватыми в резне, устроенной на их деньги. А простому солдату суждено погибнуть на чужбине за короля, который не дал бы ему и крошки со своего стола.

   — Арент Хейс · книга
7. «

   Я рассеянно беру платок, благодарю. Всё как в тумане, я ошеломлён, не могу поверить в происходящее. Вытерев с лица кровь Стэнуина, я недоумённо разглядываю алые пятна на платке, будто ожидаю объяснений. Я только что разговаривал со Стэнуином, а теперь он убит, и я не понимаю, как смерть может быть такой... мгновенной. Должно ведь быть нечто большее — погоня, страх, какое-то предупреждение. Нельзя же просто умереть. Это похоже на мошенничество: уже и так много заплачено, а требуют ещё больше.

   Я рассеянно беру платок, благодарю. Всё как в тумане, я ошеломлён, не могу поверить в происходящее. Вытерев с лица кровь Стэнуина, я недоумённо разглядываю алые пятна на платке, будто ожидаю объяснений. Я только что разговаривал со Стэнуином, а теперь он убит, и я не понимаю, как смерть может быть такой... мгновенной. Должно ведь быть нечто большее — погоня, страх, какое-то предупреждение. Нельзя же просто умереть. Это похоже на мошенничество: уже и так много заплачено, а требуют ещё больше.

   — Айден Слоун · книга
8. «

   Все считают, что корабль плывет сам по себе, были бы ветер да волны. А это не так. Управлять кораблем – значит управлять матросами, а они полны суеверий и злобы. Попадешь ли ты домой, зависит от убийц, воров и прочего отребья, которое больше ни на что не годно. Они на этом корабле только потому, что на суше их бы давно вздернули. Они вспыльчивы и буйны в гневе, а мы согнали их всех вместе туда, где даже скот держать нельзя. Капитан Кроуэлс управляет кораблем, а я удерживаю команду от мятежа. Стоит одному из нас оплошать, и мы все покойники. <...> Знаешь, почему матросы терпеть не могут солдат? Потому что мы их так настраиваем. Иначе они поймут, что на самом деле ненавидят друг друга, и тогда дома нам не видать.

   Все считают, что корабль плывет сам по себе, были бы ветер да волны. А это не так. Управлять кораблем – значит управлять матросами, а они полны суеверий и злобы. Попадешь ли ты домой, зависит от убийц, воров и прочего отребья, которое больше ни на что не годно. Они на этом корабле только потому, что на суше их бы давно вздернули. Они вспыльчивы и буйны в гневе, а мы согнали их всех вместе туда, где даже скот держать нельзя. Капитан Кроуэлс управляет кораблем, а я удерживаю команду от мятежа. Стоит одному из нас оплошать, и мы все покойники. <...> Знаешь, почему матросы терпеть не могут солдат? Потому что мы их так настраиваем. Иначе они поймут, что на самом деле ненавидят друг друга, и тогда дома нам не видать.

   — Исаак Ларм · книга
9. «

   Лгут обычно или нагло, или робко.

   Лгут обычно или нагло, или робко.

   — Доротея · книга
10. «

    Всю жизнь она изучала поведение мужчин. Не из любви или из восхищения, как подобало бы женщине, а из страха. Мужчины опасны. Их нрав переменчив и резко портится от досады, а досадуют они часто – чаще всего на собственные недостатки, хотя только дурак осмелится им на них указывать.

    Всю жизнь она изучала поведение мужчин. Не из любви или из восхищения, как подобало бы женщине, а из страха. Мужчины опасны. Их нрав переменчив и резко портится от досады, а досадуют они часто – чаще всего на собственные недостатки, хотя только дурак осмелится им на них указывать.

    — Дьявол и темная вода · книга
11. «

    Суеверия. Только они держат нас на плаву.

    Суеверия. Только они держат нас на плаву.

    — Адриан Кроуэлс · книга
12. «

    Любовь ни с чем не спутаешь, потому что она ни на что больше не похожа. Она не умеет скрываться и притворяться, ее нельзя не заметить.

    Любовь ни с чем не спутаешь, потому что она ни на что больше не похожа. Она не умеет скрываться и притворяться, ее нельзя не заметить.

    — Сэмюэль Пипс · книга
13. «

    Гнев делает из достойных мужей упрямцев, а упрямцы выглядят жалко.

    Гнев делает из достойных мужей упрямцев, а упрямцы выглядят жалко.

    — Кресси Йенс · книга
14. «

    Богачи полагали, что все их состояние играет роль слуги, исполняющего любой каприз хозяина. Они ошибались. Богатство было их господином, и только его голос они слышали. Во имя него жертвовали дружбой, ради его защиты попирали принципы. Им все время было мало. Они сходили с ума в погоне за еще большим богатством, а в итоге в одиночестве чахли над златом, всеми презираемые, всего боящиеся.

    Богачи полагали, что все их состояние играет роль слуги, исполняющего любой каприз хозяина. Они ошибались. Богатство было их господином, и только его голос они слышали. Во имя него жертвовали дружбой, ради его защиты попирали принципы. Им все время было мало. Они сходили с ума в погоне за еще большим богатством, а в итоге в одиночестве чахли над златом, всеми презираемые, всего боящиеся.

    — Дьявол и темная вода · книга
15. «

    Вина, словно грязь. Она въедается в кожу и не смывается.

    Вина, словно грязь. Она въедается в кожу и не смывается.

    — Дьявол и темная вода · книга
16. «

    – Моя бабушка Хизер Хардкасл, – произносит Эвелина, заметив, что он разглядывает картину на стене. – Портрет ей не льстит, она презирала лесть во всех её проявлениях.

    – Моя бабушка Хизер Хардкасл, – произносит Эвелина, заметив, что он разглядывает картину на стене. – Портрет ей не льстит, она презирала лесть во всех её проявлениях.

    — Эвелина Хардкасл · книга
17. «

    – Я думаю, что демон – отец. – Твой отец? – Нет, не он. Я уже столько лет имею дело с его злобой. Она его собственная, уж поверь.

    – Я думаю, что демон – отец. – Твой отец? – Нет, не он. Я уже столько лет имею дело с его злобой. Она его собственная, уж поверь.

    — Лия Ян · книга
18. «

    Каждое завтра – бесценный дар. До него нужно только дойти.

    Каждое завтра – бесценный дар. До него нужно только дойти.

    — Семь смертей Эвелины Хардкасл · книга
19. «

    Бедный мальчик. Из него выбили всю храбрость, а теперь пинают за трусость.

    Бедный мальчик. Из него выбили всю храбрость, а теперь пинают за трусость.

    — Айден Слоун · книга
20. «

    Возможно, пришло время дьяволу сделать то, за что не возьмется Бог.

    Возможно, пришло время дьяволу сделать то, за что не возьмется Бог.

    — Кресси Йенс · книга