164 цитаты Терри Пратчетта — избранное

Ниже 164 цитаты Терри Пратчетта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Удача — мое второе имя, – буркнул Ринсвинд. – А первое, кстати, «Не».

   Удача — мое второе имя, – буркнул Ринсвинд. – А первое, кстати, «Не».

   — Ринсвинд · книга
2. «

   Хаос всегда побеждает порядок, поскольку лучше организован.

   Хаос всегда побеждает порядок, поскольку лучше организован.

   — Интересные времена · книга
3. «

   — Я поговорил с королём, — сообщил голос. — И что он? — с надеждой спросила матушка. — Дословно он сказал: «О нет! Только этого мне не хватало!» Матушка Ветровоск просияла. — Так я и знала, что он слышал обо мне, — довольно промолвила она.

   — Я поговорил с королём, — сообщил голос. — И что он? — с надеждой спросила матушка. — Дословно он сказал: «О нет! Только этого мне не хватало!» Матушка Ветровоск просияла. — Так я и знала, что он слышал обо мне, — довольно промолвила она.

   — Ведьмы за границей · книга
4. «

   Нельзя ожидать от кого-то, рождённого в грязной хижине, что он будет вести себя так же, как рождённый в замке.

   Нельзя ожидать от кого-то, рождённого в грязной хижине, что он будет вести себя так же, как рождённый в замке.

   — Нил Гейман · книга
5. «

   Сказать, что Шнобби обладает звериной внешностью, означало бы нанести смертельное оскорбление всему животному миру...

   Сказать, что Шнобби обладает звериной внешностью, означало бы нанести смертельное оскорбление всему животному миру...

   — К оружию! К оружию! · книга
6. «

   Здесь вращались исключительно сливки общества, во всяком случае, те его компоненты, которые всплывают на поверхность и которые благоразумнее называть сливками.

   Здесь вращались исключительно сливки общества, во всяком случае, те его компоненты, которые всплывают на поверхность и которые благоразумнее называть сливками.

   — Мор, ученик Смерти · книга
7. «

   — Знаешь, он ведь не дурак, — нарушил молчание Хамеш. — Ну, то есть, дураком его не назовешь. — Мозги у него на месте, — подтвердил Лезек. — Правда, иногда он начинает думать так усердно, что приходится колотить его по голове.

   — Знаешь, он ведь не дурак, — нарушил молчание Хамеш. — Ну, то есть, дураком его не назовешь. — Мозги у него на месте, — подтвердил Лезек. — Правда, иногда он начинает думать так усердно, что приходится колотить его по голове.

   — Хамеш · книга
8. «

   Ваймс наконец опустил орангутана, который, впрочем, разумно решил не раздувать проблему. Человеку, рассерженному настолько, что он, сам того не замечая, поднимает триста фунтов живого орангутаньего веса, – такому человеку лучше не говорить ничего лишнего.

   Ваймс наконец опустил орангутана, который, впрочем, разумно решил не раздувать проблему. Человеку, рассерженному настолько, что он, сам того не замечая, поднимает триста фунтов живого орангутаньего веса, – такому человеку лучше не говорить ничего лишнего.

   — Стража! Стража! · книга
9. «

   Какой смысл убивать противника? Ведь тогда он никогда не узнает, что проиграл, а стать настоящим победителем можно только при наличии противника, который побит тобой и сознает это.

   Какой смысл убивать противника? Ведь тогда он никогда не узнает, что проиграл, а стать настоящим победителем можно только при наличии противника, который побит тобой и сознает это.

   — Ведьмы за границей · книга
10. «

    На пустыню обрушилась ночь, внезапно облив пески темным фиолетом. Свет алмазных звезд с легкостью пронзал прозрачный воздух, напоминая вдумчивому наблюдателю, что недаром религии рождаются именно в пустынях и на возвышенностях. Не видя над головой ничего, кроме бездонной безграничности, человек испытывает отчаянную потребность хоть чем-нибудь от нее отгородиться.

    На пустыню обрушилась ночь, внезапно облив пески темным фиолетом. Свет алмазных звезд с легкостью пронзал прозрачный воздух, напоминая вдумчивому наблюдателю, что недаром религии рождаются именно в пустынях и на возвышенностях. Не видя над головой ничего, кроме бездонной безграничности, человек испытывает отчаянную потребность хоть чем-нибудь от нее отгородиться.

    — Патриот · книга
11. «

    Восемь часов утра. В это время пьяницы пытаются либо забыть, кто они такие, либо вспомнить, где живут.

    Восемь часов утра. В это время пьяницы пытаются либо забыть, кто они такие, либо вспомнить, где живут.

    — Роковая музыка · книга
12. «

    — А чем питаются эти драконы? Вор пожал плечами. — Лично мне припоминаются истории о прикованных к скалам девственницах, — высказался он. — Тогда у нас эти драконы подохнут с голоду, — хмыкнул убийца. — Тут скал отродясь не бывало. Равнина.

    — А чем питаются эти драконы? Вор пожал плечами. — Лично мне припоминаются истории о прикованных к скалам девственницах, — высказался он. — Тогда у нас эти драконы подохнут с голоду, — хмыкнул убийца. — Тут скал отродясь не бывало. Равнина.

    — Стража! Стража! · книга
13. «

    Больше кота ничему не научишь. Совсем ничему. Те, кто думает иначе, неверно истолковывают кошачьи повадки. Им кажется, что когда наступает время утренней кормежки, коты послушно являются к ним под дверь, потому что их так выдрессировали. С кошачьей же точки зрения, это двуногие бурдюки приучены ровно в десять утра доставать из холодильника жестянку с едой.

    Больше кота ничему не научишь. Совсем ничему. Те, кто думает иначе, неверно истолковывают кошачьи повадки. Им кажется, что когда наступает время утренней кормежки, коты послушно являются к ним под дверь, потому что их так выдрессировали. С кошачьей же точки зрения, это двуногие бурдюки приучены ровно в десять утра доставать из холодильника жестянку с едой.

    — Кот без прикрас · книга
14. «

    Можно сказать вселенной: «Это нечестно». И услышать в ответ: «Правда? Что ж, извини».

    Можно сказать вселенной: «Это нечестно». И услышать в ответ: «Правда? Что ж, извини».

    — Роковая музыка · книга
15. «

    Порой сижу здесь, совершенно обалдевший, и думаю про себя: «Вообще-то твоя работа – сидеть здесь и писать следующую книгу. А менять мир – это дело других...», а потом я прихожу в себя с восклицанием: «А вот и нет!»...

    Порой сижу здесь, совершенно обалдевший, и думаю про себя: «Вообще-то твоя работа – сидеть здесь и писать следующую книгу. А менять мир – это дело других...», а потом я прихожу в себя с восклицанием: «А вот и нет!»...
16. «

    Люди — интересные существа. В мире, полном чудес, им удалось придумать скуку.

    Люди — интересные существа. В мире, полном чудес, им удалось придумать скуку.
17. «

    Знаешь, раньше я думал, что я тупой… но потом я встретил философов.

    Знаешь, раньше я думал, что я тупой… но потом я встретил философов.

    — Мелкие боги · книга
18. «

    «Везде» настолько похоже на «нигде», что их практически невозможно отличить друг от друга.

    «Везде» настолько похоже на «нигде», что их практически невозможно отличить друг от друга.

    — Творцы заклинаний · книга
19. «

    Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации — та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу.

    Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации — та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу.
20. «

    А ведь Смерть, должно быть, самое одинокое существо во вселенной. На великой вечеринке Вселенной он всё время проводит на кухне.

    А ведь Смерть, должно быть, самое одинокое существо во вселенной. На великой вечеринке Вселенной он всё время проводит на кухне.

    — Мор, ученик Смерти · книга