Подборка: 22 цитаты Тьерри Коэна

Ниже 22 цитаты Тьерри Коэна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Истина — бриллиант. А ты видишь только одну грань этого бриллианта и все равно ищешь там какой-то изъян, недостаток, который уменьшит его ценность. А я поворачиваю бриллиант и одну за другой разглядываю его грани, и в каждой вижу свой особенный свет. И до истины можно добраться, только увидев картину в целом.

   Истина — бриллиант. А ты видишь только одну грань этого бриллианта и все равно ищешь там какой-то изъян, недостаток, который уменьшит его ценность. А я поворачиваю бриллиант и одну за другой разглядываю его грани, и в каждой вижу свой особенный свет. И до истины можно добраться, только увидев картину в целом.

   — Она так долго снилась мне... · книга
2. «

   Да, уже много лет со мной рядом не было мужчины. Да, я не умею привлекать к себе внимание, не умею дать понять, чего бы мне хотелось. Да, я не нравлюсь, и ты права – мужчины на меня не смотрят. Но, может, это не главное. Я жила свою жизнь и жила так, как это было мне свойственно. Соглашалась терпеть глупости и придирки некомпетентного директора, в выходные и по вечерам сидеть в одиночестве. В моей жизни были свои удовольствия и радости: поужинать с Сандриной, поговорить по телефону с близкими, пожевать что-то вкусное за увлекательным сериалом, увидеть потрясающего Тинторетто или Караваджо, летом повидаться с племянниками и племянницами, послать им подарки, получить от них сообщения с новостями. Всё это меня радовало, согревало. У меня были свои мечты, желания, фантазии. Если у нас есть что-то, мы всё равно мечтаем о лучшем, о большем. В конечном счёте мы все не так уж и счастливы, у каждого свои комплексы, все мы гонимся за химерами и все хромаем. Ты захотела навязать мне свой образ жизни ради того, чтобы осуществились твои собственные мечты. Ты жалела не меня, Кандис, ты жалела себя. Тебе хотелось больших возможностей, хотелось славы, хотелось денег. Но мне-то ничего этого не нужно. Мне нужны тишина и покой. И если я хотела счастья, то самого обыкновенного. А теперь у меня его никогда не будет.

   Да, уже много лет со мной рядом не было мужчины. Да, я не умею привлекать к себе внимание, не умею дать понять, чего бы мне хотелось. Да, я не нравлюсь, и ты права – мужчины на меня не смотрят. Но, может, это не главное. Я жила свою жизнь и жила так, как это было мне свойственно. Соглашалась терпеть глупости и придирки некомпетентного директора, в выходные и по вечерам сидеть в одиночестве. В моей жизни были свои удовольствия и радости: поужинать с Сандриной, поговорить по телефону с близкими, пожевать что-то вкусное за увлекательным сериалом, увидеть потрясающего Тинторетто или Караваджо, летом повидаться с племянниками и племянницами, послать им подарки, получить от них сообщения с новостями. Всё это меня радовало, согревало. У меня были свои мечты, желания, фантазии. Если у нас есть что-то, мы всё равно мечтаем о лучшем, о большем. В конечном счёте мы все не так уж и счастливы, у каждого свои комплексы, все мы гонимся за химерами и все хромаем. Ты захотела навязать мне свой образ жизни ради того, чтобы осуществились твои собственные мечты. Ты жалела не меня, Кандис, ты жалела себя. Тебе хотелось больших возможностей, хотелось славы, хотелось денег. Но мне-то ничего этого не нужно. Мне нужны тишина и покой. И если я хотела счастья, то самого обыкновенного. А теперь у меня его никогда не будет.

   — Алиса · книга
3. «

   Почему они все считают, что секс – лучшее лекарство от моей депрессии? Они что, правда думают, что он обладает целительной силой? Если бы это было так, я был бы самым веселым человеком на планете, потому что некоторое время разыгрывал из себя ненасытного охотника.

   Почему они все считают, что секс – лучшее лекарство от моей депрессии? Они что, правда думают, что он обладает целительной силой? Если бы это было так, я был бы самым веселым человеком на планете, потому что некоторое время разыгрывал из себя ненасытного охотника.

   — Антуан · книга
4. «

   Разочарования ничему меня не учили. Если приятель бросал меня, я винила во всем себя самое. Это я была глупа, неостроумна и недостаточно красива, чтобы его удержать.

   Разочарования ничему меня не учили. Если приятель бросал меня, я винила во всем себя самое. Это я была глупа, неостроумна и недостаточно красива, чтобы его удержать.

   — Она так долго снилась мне... · книга
5. «

   Искренность несовместима с романтизмом. Она разоблачает его легковесность и напыщенность, его тягу к наигранным чувствам и красивым словам.

   Искренность несовместима с романтизмом. Она разоблачает его легковесность и напыщенность, его тягу к наигранным чувствам и красивым словам.

   — Она так долго снилась мне... · книга
6. «

   Не следует давать одновременно дружбу и деньги одному и тому же человеку.

   Не следует давать одновременно дружбу и деньги одному и тому же человеку.

   — Она так долго снилась мне... · книга
7. «

   У людей есть существенный недостаток: каждый уверен, что владеет истиной, и хочет навязать ее всем остальным. Человеку нестерпимо знать, что кто-то думает по-другому, по-другому живет. И он начинает сражаться, чтобы заставить весь мир жить его мыслями, разделять его образ жизни, служить его величию.

   У людей есть существенный недостаток: каждый уверен, что владеет истиной, и хочет навязать ее всем остальным. Человеку нестерпимо знать, что кто-то думает по-другому, по-другому живет. И он начинает сражаться, чтобы заставить весь мир жить его мыслями, разделять его образ жизни, служить его величию.

   — Пока ненависть не разлучила нас · книга
8. «

   Никто не имеет права зарывать свой талант в землю. Никто не имеет права упорствовать в убеждении, что можно прожить жизнь, не соглашаясь ни на какие уступки, упираясь рогом в свои принципы и высокоморальные ценности, не принимая в расчет реальную действительность. Некоторое время это еще прокатит, но потом жизнь все равно оказывается сильнее.

   Никто не имеет права зарывать свой талант в землю. Никто не имеет права упорствовать в убеждении, что можно прожить жизнь, не соглашаясь ни на какие уступки, упираясь рогом в свои принципы и высокоморальные ценности, не принимая в расчет реальную действительность. Некоторое время это еще прокатит, но потом жизнь все равно оказывается сильнее.

   — Она так долго снилась мне... · книга
9. «

   Я знаю, я веду беседы сама с собой, такова неизбежная участь одиночек. И пока они ведут свои беседы мысленно, в этом нет ничего страшного. Но если заговорят вслух громким голосом, то рискуют познакомиться с людьми в белых халатах, которые наденут на них длинные рубашки и рукава завяжут за спиной.

   Я знаю, я веду беседы сама с собой, такова неизбежная участь одиночек. И пока они ведут свои беседы мысленно, в этом нет ничего страшного. Но если заговорят вслух громким голосом, то рискуют познакомиться с людьми в белых халатах, которые наденут на них длинные рубашки и рукава завяжут за спиной.

   — И в беде мы полюбим друг друга · книга
10. «

    Что поделать, я не режиссёр собственной жизни, но по крайней мере сама выбираю саундтреки. Каждую минуту, каждый мой день сопровождает мелодия, куплет, микс от диджея, затаившегося в глубине моего мозга. Слова и музыка сливаются с волнами переживаний, придают им смысл, не позволяя уйти неведомо куда или просто остаться незамеченными. Это мой дар? Наваждение? Или следствие социальной ущербности, которая мешает мне находить свои собственные слова для определения происходящего?

    Что поделать, я не режиссёр собственной жизни, но по крайней мере сама выбираю саундтреки. Каждую минуту, каждый мой день сопровождает мелодия, куплет, микс от диджея, затаившегося в глубине моего мозга. Слова и музыка сливаются с волнами переживаний, придают им смысл, не позволяя уйти неведомо куда или просто остаться незамеченными. Это мой дар? Наваждение? Или следствие социальной ущербности, которая мешает мне находить свои собственные слова для определения происходящего?

    — Алиса · книга
11. «

    Доверие, сочувствие, поддержка, когда тебе грозит беда, – вот секрет, превращающий коллег в твоих друзей.

    Доверие, сочувствие, поддержка, когда тебе грозит беда, – вот секрет, превращающий коллег в твоих друзей.

    — Алиса · книга
12. «

    Я никогда не доверял рассуждениям, которые начинаются фразой «Люди делятся на две категории…». Теории, основанные на дихотомическом видении мира, убоги, ведь красота любой идеи кроется в нюансах и деталях. Нэйтан был человеком неглупым, но уж очень беспокойным, вот и придумывал всяческие псевдотеории, призванные доказать, что он – великий «человековед», умеет разгадывать знаки, интерпретировать туманные послания и разрабатывать победительные стратегии.

    Я никогда не доверял рассуждениям, которые начинаются фразой «Люди делятся на две категории…». Теории, основанные на дихотомическом видении мира, убоги, ведь красота любой идеи кроется в нюансах и деталях. Нэйтан был человеком неглупым, но уж очень беспокойным, вот и придумывал всяческие псевдотеории, призванные доказать, что он – великий «человековед», умеет разгадывать знаки, интерпретировать туманные послания и разрабатывать победительные стратегии.

    — История моего безумия · книга
13. «

    В жизни, как я теперь вижу, есть разные периоды: поначалу нащупываешь свой путь, встав на надёжные рельсы, веришь, что помчишься быстрее других и, конечно, дальше всех. Нас притягивает успех. Мы уверены, что он светит нам, и его сияние кажется нам прекрасным. Фейерверк рассыпает огни, манит нас, и мы бежим вслед за вечно убегающим горизонтом. Но вот мы задохнулись и начали сомневаться в необходимости такого сумасшедшего бега, засомневались, так ли нам нужен этот успех. В конце концов мы ясно видим, что манило нас, – это всего лишь золотые наряды тех, кто нами управляет, что нам никогда не оказаться с ними рядом, а если вдруг мы и окажемся, то совсем не обязательно будем счастливы.

    В жизни, как я теперь вижу, есть разные периоды: поначалу нащупываешь свой путь, встав на надёжные рельсы, веришь, что помчишься быстрее других и, конечно, дальше всех. Нас притягивает успех. Мы уверены, что он светит нам, и его сияние кажется нам прекрасным. Фейерверк рассыпает огни, манит нас, и мы бежим вслед за вечно убегающим горизонтом. Но вот мы задохнулись и начали сомневаться в необходимости такого сумасшедшего бега, засомневались, так ли нам нужен этот успех. В конце концов мы ясно видим, что манило нас, – это всего лишь золотые наряды тех, кто нами управляет, что нам никогда не оказаться с ними рядом, а если вдруг мы и окажемся, то совсем не обязательно будем счастливы.

    — Антуан · книга
14. «

    Слово «честолюбие» придумали люди, у которых нет воображения, чтобы чувствовать себя выше тех, у кого оно есть.

    Слово «честолюбие» придумали люди, у которых нет воображения, чтобы чувствовать себя выше тех, у кого оно есть.

    — Она так долго снилась мне... · книга
15. «

    Анонимность, как правило, имеет нехорошую подоплёку: преступление, замаскированное тщеславие или глупость.

    Анонимность, как правило, имеет нехорошую подоплёку: преступление, замаскированное тщеславие или глупость.

    — Она так долго снилась мне... · книга
16. «

    Дружеские отношения — вопрос чувств, денежные отношения — вопрос власти.

    Дружеские отношения — вопрос чувств, денежные отношения — вопрос власти.

    — Она так долго снилась мне... · книга
17. «

    Мне кажется, что каждое мгновение моей жизни – это пазл, что в нем есть особое значение, которое откроется в будущем.

    Мне кажется, что каждое мгновение моей жизни – это пазл, что в нем есть особое значение, которое откроется в будущем.

    — Пока ненависть не разлучила нас · книга
18. «

    У каждой семьи есть свои легенды. События, важные слова, поступки, которые мы храним в памяти и которые помогают нам понять, кто мы такие, чем гордимся, за что держимся. Истории, на которых мы останавливаемся, и эти остановки делаются для нас точками отсчета в беге времени.

    У каждой семьи есть свои легенды. События, важные слова, поступки, которые мы храним в памяти и которые помогают нам понять, кто мы такие, чем гордимся, за что держимся. Истории, на которых мы останавливаемся, и эти остановки делаются для нас точками отсчета в беге времени.

    — Пока ненависть не разлучила нас · книга
19. «

    Слова опошляют все, что наша душа пытается вознести выше обыденной жизни. Они обедняют чувства, сводят их к возможностям нашей речи.

    Слова опошляют все, что наша душа пытается вознести выше обыденной жизни. Они обедняют чувства, сводят их к возможностям нашей речи.

    — Она так долго снилась мне... · книга
20. «

    Двенадцатиметровая комната может показаться огромной, если дверь из неё открывается в жизнь.

    Двенадцатиметровая комната может показаться огромной, если дверь из неё открывается в жизнь.

    — Она так долго снилась мне... · книга