20 цитат Тильды Суинтона, которые захочется сохранить

Ниже 20 цитат Тильды Суинтона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мои родители достаточно благоразумны, чтобы просто желать своим детям счастья.

   Мои родители достаточно благоразумны, чтобы просто желать своим детям счастья.
2. «

   Моя бабушка, которая умерла в возрасте 97 лет, всегда говорила, что с каждым годом жизнь становится только лучше. Теперь я чувствую то же самое. Возраст — это очень смешная вещь. Мы живём в обществе, где считается, что для всего есть своё время. И если упустил шанс сделать что-нибудь, то уже не сможешь вернуть его никогда. Уверена, что всё это неправда: если вы недостаточно зажигали в двадцать, вы можете оторваться в сорок. Если не смогли в сорок, то сделайте это в шестьдесят. Поздно не бывает никогда.

   Моя бабушка, которая умерла в возрасте 97 лет, всегда говорила, что с каждым годом жизнь становится только лучше. Теперь я чувствую то же самое. Возраст — это очень смешная вещь. Мы живём в обществе, где считается, что для всего есть своё время. И если упустил шанс сделать что-нибудь, то уже не сможешь вернуть его никогда. Уверена, что всё это неправда: если вы недостаточно зажигали в двадцать, вы можете оторваться в сорок. Если не смогли в сорок, то сделайте это в шестьдесят. Поздно не бывает никогда.
3. «

   Я никогда не рассчитывала, что меня поймут.

   Я никогда не рассчитывала, что меня поймут.
4. «

   Есть место, куда мы можем отправиться — подлинный, вечно существующий мир, в котором дикая природа продолжает жить своей жизнью, безграничная территория, на которой и мы, и наш вымышленный мир неприкосновенны и защищены от всякой опасности. Это пространство, где царят мир и спокойствие, где нет законов, где мы можем общаться и верить, не считаясь ни с какими мелкими и надуманными условностями, где мы свободны от власти коррумпированных корпораций и их тугих сетей... Страна Кино.

   Есть место, куда мы можем отправиться — подлинный, вечно существующий мир, в котором дикая природа продолжает жить своей жизнью, безграничная территория, на которой и мы, и наш вымышленный мир неприкосновенны и защищены от всякой опасности. Это пространство, где царят мир и спокойствие, где нет законов, где мы можем общаться и верить, не считаясь ни с какими мелкими и надуманными условностями, где мы свободны от власти коррумпированных корпораций и их тугих сетей... Страна Кино.
5. «

   Я выгляжу в точности, как мой отец, если побреется. Еще я похожа на Дэвида Боуи. Не только внешне, но и неопределенностью пола.

   Я выгляжу в точности, как мой отец, если побреется. Еще я похожа на Дэвида Боуи. Не только внешне, но и неопределенностью пола.
6. «

   Я слишком серьезна, чтобы быть дилетантом, но чтобы быть профессионалом, мне все же не хватает квалификации.

   Я слишком серьезна, чтобы быть дилетантом, но чтобы быть профессионалом, мне все же не хватает квалификации.
7. «

   Наши сны — это пространство, где мы можем вспомнить то, чего, как нам казалось, мы даже и не знали.

   Наши сны — это пространство, где мы можем вспомнить то, чего, как нам казалось, мы даже и не знали.
8. «

   В десять лет я ехала в поезде, и мне пришло в голову, что ни один сосед по вагону не догадывается, какая же я жалкая личность на самом деле.

   В десять лет я ехала в поезде, и мне пришло в голову, что ни один сосед по вагону не догадывается, какая же я жалкая личность на самом деле.
9. «

   Принято, что в девятнадцать лет вы должны определиться, что хотите делать в жизни дальше. Чушь! Или считается, что в двадцать у вас должны быть серьезные отношения. Чушь! Это все вздор! По себе скажу, если бы я тогда согласилась с этими условностями, то жила бы, будто по сигналу. Это все равно, что если бы вас постоянно клевал стервятник.

   Принято, что в девятнадцать лет вы должны определиться, что хотите делать в жизни дальше. Чушь! Или считается, что в двадцать у вас должны быть серьезные отношения. Чушь! Это все вздор! По себе скажу, если бы я тогда согласилась с этими условностями, то жила бы, будто по сигналу. Это все равно, что если бы вас постоянно клевал стервятник.
10. «

    Красота — это не то, с чем у меня ассоциировались знакомые люди, и точно не ассоциировались девушки. Ребята, возможно. Лошади, да. И конечно же, моя прабабка Элзи Суинтон, чье имперское величие было сродни торговой марке.

    Красота — это не то, с чем у меня ассоциировались знакомые люди, и точно не ассоциировались девушки. Ребята, возможно. Лошади, да. И конечно же, моя прабабка Элзи Суинтон, чье имперское величие было сродни торговой марке.
11. «

    Праведностью целей сейчас оправдывают все, что угодно. Поразительно, с какой легкостью на это покупаются.

    Праведностью целей сейчас оправдывают все, что угодно. Поразительно, с какой легкостью на это покупаются.
12. «

    Мы постоянно сомневаемся в том, что видим, и давно перестали верить собственным глазам.

    Мы постоянно сомневаемся в том, что видим, и давно перестали верить собственным глазам.
13. «

    Кино — это призма, сквозь которую стало возможно отражать наши видения благодаря тонкой игре света, контрастам четкости и размытости, магическому зеркальному преломлению... Это алхимия, в которой целое рождается не только из сочетания элементов.

    Кино — это призма, сквозь которую стало возможно отражать наши видения благодаря тонкой игре света, контрастам четкости и размытости, магическому зеркальному преломлению... Это алхимия, в которой целое рождается не только из сочетания элементов.
14. «

    Я — за полномасштабное изображение, общие планы, пространство между... разрывы... интервалы... паузы... за моменты тишины... за плавное течение жизни...

    Я — за полномасштабное изображение, общие планы, пространство между... разрывы... интервалы... паузы... за моменты тишины... за плавное течение жизни...
15. «

    Религиозный экстремизм встречается повсеместно, но виноват в этом фашистский подход и язык абсолютизма, идущий из Вашингтона.

    Религиозный экстремизм встречается повсеместно, но виноват в этом фашистский подход и язык абсолютизма, идущий из Вашингтона.
16. «

    От выпивки мне становится плохо. А от наркотиков тем более. Вокруг меня постоянно все дуют, но я не переношу травы. Однажды я попробовала экстази, лет двадцать назад, в Нью-Йорке, и четыре дня просидела молча в углу. Это было познавательно, но я рассчитывала на другой эффект.

    От выпивки мне становится плохо. А от наркотиков тем более. Вокруг меня постоянно все дуют, но я не переношу травы. Однажды я попробовала экстази, лет двадцать назад, в Нью-Йорке, и четыре дня просидела молча в углу. Это было познавательно, но я рассчитывала на другой эффект.
17. «

    От нас требуется все время спешить, бежать так, чтобы сердце вырывалось из груди. Буквально вываливалось наружу. Бешеный темп, мельтешение букв и призывные сигналы. Изо дня в день мы все стремительнее несемся куда-то.

    От нас требуется все время спешить, бежать так, чтобы сердце вырывалось из груди. Буквально вываливалось наружу. Бешеный темп, мельтешение букв и призывные сигналы. Изо дня в день мы все стремительнее несемся куда-то.
18. «

    Мир, в котором сам факт деформируется и постоянно берется в кавычки. Существует твой факт и мой факт. Так через субъективность завершается всеобъемлющий процесс отчуждения. Так завершается миссия капитализма. Общества больше не существует, и нет взаимопонимания...

    Мир, в котором сам факт деформируется и постоянно берется в кавычки. Существует твой факт и мой факт. Так через субъективность завершается всеобъемлющий процесс отчуждения. Так завершается миссия капитализма. Общества больше не существует, и нет взаимопонимания...
19. «

    Мы живем в эпоху псевдореальности: всегда наяву, слишком уставшие и беспокойные, чтобы мечтать, с отупевшим взглядом, прикованным к реалити-шоу, в котором реалити-люди готовят реалити-еду, покупают шмотки для реалити-тел и играют в жизнь.

    Мы живем в эпоху псевдореальности: всегда наяву, слишком уставшие и беспокойные, чтобы мечтать, с отупевшим взглядом, прикованным к реалити-шоу, в котором реалити-люди готовят реалити-еду, покупают шмотки для реалити-тел и играют в жизнь.
20. «

    Мой дом — зона, свободная от стыда.

    Мой дом — зона, свободная от стыда.