15 цитат Тумаса Транстрёмера

Подборка из 15 цитат Тумаса Транстрёмера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Пробуждение — прыжок с парашютом из сна.

   Пробуждение — прыжок с парашютом из сна.
2. «

   Я — старое дерево с увядшей листвой, которая всё ещё висит и не может упасть на землю.

   Я — старое дерево с увядшей листвой, которая всё ещё висит и не может упасть на землю.

   — Стихи и проза · книга
3. «

   Скучающий палач становится опасным. Горящее небо скатывается в рулон.

   Скучающий палач становится опасным. Горящее небо скатывается в рулон.
4. «

   Устав от всех, у кого слова, слова, но не речь, я поехал на лежащий под снегом остров. Дикая природа – без слов. Неисписанные страницы расстилались во все стороны! Наткнулся на следы косули на снегу. Речь – но без слов.

   Устав от всех, у кого слова, слова, но не речь, я поехал на лежащий под снегом остров. Дикая природа – без слов. Неисписанные страницы расстилались во все стороны! Наткнулся на следы косули на снегу. Речь – но без слов.
5. «

   Рептилии за стеклом террариума - недвижные и странные.

   Рептилии за стеклом террариума - недвижные и странные.
6. «

   Истина здесь: на земле, но никто не осмеливается её поднять. Истина валяется на улице. Но никто её себе не берёт.

   Истина здесь: на земле, но никто не осмеливается её поднять. Истина валяется на улице. Но никто её себе не берёт.

   — Стихи и проза · книга
7. «

   Ты всегда чувствуешь себя моложе своих лет. Я храню в себе мои прежние лица, как дерево — годовые кольца. Это сумма того, что составляет моё «я». В зеркале отражается только моё последнее лицо, я же знаю все свои прежние.

   Ты всегда чувствуешь себя моложе своих лет. Я храню в себе мои прежние лица, как дерево — годовые кольца. Это сумма того, что составляет моё «я». В зеркале отражается только моё последнее лицо, я же знаю все свои прежние.

   — Стихи и проза · книга
8. «

   Из домашней жизни я не мог извлечь никаких уроков. Особых скандалов не происходило, ни тебе спектаклей, ни орущего отца.

   Из домашней жизни я не мог извлечь никаких уроков. Особых скандалов не происходило, ни тебе спектаклей, ни орущего отца.

   — Стихи и проза · книга
9. «

   Смерть порой приходит в зените жизни, мерку снимет. Ты же забыл, не помнишь, кто пришёл, живёшь, как ты прежде жил. Но платье-то шьётся.

   Смерть порой приходит в зените жизни, мерку снимет. Ты же забыл, не помнишь, кто пришёл, живёшь, как ты прежде жил. Но платье-то шьётся.
10. «

    Я лежу на кровати, раскинув руки. Я — якорь, который зарылся как следует и удерживает громадную тень, она там наверху плывёт, великое неизвестное, часть которого я сам и которое наверняка важнее меня.

    Я лежу на кровати, раскинув руки. Я — якорь, который зарылся как следует и удерживает громадную тень, она там наверху плывёт, великое неизвестное, часть которого я сам и которое наверняка важнее меня.

    — Стихи и проза · книга
11. «

    Я — сточный жёлоб для впечатлений.

    Я — сточный жёлоб для впечатлений.

    — Стихи и проза · книга
12. «

    На улице — скоро лето. В кустах кто-то свистит — человек или птица? И вишни в цвету гладят ветвями вернувшиеся домой грузовики. Проходят недели. Медленно наступает ночь. На окно садятся мотыльки: крохотные белые телеграммы планеты.

    На улице — скоро лето. В кустах кто-то свистит — человек или птица? И вишни в цвету гладят ветвями вернувшиеся домой грузовики. Проходят недели. Медленно наступает ночь. На окно садятся мотыльки: крохотные белые телеграммы планеты.
13. «

    Время — это не прямая линия, скорее, лабиринт, и если в правильном месте прижаться ухом к стене, можно услышать торопливые шаги и голоса, можно услышать по ту сторону самого себя, проходящего мимо.

    Время — это не прямая линия, скорее, лабиринт, и если в правильном месте прижаться ухом к стене, можно услышать торопливые шаги и голоса, можно услышать по ту сторону самого себя, проходящего мимо.

    — Стихи и проза · книга
14. «

    В школе имелись холерические дивы, которые могли основную часть урока посвящать возведению башни истерического негодования, всё для того, чтобы оттуда изливать чаши своего гнева.

    В школе имелись холерические дивы, которые могли основную часть урока посвящать возведению башни истерического негодования, всё для того, чтобы оттуда изливать чаши своего гнева.

    — Стихи и проза · книга
15. «

    В первые часы дня сознанье способно объять мир как сжимает ладонь солнцем нагретый камень.

    В первые часы дня сознанье способно объять мир как сжимает ладонь солнцем нагретый камень.