Терри Пратчетт: цитаты про жизнь: 45 высказываний о главном

Ниже 45 цитат Терри Пратчетт: цитаты про жизня — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Очень скоро она научится готовить песочное печенье не хуже, чем это делает её мать, и тогда все — на каких-либо надеждах можно будет ставить крест.

   Очень скоро она научится готовить песочное печенье не хуже, чем это делает её мать, и тогда все — на каких-либо надеждах можно будет ставить крест.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   Жизнь в виде орангутана куда более приятна, чем жизнь в виде человека, потому что все глобальные философские вопросы сводятся к раздумьям о том, откуда появится следующий банан.

   Жизнь в виде орангутана куда более приятна, чем жизнь в виде человека, потому что все глобальные философские вопросы сводятся к раздумьям о том, откуда появится следующий банан.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   — А кыкс вы свои жисти покладёте, ежли вы уже скопытились? — резко спросила ведьма. — Ах-ха, тута так сразу и не скумексаешь, кыкс нам их покласть. Проще уж покласть жисти всех чучундр, кто ей зло чинить удумает.

   — А кыкс вы свои жисти покладёте, ежли вы уже скопытились? — резко спросила ведьма. — Ах-ха, тута так сразу и не скумексаешь, кыкс нам их покласть. Проще уж покласть жисти всех чучундр, кто ей зло чинить удумает.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   Смерть постоял в одиночестве, наблюдая, как пшеница пляшет на ветру. Конечно, это лишь метафора. Люди – не просто урожай. Они метались толпой в своих крошечных жизнях, движимые буквально часовым механизмом, и наполняли свои дни от края до края отчаянными попытками жить. И с точки зрения вечности все их жизни были одной длины, даже самые долгие и самые короткие.

   Смерть постоял в одиночестве, наблюдая, как пшеница пляшет на ветру. Конечно, это лишь метафора. Люди – не просто урожай. Они метались толпой в своих крошечных жизнях, движимые буквально часовым механизмом, и наполняли свои дни от края до края отчаянными попытками жить. И с точки зрения вечности все их жизни были одной длины, даже самые долгие и самые короткие.

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   Никогда себя так не чувствовал. Даже когда был живым. Но я не мертв. Не совсем живой и не совсем мертвый. Типа неживой. Или немертвый. Неужели я превратился в умертвие? О боги…

   Никогда себя так не чувствовал. Даже когда был живым. Но я не мертв. Не совсем живой и не совсем мертвый. Типа неживой. Или немертвый. Неужели я превратился в умертвие? О боги…

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   Часто думала, что у всех есть свой, так сказать, подлинный возраст. Видала я детей, которые в десять лет ведут себя так, словно им тридцать пять. Иные даже рождаются сразу средних лет. И мне приятно думать, что всю жизнь мне было… ну где-то восемнадцать. Всю жизнь, в глубине души.

   Часто думала, что у всех есть свой, так сказать, подлинный возраст. Видала я детей, которые в десять лет ведут себя так, словно им тридцать пять. Иные даже рождаются сразу средних лет. И мне приятно думать, что всю жизнь мне было… ну где-то восемнадцать. Всю жизнь, в глубине души.

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   Что же это за жизнь, когда приходится постоянно плыть, чтобы остаться на одном месте.

   Что же это за жизнь, когда приходится постоянно плыть, чтобы остаться на одном месте.

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   — А теперь я хочу поведать тебе кое-что очень важное. Секрет моей долгой жизни. Секрет в том, — сказала госпожа Вероломна, — чтобы не пускать ветры. Избегай грубых овощей и фруктов. А самое вредное в этом смысле — фасоль, можешь не сомневаться. — Простите, я не совсем поняла… — начала Тиффани. — Просто не перди. — А сложно можно? — нервно хихикнула Тиффани, не в силах поверить, что этот разговор происходит на самом деле.

   — А теперь я хочу поведать тебе кое-что очень важное. Секрет моей долгой жизни. Секрет в том, — сказала госпожа Вероломна, — чтобы не пускать ветры. Избегай грубых овощей и фруктов. А самое вредное в этом смысле — фасоль, можешь не сомневаться. — Простите, я не совсем поняла… — начала Тиффани. — Просто не перди. — А сложно можно? — нервно хихикнула Тиффани, не в силах поверить, что этот разговор происходит на самом деле.

   — Терри Пратчетт · книга
9. «

   – А вообще, это нечестно. Если бы каждый человек точно знал, когда умрет, то прожил бы куда лучшую жизнь… – Если бы люди знали, когда умрут, они, скорее всего, не жили бы вообще.

   – А вообще, это нечестно. Если бы каждый человек точно знал, когда умрет, то прожил бы куда лучшую жизнь… – Если бы люди знали, когда умрут, они, скорее всего, не жили бы вообще.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    В мои-то годы, видишь ли, молодость уже осталась так далеко позади, что порой кажется, будто это было и не со мной. Долгая жизнь вовсе не такая распрекрасная штука, как все думают.

    В мои-то годы, видишь ли, молодость уже осталась так далеко позади, что порой кажется, будто это было и не со мной. Долгая жизнь вовсе не такая распрекрасная штука, как все думают.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Преисподняя никогда не была средоточием порока, а небеса оплотом добродетели; и те и другие — лишь игроки в великой космической шахматной партии. И только в глубине человеческой души можно обнаружить нечто неподдельное: истинную благодать и настоящее убийственное зло.

    Преисподняя никогда не была средоточием порока, а небеса оплотом добродетели; и те и другие — лишь игроки в великой космической шахматной партии. И только в глубине человеческой души можно обнаружить нечто неподдельное: истинную благодать и настоящее убийственное зло.

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    Жизнь – удивительно распространённый товар.

    Жизнь – удивительно распространённый товар.

    — Терри Пратчетт · книга
13. «

    Встреча Ваймса с патрицием закончилась так, как заканчиваются все подобные встречи: гость уходит, преследуемый смутным, но мучительным подозрением, что совсем недавно он едва-едва не расстался с жизнью.

    Встреча Ваймса с патрицием закончилась так, как заканчиваются все подобные встречи: гость уходит, преследуемый смутным, но мучительным подозрением, что совсем недавно он едва-едва не расстался с жизнью.

    — Терри Пратчетт · книга
14. «

    — Ты можешь умереть во имя страны, за свой народ, за свою семью, а во имя бога ты должен жить полной жизнью до скончания дней своих. – И как долго они продлятся? – Посмотрим.

    — Ты можешь умереть во имя страны, за свой народ, за свою семью, а во имя бога ты должен жить полной жизнью до скончания дней своих. – И как долго они продлятся? – Посмотрим.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    Я полагаю, что те, кто не стоит за моей спиной, стоит у меня на пути, со всеми вытекающими последствиями.

    Я полагаю, что те, кто не стоит за моей спиной, стоит у меня на пути, со всеми вытекающими последствиями.

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    Матушка не любила проигрывать, а в игре с самим собой всякий раз остаешься в дураках именно ты.

    Матушка не любила проигрывать, а в игре с самим собой всякий раз остаешься в дураках именно ты.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    Жизнь была... прекрасна. Что вовсе не то же самое, что «ничего себе». И даже вовсе не то же самое, что «хороша». В ней было столько... всего. Ни конца, ни краю. Жизнь всё время подсовывала что-нибудь новенькое.

    Жизнь была... прекрасна. Что вовсе не то же самое, что «ничего себе». И даже вовсе не то же самое, что «хороша». В ней было столько... всего. Ни конца, ни краю. Жизнь всё время подсовывала что-нибудь новенькое.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    Эта призрачно-благородная мысль согревала его в бессонные ночные часы, когда, оценивая прожитую жизнь, вдруг понимаешь, что весит она не больше, чем клуб подогретого водорода.

    Эта призрачно-благородная мысль согревала его в бессонные ночные часы, когда, оценивая прожитую жизнь, вдруг понимаешь, что весит она не больше, чем клуб подогретого водорода.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    Его принцип существования был весьма прост: в жизни надо попробовать все.

    Его принцип существования был весьма прост: в жизни надо попробовать все.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    Ума у них хватает ровно на то, чтобы было с чего сходить.

    Ума у них хватает ровно на то, чтобы было с чего сходить.

    — Терри Пратчетт · книга