56 лучших цитат — Уильям Берроуз

Подборка из 56 цитат Уильяма Берроуза: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Имеется один шанс на миллион, а это не так плохо для биологического существа. Начни с самого начала: девять десятых твоей деятельности – бессмысленная суета, прикуривание сигарет, что-нибудь ещё в том же роде… Девять десятых балласта, который тянет тебя на дно… Все шансы на стороне сдающего.

   Имеется один шанс на миллион, а это не так плохо для биологического существа. Начни с самого начала: девять десятых твоей деятельности – бессмысленная суета, прикуривание сигарет, что-нибудь ещё в том же роде… Девять десятых балласта, который тянет тебя на дно… Все шансы на стороне сдающего.

   — Западные земли · книга
2. «

   Что-то ошибочное есть во всей концепции денег. Требуется все больше и больше чтобы купить все меньше и меньше. Деньги как героин. Доза, которая годится в понедельник, не подходит в пятницу.

   Что-то ошибочное есть во всей концепции денег. Требуется все больше и больше чтобы купить все меньше и меньше. Деньги как героин. Доза, которая годится в понедельник, не подходит в пятницу.

   — Дезинсектор · книга
3. «

   Да, в этом мире было бы легко и приятно жить, если бы каждый занимался своим делом и не мешал другим делать то же самое. Но один старый мудрый негр-педераст сказал мне много лет назад: — Дорогуша, некоторые люди — говно.

   Да, в этом мире было бы легко и приятно жить, если бы каждый занимался своим делом и не мешал другим делать то же самое. Но один старый мудрый негр-педераст сказал мне много лет назад: — Дорогуша, некоторые люди — говно.

   — Счётная машина · книга
4. «

   Легко вообразить Летучего Кота, черные кожаные крылья блестят, острые зубки, горящие зеленые глаза. Все его существо излучает чистую, дикую сладость, он перелетает в ночных лесах, издавая отрывистые мелодичные крики, загадочные послания. Доверчивое существо, окруженное аурой гибели и печали. Множество раз за века им пренебрегали, бросали умирать в холодных городских аллеях, на раскаленных от зноя пустырях, на свалках, в крапиве, на рассыпающихся глинобитных стенах. Много раз он тщетно взывал о помощи.

   Легко вообразить Летучего Кота, черные кожаные крылья блестят, острые зубки, горящие зеленые глаза. Все его существо излучает чистую, дикую сладость, он перелетает в ночных лесах, издавая отрывистые мелодичные крики, загадочные послания. Доверчивое существо, окруженное аурой гибели и печали. Множество раз за века им пренебрегали, бросали умирать в холодных городских аллеях, на раскаленных от зноя пустырях, на свалках, в крапиве, на рассыпающихся глинобитных стенах. Много раз он тщетно взывал о помощи.

   — Кот внутри · книга
5. «

   Она искала в этом браке избавление от порочных наклонностей, глоток чистой атмосферы, где есть только факты и никаких метаний, страстей и неврозов. Подсознательная тяга к самоистязанию и саморазрушению была обуздана и обращена на самосовершенствование, достижение высшей гармонии в новом союзе.

   Она искала в этом браке избавление от порочных наклонностей, глоток чистой атмосферы, где есть только факты и никаких метаний, страстей и неврозов. Подсознательная тяга к самоистязанию и саморазрушению была обуздана и обращена на самосовершенствование, достижение высшей гармонии в новом союзе.

   — Джек Керуак · книга
6. «

   Вспоминаю раннюю юность; мне приходит на ум постоянное ощущение, что я прижимаю к груди какое-то существо. Маленькое, не больше кошки. Это не ребенок и не животное. Что-то другое. Наполовину человек, наполовину еще что-то. Интересно, что это было... белка? Вроде нет. Не могу разглядеть. Я не знаю, чего хочет это существо. Но понимаю, что оно безраздельно мне доверяет.

   Вспоминаю раннюю юность; мне приходит на ум постоянное ощущение, что я прижимаю к груди какое-то существо. Маленькое, не больше кошки. Это не ребенок и не животное. Что-то другое. Наполовину человек, наполовину еще что-то. Интересно, что это было... белка? Вроде нет. Не могу разглядеть. Я не знаю, чего хочет это существо. Но понимаю, что оно безраздельно мне доверяет.

   — Кот внутри · книга
7. «

   Мое прошлое — отравленная река, и мне еще повезло, что я выбрался из нее на берег.

   Мое прошлое — отравленная река, и мне еще повезло, что я выбрался из нее на берег.

   — Пидор · книга
8. «

   — Вот представь, — сказал он. — Ты рыба, живешь в пруду, а пруд пересыхает. Нужно мутировать в амфибию, но кто-то к тебе пристает и уговаривает остаться в пруду, мол, все обойдется.

   — Вот представь, — сказал он. — Ты рыба, живешь в пруду, а пруд пересыхает. Нужно мутировать в амфибию, но кто-то к тебе пристает и уговаривает остаться в пруду, мол, все обойдется.

   — Джек Керуак · книга
9. «

   История этой планеты — это история идиотизма, подчеркнутого несколькими дебилами, которые выделились на общем фоне как гении.

   История этой планеты — это история идиотизма, подчеркнутого несколькими дебилами, которые выделились на общем фоне как гении.

   — Счётная машина · книга
10. «

    Чем выше интеллект, тем ниже потребность в продолжении рода.

    Чем выше интеллект, тем ниже потребность в продолжении рода.
11. «

    Я бы мог рехнуться, если бы мне пришлось жить в одной квартире с этим белым котом, который все время путается под ногами, трется о мою ногу, валяется на спине передо мной, прыгает на стол и точит когти о пишущую машинку. Вот он уже на телевизоре, а вот на кухонной доске, он в раковине, он царапает телефон. Стою, прислонившись к буфету, и пью. Я думал, что кот на улице, но вот он прыгает в раковину, его мордочка в дюйме от моего лица. Наконец я выставляю его за дверь... как арабского мальчишку, знающего, что он плохо себя ведет, и ты рано или поздно его прогонишь. Никакого протеста, он просто уходит, растворяется в подступающих сумерках и шорохах аллеи, исчезает, внушая мне смутное чувство вины.

    Я бы мог рехнуться, если бы мне пришлось жить в одной квартире с этим белым котом, который все время путается под ногами, трется о мою ногу, валяется на спине передо мной, прыгает на стол и точит когти о пишущую машинку. Вот он уже на телевизоре, а вот на кухонной доске, он в раковине, он царапает телефон. Стою, прислонившись к буфету, и пью. Я думал, что кот на улице, но вот он прыгает в раковину, его мордочка в дюйме от моего лица. Наконец я выставляю его за дверь... как арабского мальчишку, знающего, что он плохо себя ведет, и ты рано или поздно его прогонишь. Никакого протеста, он просто уходит, растворяется в подступающих сумерках и шорохах аллеи, исчезает, внушая мне смутное чувство вины.

    — Кот внутри · книга
12. «

    Как и многие бездельники, он терпеть не может, если кто-то покушается на его время. Близких друзей у него нет. Точно назначать встречи он не любит. Ему не нравится чувствовать, что кто-то от него чего-то ожидает. Ему хочется жить вообще без всякого давления извне — насколько это возможно.

    Как и многие бездельники, он терпеть не может, если кто-то покушается на его время. Близких друзей у него нет. Точно назначать встречи он не любит. Ему не нравится чувствовать, что кто-то от него чего-то ожидает. Ему хочется жить вообще без всякого давления извне — насколько это возможно.

    — Пидор · книга
13. «

    ... Аллертон не был настроен холодно или враждебно — для него Ли просто не существовало.

    ... Аллертон не был настроен холодно или враждебно — для него Ли просто не существовало.

    — Пидор · книга
14. «

    — Так что вы хотите сделать? — Я просто хочу потереться об тебя и поймать кайф.

    — Так что вы хотите сделать? — Я просто хочу потереться об тебя и поймать кайф.

    — Голый завтрак · книга
15. «

    Делла — двадцатилетняя лесбиянка, много повидавшая на своем веку. На ее счету две или три душераздирающих истории и четыре попытки самоубийства.

    Делла — двадцатилетняя лесбиянка, много повидавшая на своем веку. На ее счету две или три душераздирающих истории и четыре попытки самоубийства.

    — Джек Керуак · книга
16. «

    Люди и животные могут уйти духовно до того, как ушли физически.

    Люди и животные могут уйти духовно до того, как ушли физически.

    — Кот внутри · книга
17. «

    Смерть — всегда твоя смерть.

    Смерть — всегда твоя смерть.

    — Порт святых · книга
18. «

    — Почему бы нам не пожениться? — Когда-нибудь — обязательно. — Врешь, ты сам знаешь, что никогда не решишься. — Вот увидишь. Помнишь письмо, которое я написал из Нью-Орлеана? — Это было не всерьез, — отмахнулась она, — тебя просто похоть одолела. — Глупости.

    — Почему бы нам не пожениться? — Когда-нибудь — обязательно. — Врешь, ты сам знаешь, что никогда не решишься. — Вот увидишь. Помнишь письмо, которое я написал из Нью-Орлеана? — Это было не всерьез, — отмахнулась она, — тебя просто похоть одолела. — Глупости.

    — Джек Керуак · книга
19. «

    Заткнулась уже, ну-ка. Дай спокойно от лекарства покайфовать.

    Заткнулась уже, ну-ка. Дай спокойно от лекарства покайфовать.

    — Голый завтрак · книга
20. «

    Подозрения, страх, самонадеянность, твёрдая убеждённость в том, что хорошо, а что плохо, ужас и желание избежать того, что в человеческих представлениях считается «чудовищным», — такие состояния души и тела чреваты катастрофой.

    Подозрения, страх, самонадеянность, твёрдая убеждённость в том, что хорошо, а что плохо, ужас и желание избежать того, что в человеческих представлениях считается «чудовищным», — такие состояния души и тела чреваты катастрофой.

    — Кот внутри · книга