36 цитат от Тьерри Коэна

Ниже 36 цитат Тьерри Коэна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   … жизнь подчас напоминает роман, в котором писатель манипулирует нашими чувствами и с удовольствием привлекает к основной интриге второстепенных персонажей, чтобы в момент кульминации, когда всё покажется совершенно ясным, неожиданно вывести кого-то из вторых в главные. И тогда вся история приобретёт совершенно иной смысл.

   … жизнь подчас напоминает роман, в котором писатель манипулирует нашими чувствами и с удовольствием привлекает к основной интриге второстепенных персонажей, чтобы в момент кульминации, когда всё покажется совершенно ясным, неожиданно вывести кого-то из вторых в главные. И тогда вся история приобретёт совершенно иной смысл.

   — Алиса · книга
2. «

   Писал я лишь затем, чтобы не разговаривать. Потому что слова, срываясь с моего языка, не умели ни сложиться в нужном мне порядке, ни выразить нужного мне смысла.

   Писал я лишь затем, чтобы не разговаривать. Потому что слова, срываясь с моего языка, не умели ни сложиться в нужном мне порядке, ни выразить нужного мне смысла.

   — Она так долго снилась мне... · книга
3. «

   Глупец тот, кто не понимает своей глупости.

   Глупец тот, кто не понимает своей глупости.

   — Она так долго снилась мне... · книга
4. «

   Но как понять, куда идти, когда не понимаешь, кто ты есть?

   Но как понять, куда идти, когда не понимаешь, кто ты есть?

   — Алиса · книга
5. «

   Доверие, сочувствие, поддержка, когда тебе грозит беда, – вот секрет, превращающий коллег в твоих друзей.

   Доверие, сочувствие, поддержка, когда тебе грозит беда, – вот секрет, превращающий коллег в твоих друзей.

   — Алиса · книга
6. «

   Боже, как кружится голова. Боже… Зачем я к Тебе обращаюсь? Где Ты? Есть ли Ты? Слышал ли Ты мои молитвы? Что ж, давай сведем счеты! Как мог Господь милосердный сотворить такое чудо рядом со мной — и мне в нем отказать? С какой целью? Чтобы я страдал? Ты добился своего! Я страдаю. Так страдаю, что не хочу больше жить. Что, доволен? Я возвращаю Тебе мое будущее. Отдай его кому-нибудь другому. Ты показал мне лишь пропасть — и я бросаюсь в нее.

   Боже, как кружится голова. Боже… Зачем я к Тебе обращаюсь? Где Ты? Есть ли Ты? Слышал ли Ты мои молитвы? Что ж, давай сведем счеты! Как мог Господь милосердный сотворить такое чудо рядом со мной — и мне в нем отказать? С какой целью? Чтобы я страдал? Ты добился своего! Я страдаю. Так страдаю, что не хочу больше жить. Что, доволен? Я возвращаю Тебе мое будущее. Отдай его кому-нибудь другому. Ты показал мне лишь пропасть — и я бросаюсь в нее.

   — Жереми · книга
7. «

   Друзья — наши тени, они всегда с нами, впереди или позади.

   Друзья — наши тени, они всегда с нами, впереди или позади.

   — Пока ненависть не разлучила нас · книга
8. «

   Чтобы обижаться на человека, нужно его любить, нужно знать, каким он был прежде и каким стал.

   Чтобы обижаться на человека, нужно его любить, нужно знать, каким он был прежде и каким стал.

   — Она так долго снилась мне... · книга
9. «

   Когда огромность тишины и мрака обрушивается на вашу душу, только тогда рождаются самые безумные идеи. Их свет подбадривает вас, успокаивает, и вы верите в их благотворность. Их чистота покоряет вас, их блеск вас радостно слепит, и вы уверены, что это сияние истины. С этого момента вы отбрасываете страхи, сдержанность, готовитесь объясниться с миром, покорить пространство, выплеснуть свое сердце на клавиатуру компьютера.

   Когда огромность тишины и мрака обрушивается на вашу душу, только тогда рождаются самые безумные идеи. Их свет подбадривает вас, успокаивает, и вы верите в их благотворность. Их чистота покоряет вас, их блеск вас радостно слепит, и вы уверены, что это сияние истины. С этого момента вы отбрасываете страхи, сдержанность, готовитесь объясниться с миром, покорить пространство, выплеснуть свое сердце на клавиатуру компьютера.

   — Она так долго снилась мне... · книга
10. «

    Сантименты не совместимы с гордыней. И с самозабвением тоже. Самозабвенная гордыня требует от тебя включить второе дыхание и вступить в борьбу с очередными, молодыми и сильными, претендентами на славу, они появляются как волны, один за другим, и хотят разрушить твои воздушные замки. Неуверенность знакома только смиренным, робким и настоящим идеалистам. Я же был агрессивным прохвостом, самовлюблённым и бесчувственным. У меня не было времени на слабости.

    Сантименты не совместимы с гордыней. И с самозабвением тоже. Самозабвенная гордыня требует от тебя включить второе дыхание и вступить в борьбу с очередными, молодыми и сильными, претендентами на славу, они появляются как волны, один за другим, и хотят разрушить твои воздушные замки. Неуверенность знакома только смиренным, робким и настоящим идеалистам. Я же был агрессивным прохвостом, самовлюблённым и бесчувственным. У меня не было времени на слабости.

    — Антуан · книга
11. «

    Ругательства свидетельствуют о силе и мужестве тех, кто никак не может решиться на драку.

    Ругательства свидетельствуют о силе и мужестве тех, кто никак не может решиться на драку.

    — Пока ненависть не разлучила нас · книга
12. «

    Любовь — она как смех. Это рефлекс, от которого удержаться невозможно.

    Любовь — она как смех. Это рефлекс, от которого удержаться невозможно.

    — Она так долго снилась мне... · книга
13. «

    Не следует давать одновременно дружбу и деньги одному и тому же человеку.

    Не следует давать одновременно дружбу и деньги одному и тому же человеку.

    — Она так долго снилась мне... · книга
14. «

    Мне приятно вспоминать общение с Антуаном. Я чувствую в нём защитника, чувствую себя в безопасности. И мне очень нравится взгляд, с которым он на меня смотрит, – я становлюсь как будто выше ростом, расправляю крылья. Может, так и бывает, когда ты находишь пару? Когда взгляд твоей половинки открывает тебе тебя? Когда ты начинаешь себя любить, потому что тебя любят?

    Мне приятно вспоминать общение с Антуаном. Я чувствую в нём защитника, чувствую себя в безопасности. И мне очень нравится взгляд, с которым он на меня смотрит, – я становлюсь как будто выше ростом, расправляю крылья. Может, так и бывает, когда ты находишь пару? Когда взгляд твоей половинки открывает тебе тебя? Когда ты начинаешь себя любить, потому что тебя любят?

    — Алиса · книга
15. «

    Честолюбие погубит мир.

    Честолюбие погубит мир.

    — Она так долго снилась мне... · книга
16. «

    Как-то раз, еще в детстве, я спросил деда, как узнать в женщине «ту самую, единственную». Он задумчиво потер подбородок (его позабавила моя серьезность) и сказал – без тени улыбки, осознавая всю важность обмена опытом между поколениями: «Нужно задать себе три вопроса. Первый: она добра? Понимаешь, малыш, злыдни – как медленно действующая отрава – помереть не помрешь, но мучиться будешь всю жизнь. Женская злоба, кстати, может зваться ревностью или капризом. Идем дальше… Хочешь ли ты, чтобы она стала матерью твоих детей? Всегда помни, в тебе заложена такая сильная любовь к тем, кто однажды будет называть тебя папой, что ты не доверишь их недостойной женщине. Ну и последнее: смогу я стариться рядом с ней, не стесняясь собственной немощи? Если мужчина покидает этот мир раньше женщины, она должна помнить не дряхлого, выжившего из ума старикашку, а человека, которого любила. Ответишь «да» на все три вопроса – без промедления предлагай руку и сердце».

    Как-то раз, еще в детстве, я спросил деда, как узнать в женщине «ту самую, единственную». Он задумчиво потер подбородок (его позабавила моя серьезность) и сказал – без тени улыбки, осознавая всю важность обмена опытом между поколениями: «Нужно задать себе три вопроса. Первый: она добра? Понимаешь, малыш, злыдни – как медленно действующая отрава – помереть не помрешь, но мучиться будешь всю жизнь. Женская злоба, кстати, может зваться ревностью или капризом. Идем дальше… Хочешь ли ты, чтобы она стала матерью твоих детей? Всегда помни, в тебе заложена такая сильная любовь к тем, кто однажды будет называть тебя папой, что ты не доверишь их недостойной женщине. Ну и последнее: смогу я стариться рядом с ней, не стесняясь собственной немощи? Если мужчина покидает этот мир раньше женщины, она должна помнить не дряхлого, выжившего из ума старикашку, а человека, которого любила. Ответишь «да» на все три вопроса – без промедления предлагай руку и сердце».

    — История моего безумия · книга
17. «

    Любви наплевать, на каких основаниях она возникла. Это чувство не терпит никаких противоречий, споров и препирательств. Оно ждет от вас полного подчинения своему закону, заставляет складировать в дальний угол интеллектуальные способности и крутит перед глазами картины в пастельных тонах. Оно требует от вас беззаветного служения и в ответ предоставляет счастье совершеннейшей безответственности.

    Любви наплевать, на каких основаниях она возникла. Это чувство не терпит никаких противоречий, споров и препирательств. Оно ждет от вас полного подчинения своему закону, заставляет складировать в дальний угол интеллектуальные способности и крутит перед глазами картины в пастельных тонах. Оно требует от вас беззаветного служения и в ответ предоставляет счастье совершеннейшей безответственности.

    — Она так долго снилась мне... · книга
18. «

    Анонимность, как правило, имеет нехорошую подоплёку: преступление, замаскированное тщеславие или глупость.

    Анонимность, как правило, имеет нехорошую подоплёку: преступление, замаскированное тщеславие или глупость.

    — Она так долго снилась мне... · книга
19. «

    Давай совершим путешествие в прошлое и попытаемся понять, когда случилась эта беда. Что сделало нас другими, не такими, какими мы были в детстве и какими надеялись стать?

    Давай совершим путешествие в прошлое и попытаемся понять, когда случилась эта беда. Что сделало нас другими, не такими, какими мы были в детстве и какими надеялись стать?

    — Пока ненависть не разлучила нас · книга
20. «

    ... расти — это учиться различать все чувства, которые существуют в мире.

    ... расти — это учиться различать все чувства, которые существуют в мире.

    — Она так долго снилась мне... · книга