11 цитат Томаса Вулфа, которые цепляют

Ниже 11 цитат Томаса Вулфа — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Он отправился в незнакомые города, встречать незнакомых людей и уходить, прежде чем они успеют узнать его, бродить, подобно собственной легенде, по всей земле — ему казалось, что ничего не может быть лучше этого.

   Он отправился в незнакомые города, встречать незнакомых людей и уходить, прежде чем они успеют узнать его, бродить, подобно собственной легенде, по всей земле — ему казалось, что ничего не может быть лучше этого.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
2. «

   И его язык язвил так больно потому, что его сердце так много верило.

   И его язык язвил так больно потому, что его сердце так много верило.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
3. «

   Каждый из нас — призрак для остальных и своя единственная реальность.

   Каждый из нас — призрак для остальных и своя единственная реальность.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
4. «

   Я никогда не забуду! Я не проживу так долго!

   Я никогда не забуду! Я не проживу так долго!

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
5. «

   Наша способность быть злодеями так же мала, как и все остальные наши способности.

   Наша способность быть злодеями так же мала, как и все остальные наши способности.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
6. «

   Чудо возникает из союза обыденного и необычного.

   Чудо возникает из союза обыденного и необычного.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
7. «

   Семя нашей гибели даст цветы в пустыне, алексин нашего исцеления растет у горной вершины, и над нашими жизнями тяготеет грязнуха из Джорджии, потому что лондонский карманник избежал виселицы.

   Семя нашей гибели даст цветы в пустыне, алексин нашего исцеления растет у горной вершины, и над нашими жизнями тяготеет грязнуха из Джорджии, потому что лондонский карманник избежал виселицы.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
8. «

   Он понимал, что люди вечно остаются чужими друг другу, что никто не способен по-настоящему понять другого, что, заточенные в темной утробе матери, мы появляемся на свет, не зная её лица, что нас вкладывают в её объятия чужими, и что, попав в безвыходную тюрьму существования, мы никогда уже из неё не вырвемся, чьи бы руки нас ни обнимали, чей бы рот нас ни целовал, чье бы сердце нас ни согревало. Никогда, никогда, никогда, никогда, никогда.

   Он понимал, что люди вечно остаются чужими друг другу, что никто не способен по-настоящему понять другого, что, заточенные в темной утробе матери, мы появляемся на свет, не зная её лица, что нас вкладывают в её объятия чужими, и что, попав в безвыходную тюрьму существования, мы никогда уже из неё не вырвемся, чьи бы руки нас ни обнимали, чей бы рот нас ни целовал, чье бы сердце нас ни согревало. Никогда, никогда, никогда, никогда, никогда.

   — Взгляни на дом свой, ангел · книга
9. «

   В прежние времена, когда художник хотел изобразить ужас одиночества, он писал пустыню или голые скалы, и среди этого запустения — человека, совсем одного: так одинок пророк Илия в пустыне, и его кормят вороны. Но современный художник, желая изобразить самое отчаянное одиночество, напишет улицу любого нашего большого города в воскресный день.

   В прежние времена, когда художник хотел изобразить ужас одиночества, он писал пустыню или голые скалы, и среди этого запустения — человека, совсем одного: так одинок пророк Илия в пустыне, и его кормят вороны. Но современный художник, желая изобразить самое отчаянное одиночество, напишет улицу любого нашего большого города в воскресный день.

   — Домой возврата нет · книга
10. «

    Причина непрерывно переходила в причину.

    Причина непрерывно переходила в причину.

    — Взгляни на дом свой, ангел · книга
11. «

    Он верил, что корабли приходят в гавань.

    Он верил, что корабли приходят в гавань.

    — Взгляни на дом свой, ангел · книга