121 лучших фраза Терри Пратчетт: смешные цитаты

Подборка из 121 цитата Терри Пратчетт: смешные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Все это злостная клевета на ведьм, — заключила Маграт. — Мы живем в гармоническом единении с Природой, с ее великим кругооборотом, и никому ничего плохого не делаем. Я предлагаю бросить их в котел с расплавленным свинцом.

   — Все это злостная клевета на ведьм, — заключила Маграт. — Мы живем в гармоническом единении с Природой, с ее великим кругооборотом, и никому ничего плохого не делаем. Я предлагаю бросить их в котел с расплавленным свинцом.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   В тюрьме было очень тихо и спокойно. Скамья оказалась удобной. Стены покрывали надписи, и Вильям коротал время, исправляя орфографию.

   В тюрьме было очень тихо и спокойно. Скамья оказалась удобной. Стены покрывали надписи, и Вильям коротал время, исправляя орфографию.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   Элла повернулась к очагу, где над тем, что матушка Ветровоск обычно называла огоньком оптимиста[два полена плюс надежда], висел закопченный чайник.

   Элла повернулась к очагу, где над тем, что матушка Ветровоск обычно называла огоньком оптимиста[два полена плюс надежда], висел закопченный чайник.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   Хорошо известный в любом учреждении закон гласит: если хочешь, чтобы работа была выполнена, поручи ее тому, кто и так уже занят по уши.

   Хорошо известный в любом учреждении закон гласит: если хочешь, чтобы работа была выполнена, поручи ее тому, кто и так уже занят по уши.

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   Процесс обучения в Университете осуществлялся древним как мир способом: помещаешь большое количество молодых людей как можно ближе к огромному количеству книг и надеешься, что каким-то невероятным путем хотя бы что-то из последних перетечет в первых. В то время как указанные молодые люди предпочитают «помещаться» как можно ближе к тавернам и всякого рода забегаловкам — по той же самой причине и с той же самой целью.

   Процесс обучения в Университете осуществлялся древним как мир способом: помещаешь большое количество молодых людей как можно ближе к огромному количеству книг и надеешься, что каким-то невероятным путем хотя бы что-то из последних перетечет в первых. В то время как указанные молодые люди предпочитают «помещаться» как можно ближе к тавернам и всякого рода забегаловкам — по той же самой причине и с той же самой целью.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   Со спиртным всё куда проще: тебя примут, тебе помогут. Но я не слышал ни об одном обществе, на собрание которого я мог бы прийти, встать и во всеуслышанье объявить: «Привет, меня зовут Сэм, и я полный придурок, поскольку подозреваю всех вокруг!»

   Со спиртным всё куда проще: тебя примут, тебе помогут. Но я не слышал ни об одном обществе, на собрание которого я мог бы прийти, встать и во всеуслышанье объявить: «Привет, меня зовут Сэм, и я полный придурок, поскольку подозреваю всех вокруг!»

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   Так же внезапно, как и появился, магический смерч исчез. На полу, занимая то место, где раньше была лягушка, сидела лягушка. – Фантастика, – сказал Ринсвинд.

   Так же внезапно, как и появился, магический смерч исчез. На полу, занимая то место, где раньше была лягушка, сидела лягушка. – Фантастика, – сказал Ринсвинд.

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   — Тебя когда-нибудь кусала гадюка? — Нет. — Тогда ты точно поймёшь, что я испытал. — Гм-м? — Это было совершенно не похоже на укус гадюки.

   — Тебя когда-нибудь кусала гадюка? — Нет. — Тогда ты точно поймёшь, что я испытал. — Гм-м? — Это было совершенно не похоже на укус гадюки.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   Двацветок был туристом, первым туристом на Плоском мире. По мнению Ринсвинда загадочное слово «турист» в переводе на нормальный язык означало «идиот»

   Двацветок был туристом, первым туристом на Плоском мире. По мнению Ринсвинда загадочное слово «турист» в переводе на нормальный язык означало «идиот»

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    – Стой! Кто идет? – Это я, Шон, твоя мамочка. – А, привет, мам. Привет, госпожа Ветровоск. – Будь пай-мальчиком, впусти нас. – А кто идет – друг или враг? – Что? – Я так должен сказать, мам. Так положено. А тебе следует ответить: «Друг». – Я – твоя мама. – Все нужно делать как положено, мам. Иначе зачем придумали правила? – Знаешь что, мой мальчик, еще минута, и я стану врагом. – О-о-о-а-а-а-у-у-у, мам! – Ну, хорошо, хорошо. Друг. – Да, но ты могла бы сказать это немножко другим тоном и… – Немедленно пропусти нас, Шон Ягг.

    – Стой! Кто идет? – Это я, Шон, твоя мамочка. – А, привет, мам. Привет, госпожа Ветровоск. – Будь пай-мальчиком, впусти нас. – А кто идет – друг или враг? – Что? – Я так должен сказать, мам. Так положено. А тебе следует ответить: «Друг». – Я – твоя мама. – Все нужно делать как положено, мам. Иначе зачем придумали правила? – Знаешь что, мой мальчик, еще минута, и я стану врагом. – О-о-о-а-а-а-у-у-у, мам! – Ну, хорошо, хорошо. Друг. – Да, но ты могла бы сказать это немножко другим тоном и… – Немедленно пропусти нас, Шон Ягг.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    — А здесь ещё кто-нибудь работает? — Ну... я работаю, а ещё Тез Кошмарный, Сказз... и Чокнутый Дронго, кажется... Чудакулли мигнул. — Кто-кто? — спросил он, а потом из глубин памяти на поверхность всплыл ужасный ответ. Только существа определённого вида могли носить такие имена. — Это что, студенты?

    — А здесь ещё кто-нибудь работает? — Ну... я работаю, а ещё Тез Кошмарный, Сказз... и Чокнутый Дронго, кажется... Чудакулли мигнул. — Кто-кто? — спросил он, а потом из глубин памяти на поверхность всплыл ужасный ответ. Только существа определённого вида могли носить такие имена. — Это что, студенты?

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    — А, дезертиры. У нас тоже. В кавалерии! Как бы ты назвал человека, который бросает свою лошадь? — Пехотинцем?

    — А, дезертиры. У нас тоже. В кавалерии! Как бы ты назвал человека, который бросает свою лошадь? — Пехотинцем?

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    — Да, ваша милость. Я, э-э, обо всём позабочусь, то есть постараюсь позаботиться, я хочу сказать, попробую приглядеть за ним и прослежу, чтобы он не попал в беду. После чего мне можно будет наниматься жонглировать снежками в преисподней. Думаю, у меня получится, — горько проговорил он внутри своего черепа.

    — Да, ваша милость. Я, э-э, обо всём позабочусь, то есть постараюсь позаботиться, я хочу сказать, попробую приглядеть за ним и прослежу, чтобы он не попал в беду. После чего мне можно будет наниматься жонглировать снежками в преисподней. Думаю, у меня получится, — горько проговорил он внутри своего черепа.

    — Терри Пратчетт · книга
14. «

    – Знаете, мне очень нравится семья королевы. – И мне тоже, – оживился мистер Янг, с благодарностью перепрыгивая на так удачно подвернувшуюся льдину в безумном потоке сознания. По крайней мере, разговор в отношении королевской семьи не вызывал опасений. Если, конечно, речь шла о настоящих ее представителях, которые добросовестно выполняют свою работу, приветствуя народ с балкона и спуская на воду новый авианосец. Не тех, которые всю ночь шляются по клубам и блюют на папарацци. Здесь, возможно, следует заметить: мистер Янг полагал, что «папарацци» – это разновидность итальянского линолеума.

    – Знаете, мне очень нравится семья королевы. – И мне тоже, – оживился мистер Янг, с благодарностью перепрыгивая на так удачно подвернувшуюся льдину в безумном потоке сознания. По крайней мере, разговор в отношении королевской семьи не вызывал опасений. Если, конечно, речь шла о настоящих ее представителях, которые добросовестно выполняют свою работу, приветствуя народ с балкона и спуская на воду новый авианосец. Не тех, которые всю ночь шляются по клубам и блюют на папарацци. Здесь, возможно, следует заметить: мистер Янг полагал, что «папарацци» – это разновидность итальянского линолеума.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    – Я бы стала злой и раздражительной женой. – Это ясно и без слов. – Ха! А каким бы стал ты? Мне пришлось бы терпеть твое распутство и пьянство! – Распутство? – Мы говорим о том, что могло бы случиться. – Но я – волшебник! Нас едва можно назвать распутниками. Это нам запрещено законом. Или правилами. В общем, есть указания… – Но ты не стал бы волшебником. – К тому же я почти не пью. – Запил бы, если б женился на мне.

    – Я бы стала злой и раздражительной женой. – Это ясно и без слов. – Ха! А каким бы стал ты? Мне пришлось бы терпеть твое распутство и пьянство! – Распутство? – Мы говорим о том, что могло бы случиться. – Но я – волшебник! Нас едва можно назвать распутниками. Это нам запрещено законом. Или правилами. В общем, есть указания… – Но ты не стал бы волшебником. – К тому же я почти не пью. – Запил бы, если б женился на мне.

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    Погруженный в алкогольную ванну мозг упорно выбулькивал сигналы тревоги.

    Погруженный в алкогольную ванну мозг упорно выбулькивал сигналы тревоги.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    Нянюшка смахнула кота с трона. – Кот имеет право смотреть на короля, – возвестила она. – Но не с таким выражением.

    Нянюшка смахнула кота с трона. – Кот имеет право смотреть на короля, – возвестила она. – Но не с таким выражением.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    Just because you’re an angel, doesn’t mean you have to be a fool.

    Just because you’re an angel, doesn’t mean you have to be a fool.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    Образование было сродни заразной болезни, передающейся половым путем. Оно делало тебя непригодным для многих работ, а еще появлялось какое-то жуткое желание передавать его дальше.

    Образование было сродни заразной болезни, передающейся половым путем. Оно делало тебя непригодным для многих работ, а еще появлялось какое-то жуткое желание передавать его дальше.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    — Приятно было наблюдать, как ты сохранила спокойствие, когда тот нахал потребовал, чтобы ты сняла шляпу. — Не хотела портить ему вечер. Завтра он умрет.

    — Приятно было наблюдать, как ты сохранила спокойствие, когда тот нахал потребовал, чтобы ты сняла шляпу. — Не хотела портить ему вечер. Завтра он умрет.

    — Терри Пратчетт · книга