25 цитат Татьяны Устиновы — коротко и по делу

Татьяна Устинова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 25 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Завтра все изменится, окончательно и бесповоротно, как будто великан наступил на домик лилипута – в порошок не растер, но примял изрядно, и теперь все там, в домике, примятые, странные, не осознавшие своего нового положения.

   Завтра все изменится, окончательно и бесповоротно, как будто великан наступил на домик лилипута – в порошок не растер, но примял изрядно, и теперь все там, в домике, примятые, странные, не осознавшие своего нового положения.

   — Надежда Звонарёва · книга
2. «

   ...гораздо интересней жить, когда много знаешь!... Сразу всё по-другому видишь!..

   ...гораздо интересней жить, когда много знаешь!... Сразу всё по-другому видишь!..

   — Пояс Ориона · книга
3. «

   Не иметь проще, чем терять.

   Не иметь проще, чем терять.

   — Пороки и их поклонники · книга
4. «

   Счастье <...> бывает в голове. Собственно, только там оно и бывает.

   Счастье <...> бывает в голове. Собственно, только там оно и бывает.

   — Гений пустого места · книга
5. «

   Это просто снег, Питер и третий четверг ноября закружили ей голову.

   Это просто снег, Питер и третий четверг ноября закружили ей голову.

   — Третий четверг ноября · книга
6. «

   Я не могу жить с людьми, потому что я теперь не понимаю, люди они или крокодилы. Я буду один, пока не научусь в этом разбираться. Может быть, этого не произойдет никогда, и, вероятно, именно поэтому личности посильнее меня ударялись в монашество и схимничество. Потому что они боялись крокодилов, что совершенно естественно для людей!... Я никогда не смогу никому доверять, я все время буду ждать подвоха, и самых лучших из людей я стану подозревать в том, что они… крокодилы.

   Я не могу жить с людьми, потому что я теперь не понимаю, люди они или крокодилы. Я буду один, пока не научусь в этом разбираться. Может быть, этого не произойдет никогда, и, вероятно, именно поэтому личности посильнее меня ударялись в монашество и схимничество. Потому что они боялись крокодилов, что совершенно естественно для людей!... Я никогда не смогу никому доверять, я все время буду ждать подвоха, и самых лучших из людей я стану подозревать в том, что они… крокодилы.

   — Максим Вавилов · книга
7. «

   Своя квартира — не роскошь, а жизненная необходимость, как воздух, вода, еда, любовь близких…

   Своя квартира — не роскошь, а жизненная необходимость, как воздух, вода, еда, любовь близких…

   — Я - судья. Кредит доверчивости · книга
8. «

   ... В Москве все было не так, как в остальном мире... <...> Правильного, чистенького и блестящего, как парниковый огурец, европейца Москва ошеломила с первой же минуты, вывалив на него наглость, хамство и тяжеловесную, неотвязную услужливость таксистов в Шереметьево, бравших «до центра» сотню долларов. Потом к этому добавились постоянно висящий в воздухе автомобильный смрад, то и дело принимающийся дождь, низкое серое небо, неприветливые лица прохожих и непрерывная истерия водителей в бескрайних, вонючих, вынимающих всю душу «пробках». Каменная сердцевина этого города пугала и завораживала одновременно. Ничего не помогало – ни вывески знаменитых европейских бутиков, ни глянец, наведенный в последние годы на несколько главных центральных улиц, ни вездесущий «Макдоналдс», подмигивающий рекламой «Кока-колы» и телевизоров «Самсунг». Все равно этот громадный, мрачный, бестолково выстроенный город никак не становился европейской столицей. Царь Петр давно уже умер, бояре исправно научились брить бороды, пить кофе и даже полюбили европейские машины, которые в народе именовались идиотским словом «иномарка», а Европа по-прежнему отстояла от Москвы так же далеко, как Великая Китайская стена от аэропорта имени Кеннеди.

   ... В Москве все было не так, как в остальном мире... <...> Правильного, чистенького и блестящего, как парниковый огурец, европейца Москва ошеломила с первой же минуты, вывалив на него наглость, хамство и тяжеловесную, неотвязную услужливость таксистов в Шереметьево, бравших «до центра» сотню долларов. Потом к этому добавились постоянно висящий в воздухе автомобильный смрад, то и дело принимающийся дождь, низкое серое небо, неприветливые лица прохожих и непрерывная истерия водителей в бескрайних, вонючих, вынимающих всю душу «пробках». Каменная сердцевина этого города пугала и завораживала одновременно. Ничего не помогало – ни вывески знаменитых европейских бутиков, ни глянец, наведенный в последние годы на несколько главных центральных улиц, ни вездесущий «Макдоналдс», подмигивающий рекламой «Кока-колы» и телевизоров «Самсунг». Все равно этот громадный, мрачный, бестолково выстроенный город никак не становился европейской столицей. Царь Петр давно уже умер, бояре исправно научились брить бороды, пить кофе и даже полюбили европейские машины, которые в народе именовались идиотским словом «иномарка», а Европа по-прежнему отстояла от Москвы так же далеко, как Великая Китайская стена от аэропорта имени Кеннеди.

   — Мой личный враг · книга
9. «

   Нужно приказать себе не думать, как бы перескочить через сегодняшний день и жить уже в завтрашнем, когда все самое страшное будет далеко позади.

   Нужно приказать себе не думать, как бы перескочить через сегодняшний день и жить уже в завтрашнем, когда все самое страшное будет далеко позади.

   — На одном дыхании · книга
10. «

    Человечество никогда не договорится с человечеством. И надеяться не на что. Какой там гипотетический враг, прилетевший из космоса на сверкающем металлическом аппарате, ощерившемся лазерными пушками и аннигиляционными двигателями! Зачем? Мы сами справимся, без пришельцев. Мы уничтожим друг друга, но есть некоторая надежда, что уничтожать будем долго, потянем еще.

    Человечество никогда не договорится с человечеством. И надеяться не на что. Какой там гипотетический враг, прилетевший из космоса на сверкающем металлическом аппарате, ощерившемся лазерными пушками и аннигиляционными двигателями! Зачем? Мы сами справимся, без пришельцев. Мы уничтожим друг друга, но есть некоторая надежда, что уничтожать будем долго, потянем еще.

    — Богиня прайм-тайма · книга
11. «

    ...всякая нормальная женщина точно знает, на что способен, а на что не способен её муж, и внезапное превращение из принца в чудовище не может застать её врасплох!..

    ...всякая нормальная женщина точно знает, на что способен, а на что не способен её муж, и внезапное превращение из принца в чудовище не может застать её врасплох!..

    — Пояс Ориона · книга
12. «

    Так, как придумывает жизнь, ни один автор не придумает.

    Так, как придумывает жизнь, ни один автор не придумает.
13. «

    Приятное, особенное чувство, когда женщина нравится, и она – собственная жена.

    Приятное, особенное чувство, когда женщина нравится, и она – собственная жена.

    — Пояс Ориона · книга
14. «

    Этого не может быть. Я ошибся квартирой. Или домом. Или жизнью.

    Этого не может быть. Я ошибся квартирой. Или домом. Или жизнью.

    — Близкие люди · книга
15. «

    Приступать к еде, не сделав её фото или видео, у модных блогеров не принято, это даже более обязательная часть застольной программы, чем предварительное мытье рук.

    Приступать к еде, не сделав её фото или видео, у модных блогеров не принято, это даже более обязательная часть застольной программы, чем предварительное мытье рук.

    — По ЗОЖу сердца · книга
16. «

    Вот и думай после этого, какой лучше быть — умной или красивой? У умных — проблемы, они сидят за рулем и денег до зарплаты дают, а красивые… флиртуют, шепчутся, поцелуйчики воздушные посылают, и не беда, что деньги растратили раньше времени — умные им займут…

    Вот и думай после этого, какой лучше быть — умной или красивой? У умных — проблемы, они сидят за рулем и денег до зарплаты дают, а красивые… флиртуют, шепчутся, поцелуйчики воздушные посылают, и не беда, что деньги растратили раньше времени — умные им займут…

    — Я - судья. Кредит доверчивости · книга
17. «

    Непонятно, что сделалось в этот момент. Вроде бы молния не сверкнула. Вроде бы гром не грянул. Нет, не грянул.

    Непонятно, что сделалось в этот момент. Вроде бы молния не сверкнула. Вроде бы гром не грянул. Нет, не грянул.

    — Третий четверг ноября · книга
18. «

    Прошло 400 лет, а ничего не поменялось. Мы точно так же не умеем жить настоящим, а только предвкушаем и торопим будущее или стараемся вернуть прошлое, словно оно ушло слишком рано... На самом деле, настоящее — это единственное, что у нас есть. Этот вечер сегодняшний, неделя, которая началась, чашка кофе, новое платье — это то, чему стоит уделять внимание. Не могу сказать, что я окончательно перестроилась, но я стараюсь. Стараюсь почувствовать, порадоваться именно сейчас — что ещё не выросли дети, не состарились родители, можно научиться чему-то и желания есть какие-то. Пусть они иногда невыполнимые или глупые — неважно. Главное, что они есть сейчас. Это ощущение простых радостей, которые всегда с тобой, — оно гораздо важнее. Когда напоминаешь себе об этом всерьёз, вот тогда действительно становится немного легче и радостнее жить.

    Прошло 400 лет, а ничего не поменялось. Мы точно так же не умеем жить настоящим, а только предвкушаем и торопим будущее или стараемся вернуть прошлое, словно оно ушло слишком рано... На самом деле, настоящее — это единственное, что у нас есть. Этот вечер сегодняшний, неделя, которая началась, чашка кофе, новое платье — это то, чему стоит уделять внимание. Не могу сказать, что я окончательно перестроилась, но я стараюсь. Стараюсь почувствовать, порадоваться именно сейчас — что ещё не выросли дети, не состарились родители, можно научиться чему-то и желания есть какие-то. Пусть они иногда невыполнимые или глупые — неважно. Главное, что они есть сейчас. Это ощущение простых радостей, которые всегда с тобой, — оно гораздо важнее. Когда напоминаешь себе об этом всерьёз, вот тогда действительно становится немного легче и радостнее жить.
19. «

    Надежда – самое живучее, что есть в человеке, все-таки шептала упрямо – может, пронесет, может, обойдется, мы-то ведь другое дело.

    Надежда – самое живучее, что есть в человеке, все-таки шептала упрямо – может, пронесет, может, обойдется, мы-то ведь другое дело.

    — Третий четверг ноября · книга
20. «

    Можно было покопаться в себе и повыяснять — какое мне дело до его ревности и почему она не оставляет меня равнодушной, но я не стала. Как говорил мне один знакомый психолог, если вы вдруг что-то раскопали в себе, быстренько закопайте обратно, иначе последствия могут стать непредсказуемыми.

    Можно было покопаться в себе и повыяснять — какое мне дело до его ревности и почему она не оставляет меня равнодушной, но я не стала. Как говорил мне один знакомый психолог, если вы вдруг что-то раскопали в себе, быстренько закопайте обратно, иначе последствия могут стать непредсказуемыми.

    — Я - судья. Кредит доверчивости · книга