47 фраз Туве Янссона, которые запоминаются

Туве Янссон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 47 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — И ещё они ведут порочный образ жизни... — Порочный образ жизни? Что это значит? — Точно не знаю. Наверное, топчут чужие огороды и пьют пиво.

   — И ещё они ведут порочный образ жизни... — Порочный образ жизни? Что это значит? — Точно не знаю. Наверное, топчут чужие огороды и пьют пиво.

   — Мемуары Муми-папы · книга
2. «

   Молоко, розы, булочки и ягоды — лучший способ отметить возвращение кого бы то ни было домой.

   Молоко, розы, булочки и ягоды — лучший способ отметить возвращение кого бы то ни было домой.

   — Муми-мама · книга
3. «

   Это совершенно лишнее. Но, пожалуй, не помешает.

   Это совершенно лишнее. Но, пожалуй, не помешает.

   — Муми-папа · книга
4. «

   И пес у меня большой, красивый, послушный. Любви ко мне он не питает. Мы просто уважаем друг друга. Я уважаю его потаенную жизнь, уважаю ту загадочность, которая свойственна большим собакам, сохранившим частицу природной дикости и непокорства, но доверия к ним у меня нет. И как только некоторые решаются доверять огромным сторожким псам, твердят, что, мол, поступки у этих животных прямо-таки человеческие, то бишь благородные и достойные восхищения. Собака бессловесна и послушна, однако изучила нас, и поняла, и догадалась о нашем убожестве, нам бы следовало прийти в ужас, встревожиться, оторопеть перед лицом невероятного — ведь наши собаки никуда не уходят и остаются послушны. Может быть, они презирают нас. Может быть, прощают. А может быть, рады, что с них спросу нет. Мы никогда этого не узнаем. Может быть, они видят в нас что-то вроде злосчастного племени горбатых, кособоких уродов, здоровенных неуклюжих насекомых. Отнюдь не богов. Собаки нас явно раскусили и до тонкости постигли нашу натуру — лишь тысячелетия покорности держат их в узде. Почему ни один человек не боится своей собаки? Долго ли дикий зверь может смирять свою дикость? Люди идеализируют собак и при том же снисходительно «терпят» естественные их поступки — как они выкусывают блох, закапывают гнилую косточку, валяются в грязи, ночь напролет облаивают какое-нибудь дерево… Но сами-то люди что делают — втихомолку зарывают всякое гнилье, выкапывают его, и снова прячут, и под деревьями горло дерут, а уж в чем валяются… Нет. Я и мой пес их презираем. Мы укрылись в своей особой потаенной жизни, схоронились в сокровенной дикости…

   И пес у меня большой, красивый, послушный. Любви ко мне он не питает. Мы просто уважаем друг друга. Я уважаю его потаенную жизнь, уважаю ту загадочность, которая свойственна большим собакам, сохранившим частицу природной дикости и непокорства, но доверия к ним у меня нет. И как только некоторые решаются доверять огромным сторожким псам, твердят, что, мол, поступки у этих животных прямо-таки человеческие, то бишь благородные и достойные восхищения. Собака бессловесна и послушна, однако изучила нас, и поняла, и догадалась о нашем убожестве, нам бы следовало прийти в ужас, встревожиться, оторопеть перед лицом невероятного — ведь наши собаки никуда не уходят и остаются послушны. Может быть, они презирают нас. Может быть, прощают. А может быть, рады, что с них спросу нет. Мы никогда этого не узнаем. Может быть, они видят в нас что-то вроде злосчастного племени горбатых, кособоких уродов, здоровенных неуклюжих насекомых. Отнюдь не богов. Собаки нас явно раскусили и до тонкости постигли нашу натуру — лишь тысячелетия покорности держат их в узде. Почему ни один человек не боится своей собаки? Долго ли дикий зверь может смирять свою дикость? Люди идеализируют собак и при том же снисходительно «терпят» естественные их поступки — как они выкусывают блох, закапывают гнилую косточку, валяются в грязи, ночь напролет облаивают какое-нибудь дерево… Но сами-то люди что делают — втихомолку зарывают всякое гнилье, выкапывают его, и снова прячут, и под деревьями горло дерут, а уж в чем валяются… Нет. Я и мой пес их презираем. Мы укрылись в своей особой потаенной жизни, схоронились в сокровенной дикости…

   — Катри Клинг · книга
5. «

   Прощение не имеет смысла, если ты не способен забывать.

   Прощение не имеет смысла, если ты не способен забывать.

   — Дочь скульптора · книга
6. «

   Дорогая девочка, — чуть раздраженно ответила бабушка, — каждый человек должен совершить свои ошибки.

   Дорогая девочка, — чуть раздраженно ответила бабушка, — каждый человек должен совершить свои ошибки.

   — Летняя книга · книга
7. «

   Если кто-то не знает, что такое «выйти на пенсию», то можно пояснить, что это значит: делать в тишине и спокойствии лишь то, что тебе хочется, но только для этого надо стать достаточно старым.

   Если кто-то не знает, что такое «выйти на пенсию», то можно пояснить, что это значит: делать в тишине и спокойствии лишь то, что тебе хочется, но только для этого надо стать достаточно старым.

   — Всё о Муми-троллях · книга
8. «

   Наказание – это не единственный способ заставить кого-то хорошо себя вести.

   Наказание – это не единственный способ заставить кого-то хорошо себя вести.

   — Всё о Муми-троллях · книга
9. «

   Верь мне: самое опасное — запереться в четырех стенах. <...> От этого в голову лезут разные мысли.

   Верь мне: самое опасное — запереться в четырех стенах. <...> От этого в голову лезут разные мысли.

   — Хемуль · книга
10. «

    Знаешь, что мне в тебе нравится, — доверительно сказал Хемуль, — то, что ты такой молчаливый. Можно подумать, что ты очень умный.

    Знаешь, что мне в тебе нравится, — доверительно сказал Хемуль, — то, что ты такой молчаливый. Можно подумать, что ты очень умный.

    — Хемуль · книга
11. «

    ... У моря иногда хороший характер, иногда плохой, и невозможно понять, почему. Ведь мы видим только поверхность воды. Но если любишь море, это не имеет значения. Тогда принимаешь и плохое и хорошее...

    ... У моря иногда хороший характер, иногда плохой, и невозможно понять, почему. Ведь мы видим только поверхность воды. Но если любишь море, это не имеет значения. Тогда принимаешь и плохое и хорошее...

    — Муми-папа · книга
12. «

    Быть честным самому и не давать себя обмануть другим, хотя бы и на пенни, — вот это важно. Взять у чужого человека деньги позволительно только при условии, что ты способен приумножить их и вернуть, разделив по справедливости.

    Быть честным самому и не давать себя обмануть другим, хотя бы и на пенни, — вот это важно. Взять у чужого человека деньги позволительно только при условии, что ты способен приумножить их и вернуть, разделив по справедливости.

    — Катри Клинг · книга
13. «

    Есть люди, которым нельзя мешать в их стремлениях, будь то нечто важное или не очень. Напоминание может привести к тому, что желание мгновенно превратится в нежелание, и тогда все испорчено.

    Есть люди, которым нельзя мешать в их стремлениях, будь то нечто важное или не очень. Напоминание может привести к тому, что желание мгновенно превратится в нежелание, и тогда все испорчено.

    — Лодка и я · книга
14. «

    Мне было ужасно жаль себя, а это так приятно.

    Мне было ужасно жаль себя, а это так приятно.

    — Муми-папа · книга
15. «

    Тот, кто ест блины с вареньем, не может быть так уж жутко опасен. С таким можно поговорить.

    Тот, кто ест блины с вареньем, не может быть так уж жутко опасен. С таким можно поговорить.

    — Шляпа волшебника · книга
16. «

    Просто это очень опасно — говорить кому-то о своих самых сокровенных мечтах.

    Просто это очень опасно — говорить кому-то о своих самых сокровенных мечтах.

    — Хемуль, который любил тишину · книга
17. «

    Говори прямо, если хочешь, чтобы тебя понимали.

    Говори прямо, если хочешь, чтобы тебя понимали.

    — Всё о Муми-троллях · книга
18. «

    Это ведь обычное дело, что сложная проблема разрешается во сне. Голова работает лучше, если её оставить в покое.

    Это ведь обычное дело, что сложная проблема разрешается во сне. Голова работает лучше, если её оставить в покое.

    — Муми-папа и море · книга
19. «

    Люди порой узнают истину слишком поздно, когда уже нет ни сил, ни желания начинать все сначала, или забывают о своей мечте по пути и тогда вообще остаются в неведении.

    Люди порой узнают истину слишком поздно, когда уже нет ни сил, ни желания начинать все сначала, или забывают о своей мечте по пути и тогда вообще остаются в неведении.

    — Летняя книга · книга
20. «

    — Я хочу быть примадонной, — прервала Эмму Миса. — Только мне бы хотелось сыграть печальную роль, чтобы можно было вскрикивать, рыдать и плакать. — Тогда тебе надо играть в трагедии или драме, — пояснила Эмма. — И умереть в последнем акте. — Вот именно! — воскликнула Миса. Щеки её пылали. Подумать только, стать совсем не той, кто ты есть на самом деле! Никто тогда больше не скажет: «Вот идет Миса», — а будут говорить: «Посмотри на эту трагическую даму в красном бархате... великую примадонну... Видно, она много страдала».

    — Я хочу быть примадонной, — прервала Эмму Миса. — Только мне бы хотелось сыграть печальную роль, чтобы можно было вскрикивать, рыдать и плакать. — Тогда тебе надо играть в трагедии или драме, — пояснила Эмма. — И умереть в последнем акте. — Вот именно! — воскликнула Миса. Щеки её пылали. Подумать только, стать совсем не той, кто ты есть на самом деле! Никто тогда больше не скажет: «Вот идет Миса», — а будут говорить: «Посмотри на эту трагическую даму в красном бархате... великую примадонну... Видно, она много страдала».

    — Эмма (Emma) · книга