Топ-31 цитата Теодора Драйзера

Теодор Драйзер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Истинная любовь — вещь очень тонкая. Ее пламя мерцает, как блуждающий болотный огонек, и, танцуя, уносится в сказочные царства радостей. Оно же бушует, как огонь в печи. Увы, как часто оно питается ревностью!

   Истинная любовь — вещь очень тонкая. Ее пламя мерцает, как блуждающий болотный огонек, и, танцуя, уносится в сказочные царства радостей. Оно же бушует, как огонь в печи. Увы, как часто оно питается ревностью!

   — Сестра Керри · книга
2. «

   Лишь сильная любовь может загладить те мелкие недоразумения, которые возникают при совместной жизни.

   Лишь сильная любовь может загладить те мелкие недоразумения, которые возникают при совместной жизни.

   — Сестра Керри · книга
3. «

   Как бесконечно далеки друг от друга написанное слово и тайная мысль!

   Как бесконечно далеки друг от друга написанное слово и тайная мысль!

   — Дженни Герхардт · книга
4. «

   Красота — призрачная тень совершенства, неверная и так быстро от нас ускользающая!

   Красота — призрачная тень совершенства, неверная и так быстро от нас ускользающая!

   — Стоик · книга
5. «

   В мире много такого, чего нам хотелось бы достичь. Но нельзя стремиться ко всему сразу. И что толку ломать руки из-за каждого несбывшегося желания.

   В мире много такого, чего нам хотелось бы достичь. Но нельзя стремиться ко всему сразу. И что толку ломать руки из-за каждого несбывшегося желания.

   — Сестра Керри · книга
6. «

   Ничего нет реального и вечного, кроме доброты, сердечной человеческой доброты. Всё остальное преходяще, как сон.

   Ничего нет реального и вечного, кроме доброты, сердечной человеческой доброты. Всё остальное преходяще, как сон.

   — Дженни Герхардт · книга
7. «

   Любопытная черта беззащитных натур: они — как для мух горшок с мёдом, им ничего не дают, но берут у них много. Мягкий, уступчивый, бескорыстный человек всегда становится добычей толпы. Люди издали чуют его доброту и беззащитность.

   Любопытная черта беззащитных натур: они — как для мух горшок с мёдом, им ничего не дают, но берут у них много. Мягкий, уступчивый, бескорыстный человек всегда становится добычей толпы. Люди издали чуют его доброту и беззащитность.

   — Дженни Герхардт · книга
8. «

   Очевидно мир не так уж плох, если в нём встречаются добрые люди!

   Очевидно мир не так уж плох, если в нём встречаются добрые люди!

   — Сестра Керри · книга
9. «

   Не может же падение длиться без конца!

   Не может же падение длиться без конца!

   — Фрэнк Каупервуд · книга
10. «

    Только высокое умственное развитие и порождает такую философию, такую стойкость духа, которые не позволяют сосредотачиваться на подобных вещах — и страдать из-за них.

    Только высокое умственное развитие и порождает такую философию, такую стойкость духа, которые не позволяют сосредотачиваться на подобных вещах — и страдать из-за них.

    — Сестра Керри · книга
11. «

    Не гордись, когда помогаешь бедному. Будь благодарна, что тебе представилась эта возможность.

    Не гордись, когда помогаешь бедному. Будь благодарна, что тебе представилась эта возможность.

    — гуру Бородандадже · книга
12. «

    Мы никогда не рождаемся и никогда не умираем. Каждый атом живет своей самостоятельной, ни от кого не зависящей жизнью. Атомы объединяются в группы, обладающие, пока они существуют, определенным сознанием; эти группы в свою очередь объединяются и образуют более сложные тела, служащие сосудами для высших форм сознания. Когда для тела наступает смерть, происходит расщепление и обособление клеток друг от друга, и начинается то, что мы называем распадом. Сила, сцеплявшая клетки, исчезла, они теперь предоставлены самим себе и могут образовывать новые сочетания.

    Мы никогда не рождаемся и никогда не умираем. Каждый атом живет своей самостоятельной, ни от кого не зависящей жизнью. Атомы объединяются в группы, обладающие, пока они существуют, определенным сознанием; эти группы в свою очередь объединяются и образуют более сложные тела, служащие сосудами для высших форм сознания. Когда для тела наступает смерть, происходит расщепление и обособление клеток друг от друга, и начинается то, что мы называем распадом. Сила, сцеплявшая клетки, исчезла, они теперь предоставлены самим себе и могут образовывать новые сочетания.

    — гуру Бородандадже · книга
13. «

    Его черные глаза, в которых обычно таилось холодное равнодушие, засветились неподдельной теплотой.

    Его черные глаза, в которых обычно таилось холодное равнодушие, засветились неподдельной теплотой.

    — Сестра Керри · книга
14. «

    И Керри поддалась извечному самообману: ей казалось, что перед ней человек, который истинно нуждается в ней.

    И Керри поддалась извечному самообману: ей казалось, что перед ней человек, который истинно нуждается в ней.

    — Сестра Керри · книга
15. «

    Он обожал её издали, а она и не подозревала, что он не сводит с неё серьёзных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться.

    Он обожал её издали, а она и не подозревала, что он не сводит с неё серьёзных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться.

    — Гений · книга
16. «

    Эта страсть была достаточно сильна, чтобы вызвать в Керри влечение к нему, пожалуй, даже чтобы заставить ее вообразить, будто она любит его.

    Эта страсть была достаточно сильна, чтобы вызвать в Керри влечение к нему, пожалуй, даже чтобы заставить ее вообразить, будто она любит его.

    — Сестра Керри · книга
17. «

    И только смельчаки, обладающие незаурядной отвагой и верой в свои силы, основанной, конечно, на действительном обладании этими силами, способны бесстрашно смотреть жизни в лицо.

    И только смельчаки, обладающие незаурядной отвагой и верой в свои силы, основанной, конечно, на действительном обладании этими силами, способны бесстрашно смотреть жизни в лицо.

    — Финансист · книга
18. «

    Страсть – это мощь, которая отметает в сторону разум, разбивает в дребезги все теории и доводы и на время отнимает всякую способность логического мышления.

    Страсть – это мощь, которая отметает в сторону разум, разбивает в дребезги все теории и доводы и на время отнимает всякую способность логического мышления.

    — Сестра Керри · книга
19. «

    А как это грустно, когда все вокруг веселы, а ты живёшь одиноко.

    А как это грустно, когда все вокруг веселы, а ты живёшь одиноко.

    — Американская трагедия · книга
20. «

    Литература, если не говорить о классиках, дает нам представление только об одном типе любовницы: лукавой, расчетливой искусительнице, чье главное наслаждение — завлекать в свои сети мужчин. Журналисты и авторы современных брошюр по вопросам морали с необычайным рвением поддерживают ту же версию. Можно подумать, что господь бог установил над жизнью цензуру, а цензорами назначил крайних консерваторов. Меж тем существуют любовные связи, ничего общего не имеющие с холодной расчетливостью. В подавляющем большинстве случаев женщинам чужды лукавство и обман. Обыкновенная женщина, повинующаяся голосу чувства и глубоко, по-настоящему любящая, не способна на коварство, так же как малый ребенок; она всегда готова пожертвовать собой и стремится возможно больше отдать. Покуда длится любовь, она только так и поступает. Чувство может измениться, и тогда — «ад не знает пущей злобы», но все же любовниц чаще всего отличают жертвенность, готовность безраздельно отдать себя любимому и нежная заботливость. Такие отношения, противопоставленные алчности законного брака, и причинили твердыням супружества более всего разрушений. Человек — будь то мужчина или женщина — не может не преклоняться, не благоговеть перед подобными проявлениями бескорыстия и самопожертвования. Они равны высоким жизненным призваниям, сродни вершине искусства, то есть величию духа, каковым прежде всего отличается прекрасное полотно, прекрасное здание, прекрасная статуя, прекрасный узор, — величию, которое и есть способность щедро, неограниченно дарить себя, излучать свою красоту.

    Литература, если не говорить о классиках, дает нам представление только об одном типе любовницы: лукавой, расчетливой искусительнице, чье главное наслаждение — завлекать в свои сети мужчин. Журналисты и авторы современных брошюр по вопросам морали с необычайным рвением поддерживают ту же версию. Можно подумать, что господь бог установил над жизнью цензуру, а цензорами назначил крайних консерваторов. Меж тем существуют любовные связи, ничего общего не имеющие с холодной расчетливостью. В подавляющем большинстве случаев женщинам чужды лукавство и обман. Обыкновенная женщина, повинующаяся голосу чувства и глубоко, по-настоящему любящая, не способна на коварство, так же как малый ребенок; она всегда готова пожертвовать собой и стремится возможно больше отдать. Покуда длится любовь, она только так и поступает. Чувство может измениться, и тогда — «ад не знает пущей злобы», но все же любовниц чаще всего отличают жертвенность, готовность безраздельно отдать себя любимому и нежная заботливость. Такие отношения, противопоставленные алчности законного брака, и причинили твердыням супружества более всего разрушений. Человек — будь то мужчина или женщина — не может не преклоняться, не благоговеть перед подобными проявлениями бескорыстия и самопожертвования. Они равны высоким жизненным призваниям, сродни вершине искусства, то есть величию духа, каковым прежде всего отличается прекрасное полотно, прекрасное здание, прекрасная статуя, прекрасный узор, — величию, которое и есть способность щедро, неограниченно дарить себя, излучать свою красоту.

    — Финансист · книга