252 фразы Теодора Драйзера для статуса

Теодор Драйзер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 252 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Обидно было бы умереть, не получив того, чего так хочешь.

   Обидно было бы умереть, не получив того, чего так хочешь.

   — Дженни Герхардт · книга
2. «

   Горячая волна чувства и искренности уже докатилась до самых дальних уголков зала.

   Горячая волна чувства и искренности уже докатилась до самых дальних уголков зала.

   — Сестра Керри · книга
3. «

   В продолжение двух дней Керри предавалась необузданным мечтаниям. В воображении она окунулась во все те удовольствия и развлечения, которые были бы ей доступны, случись ей родиться богатой.

   В продолжение двух дней Керри предавалась необузданным мечтаниям. В воображении она окунулась во все те удовольствия и развлечения, которые были бы ей доступны, случись ей родиться богатой.

   — Керри Мибер · книга
4. «

   Страсть – это мощь, которая отметает в сторону разум, разбивает в дребезги все теории и доводы и на время отнимает всякую способность логического мышления.

   Страсть – это мощь, которая отметает в сторону разум, разбивает в дребезги все теории и доводы и на время отнимает всякую способность логического мышления.

   — Сестра Керри · книга
5. «

   Спрашивайте и получите ответ.

   Спрашивайте и получите ответ.

   — Американская трагедия · книга
6. «

   Она вдруг заметила, что походка и манеры миссис Вэнс стали какими-то искусственными и натянутыми под пытливыми взглядами красивых мужчин и изысканно одетых женщин.

   Она вдруг заметила, что походка и манеры миссис Вэнс стали какими-то искусственными и натянутыми под пытливыми взглядами красивых мужчин и изысканно одетых женщин.

   — Сестра Керри · книга
7. «

   Он обожал её издали, а она и не подозревала, что он не сводит с неё серьёзных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться.

   Он обожал её издали, а она и не подозревала, что он не сводит с неё серьёзных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться.

   — Гений · книга
8. «

   Представьте себе полководца, потерпевшего жестокое поражение, или просто рядового труженика, которому после долгих лет безупречной службы отказали от места. В чем искать утешения любящему сердцу, если любовь отвергнута, если все жертвы принесенные на ее алтарь, оказались напрасными? В философии? Но ведь это не более как игра в бирюльки. В религии? Она требует метафизического склада ума.

   Представьте себе полководца, потерпевшего жестокое поражение, или просто рядового труженика, которому после долгих лет безупречной службы отказали от места. В чем искать утешения любящему сердцу, если любовь отвергнута, если все жертвы принесенные на ее алтарь, оказались напрасными? В философии? Но ведь это не более как игра в бирюльки. В религии? Она требует метафизического склада ума.

   — Титан · книга
9. «

   Они уже наслушались всего этого, и их юный и пылкий ум ждал от жизни большего, чем вот эти проповеди на улице и в мессии.

   Они уже наслушались всего этого, и их юный и пылкий ум ждал от жизни большего, чем вот эти проповеди на улице и в мессии.

   — Американская трагедия · книга
10. «

    Иногда говорить правду выгодно, иногда нет.

    Иногда говорить правду выгодно, иногда нет.

    — Финансист · книга
11. «

    Жизнь человеческая полна опасностей, перемен, красоты и обманов, она может посылать удачи и удовлетворять человека и может быть неудачна, смотря по обстоятельствам; а всё же, даже в худшие минуты, её вполне можно выносить.

    Жизнь человеческая полна опасностей, перемен, красоты и обманов, она может посылать удачи и удовлетворять человека и может быть неудачна, смотря по обстоятельствам; а всё же, даже в худшие минуты, её вполне можно выносить.

    — Эрнита · книга
12. «

    О жизнь, надежды, юные года! Мечты крылатые! Все сгинет без следа.

    О жизнь, надежды, юные года! Мечты крылатые! Все сгинет без следа.

    — Титан · книга
13. «

    Что за мученье с людьми, которые ничего не знают, — всегда им всё кажется.

    Что за мученье с людьми, которые ничего не знают, — всегда им всё кажется.

    — Американская трагедия · книга
14. «

    Его мозг можно было в это время сравнить с запертым безмолвным залом, где, против собственной воли, он оказался в полном одиночестве и вот размышляет над таинственными и и страшными желаниями или советами какой-то тёмной, первобытной части своего «я», не в силах ни отречься от неё, ни бежать и не находя в себе мужества как-либо действовать.

    Его мозг можно было в это время сравнить с запертым безмолвным залом, где, против собственной воли, он оказался в полном одиночестве и вот размышляет над таинственными и и страшными желаниями или советами какой-то тёмной, первобытной части своего «я», не в силах ни отречься от неё, ни бежать и не находя в себе мужества как-либо действовать.

    — Американская трагедия · книга
15. «

    Человек подвластен чарам красоты, любви, богатства — всего, чего мы подчас так жаждем и не можем достичь, — такова чаще всего любовь в нашем мире.

    Человек подвластен чарам красоты, любви, богатства — всего, чего мы подчас так жаждем и не можем достичь, — такова чаще всего любовь в нашем мире.

    — Американская трагедия · книга
16. «

    Привычка к вольному деревенскому воздуху вызывала в ней внутренний протест против этой тесноты и духоты.

    Привычка к вольному деревенскому воздуху вызывала в ней внутренний протест против этой тесноты и духоты.

    — Сестра Керри · книга
17. «

    Но по мере расширения дела Герствуд, как уже было сказано, стал постепенно заводить знакомства. Он также стал уделять больше внимания своему гардеробу. Он уверял себя, что очень дорожит семейной жизнью, но что это отнюдь не лишает его права иной раз не явиться домой к обеду.

    Но по мере расширения дела Герствуд, как уже было сказано, стал постепенно заводить знакомства. Он также стал уделять больше внимания своему гардеробу. Он уверял себя, что очень дорожит семейной жизнью, но что это отнюдь не лишает его права иной раз не явиться домой к обеду.

    — Сестра Керри · книга
18. «

    Сколько всяких ходов и выходов в этом финансовом мире! Целый лабиринт подземных течений! Немного прозорливости, немного сметки, немного удачи — время и случай — вот что по большей части решает дело.

    Сколько всяких ходов и выходов в этом финансовом мире! Целый лабиринт подземных течений! Немного прозорливости, немного сметки, немного удачи — время и случай — вот что по большей части решает дело.

    — Финансист · книга
19. «

    Настоящий человек никогда не станет ни агентом, ни покорным исполнителем чужой воли, ни игроком, ведущим игру: всё равно — в своих или чужих интересах. Настоящий человек не может быть орудием в руках другого.

    Настоящий человек никогда не станет ни агентом, ни покорным исполнителем чужой воли, ни игроком, ведущим игру: всё равно — в своих или чужих интересах. Настоящий человек не может быть орудием в руках другого.

    — Фрэнк Каупервуд · книга
20. «

    Он и в самом деле был не лишен привлекательности. Сравнительно молодой, получивший в свое время если не образование, то воспитание в одном из наиболее привилегированных американских колледжей, он со вкусом одевался, со вкусом выбирал друзей и вообще умел жить со вкусом, а по существу был повесой и распутником. С юных лет он любил азартную игру, много пил, но это почти не отражалось на его железном здоровье; проглотив несметное количество алкоголя, он бывал разве что «под хмельком». Немалое место в его жизни занимала также страсть к женщинам, которую Гиббон называл «самым приятным из наших пороков». Упорное, терпеливое, жестокое накопление богатства, которому посвятил себя его отец, создавая свое гигантское предприятие, интересовало его не больше, чем священные таинства халдеев. Он признавал, впрочем, что доходное предприятие само по себе — превосходная штука, и любил иногда поразмышлять о грандиозных заводах, раскинувшихся на огромном пространстве, мысленно представлял себе однообразные ряды кирпичных строений, высокие дымящиеся трубы, пронзительные заводские гудки. Но принимать какое-либо участие в унылой рутине управления всей этой машиной — нет уж, увольте!

    Он и в самом деле был не лишен привлекательности. Сравнительно молодой, получивший в свое время если не образование, то воспитание в одном из наиболее привилегированных американских колледжей, он со вкусом одевался, со вкусом выбирал друзей и вообще умел жить со вкусом, а по существу был повесой и распутником. С юных лет он любил азартную игру, много пил, но это почти не отражалось на его железном здоровье; проглотив несметное количество алкоголя, он бывал разве что «под хмельком». Немалое место в его жизни занимала также страсть к женщинам, которую Гиббон называл «самым приятным из наших пороков». Упорное, терпеливое, жестокое накопление богатства, которому посвятил себя его отец, создавая свое гигантское предприятие, интересовало его не больше, чем священные таинства халдеев. Он признавал, впрочем, что доходное предприятие само по себе — превосходная штука, и любил иногда поразмышлять о грандиозных заводах, раскинувшихся на огромном пространстве, мысленно представлял себе однообразные ряды кирпичных строений, высокие дымящиеся трубы, пронзительные заводские гудки. Но принимать какое-либо участие в унылой рутине управления всей этой машиной — нет уж, увольте!

    — Титан · книга