15 цитат Тома Йорка, проверенных временем

Ниже 15 цитат Тома Йорка — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Многие тратят уйму времени на то, чтобы быть вежливым. А я просто сру на это.

   Многие тратят уйму времени на то, чтобы быть вежливым. А я просто сру на это.
2. «

   Горечь таблетки редко указывает на силу её эффекта.

   Горечь таблетки редко указывает на силу её эффекта.
3. «

   У тебя не будет настоящих друзей, пока ты не научишься искренне любить всех. В этом случае я в жопе, да?

   У тебя не будет настоящих друзей, пока ты не научишься искренне любить всех. В этом случае я в жопе, да?
4. «

   Мои песни — это мои дети. Кто-то остается со мной, кого-то я должен отправить на войну.

   Мои песни — это мои дети. Кто-то остается со мной, кого-то я должен отправить на войну.
5. «

   Моя жизнь — это создание обоев для пустоты.

   Моя жизнь — это создание обоев для пустоты.
6. «

   Иногда лучшее, что ты можешь сделать с гитарой, — это просто разглядывать ее.

   Иногда лучшее, что ты можешь сделать с гитарой, — это просто разглядывать ее.
7. «

   Иногда люди говорят, что мы слишком серьезные, но это единственный способ добиться чего-нибудь. Мы не собираемся просто сидеть и ждать, а потом радоваться, если что-то вдруг произойдет. Мы амбициозны. Вынуждены быть такими.

   Иногда люди говорят, что мы слишком серьезные, но это единственный способ добиться чего-нибудь. Мы не собираемся просто сидеть и ждать, а потом радоваться, если что-то вдруг произойдет. Мы амбициозны. Вынуждены быть такими.
8. «

   Наверное, на свете есть такие люди, которых вы можете обидеть тем, что ничего не делаете.

   Наверное, на свете есть такие люди, которых вы можете обидеть тем, что ничего не делаете.
9. «

   — Вас считают одной из важнейших групп в мире. Имеет ли это для вас какое-то значение? Я имею в виду, все эти награды и прочее. Думаю, это что-то вроде вознаграждения за то, что вы сделали, но задумываетесь ли вы сами об этом? — Эмм, да, я задумываюсь об этом, когда меняю пеленки своему сыну. «Я уж точно не должен заниматься твоим дерьмом сейчас. Я намного более важен».

   — Вас считают одной из важнейших групп в мире. Имеет ли это для вас какое-то значение? Я имею в виду, все эти награды и прочее. Думаю, это что-то вроде вознаграждения за то, что вы сделали, но задумываетесь ли вы сами об этом? — Эмм, да, я задумываюсь об этом, когда меняю пеленки своему сыну. «Я уж точно не должен заниматься твоим дерьмом сейчас. Я намного более важен».
10. «

    Разница между мной и Боно заключается в том, что он всегда счастлив польстить кому-то, чтобы получить то, что ему нужно в данный момент. В этом деле он мастер, но у меня так не получалось никогда. Есть люди, которым я бы лучше дал в лицо, чем пожал бы руку, и от таких людей я стараюсь держаться как можно дальше. Уровень лжи и лести, который нужно поддерживать внутри себя при встрече с ними, я просто не могу осилить. Наверное, это позор, и я чувствую, что мне нужно что-то в себе менять, но я просто так не могу. Поэтому я восхищаюсь Боно. Он всегда умел зайти в дерьмо и выйти из него, источая запах роз.

    Разница между мной и Боно заключается в том, что он всегда счастлив польстить кому-то, чтобы получить то, что ему нужно в данный момент. В этом деле он мастер, но у меня так не получалось никогда. Есть люди, которым я бы лучше дал в лицо, чем пожал бы руку, и от таких людей я стараюсь держаться как можно дальше. Уровень лжи и лести, который нужно поддерживать внутри себя при встрече с ними, я просто не могу осилить. Наверное, это позор, и я чувствую, что мне нужно что-то в себе менять, но я просто так не могу. Поэтому я восхищаюсь Боно. Он всегда умел зайти в дерьмо и выйти из него, источая запах роз.
11. «

    Я скажу вам, что действительно смешно — приходить в книжный магазин и видеть все эти книги о себе. Создается впечатление, что ты уже умер.

    Я скажу вам, что действительно смешно — приходить в книжный магазин и видеть все эти книги о себе. Создается впечатление, что ты уже умер.
12. «

    Что беспокоит меня относительно компьютерной эры, так это тот факт, что теперь люди могут узнать о тебе все. Это невероятное вторжение в частную жизнь. Любой человек может следить за тобой, и — независимо от того, где ты сейчас находишься, — тебя можно вычислить, если ты засунул в банкомат свою карту. Я постоянно слышу все эти странные разговоры из интернета о том, что в будущем власть будет принадлежать не тому, у кого больше ядерных боеголовок, а тому, у кого больше информации. Но, впрочем, я не боюсь компьютеров. Пока еще компьютер не может тебе противостоять и сопротивляться. Пока еще он абсолютно беззащитен, и ты всегда можешь уничтожить его. Нам просто нужно больше людей с кувалдами.

    Что беспокоит меня относительно компьютерной эры, так это тот факт, что теперь люди могут узнать о тебе все. Это невероятное вторжение в частную жизнь. Любой человек может следить за тобой, и — независимо от того, где ты сейчас находишься, — тебя можно вычислить, если ты засунул в банкомат свою карту. Я постоянно слышу все эти странные разговоры из интернета о том, что в будущем власть будет принадлежать не тому, у кого больше ядерных боеголовок, а тому, у кого больше информации. Но, впрочем, я не боюсь компьютеров. Пока еще компьютер не может тебе противостоять и сопротивляться. Пока еще он абсолютно беззащитен, и ты всегда можешь уничтожить его. Нам просто нужно больше людей с кувалдами.
13. «

    Это и есть одна из причин, почему мы заинтересованы в этом. Вот почему я пишу музыку — я не могу найти её. Я слышу её, но нигде не нахожу.

    Это и есть одна из причин, почему мы заинтересованы в этом. Вот почему я пишу музыку — я не могу найти её. Я слышу её, но нигде не нахожу.
14. «

    — Вы одна из лучших групп в мире! — Да ладно? — Поздравляю! — Буду просыпаться по утрам с мыслью об этом.

    — Вы одна из лучших групп в мире! — Да ладно? — Поздравляю! — Буду просыпаться по утрам с мыслью об этом.

    — Джонатан Росс
15. «

    Если я когда-нибудь услышу, что люди собираются сжигать мои записи, я сам принесу им всё, что у меня есть.

    Если я когда-нибудь услышу, что люди собираются сжигать мои записи, я сам принесу им всё, что у меня есть.