137 сильных цитат Уильяма Шекспир: красивые цитаты

Подборка из 137 цитат Уильяма Шекспир: красивые цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чтоб истинной любви не запятнать Каким-нибудь воспоминаньем ложным, Меня скорей из памяти изгладь, - Иль дважды мне ответ придется дать:

   Чтоб истинной любви не запятнать Каким-нибудь воспоминаньем ложным, Меня скорей из памяти изгладь, - Иль дважды мне ответ придется дать:

   — Уильям Шекспир
2. «

   Пускай богач Изнеженный, забывши справедливость, Бесчувственно слепой, весь гнев небес Изведает вполне; тогда он станет Делиться с бедными своим избытком, Тогда не будет нищеты.

   Пускай богач Изнеженный, забывши справедливость, Бесчувственно слепой, весь гнев небес Изведает вполне; тогда он станет Делиться с бедными своим избытком, Тогда не будет нищеты.

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Любовь слепа и нас лишает глаз. Не вижу я того, что вижу ясно. Я видел красоту, но каждый раз Понять не мог, что дурно, что прекрасно. И если взгляды сердце завели И якорь бросили в такие воды, Где многие проходят корабли, - Зачем ему ты не даешь свободы? Как сердцу моему проезжий двор Казаться мог усадьбою счастливой? Но все, что видел, отрицал мой взор, Подкрашивая правдой облик лживый.

   Любовь слепа и нас лишает глаз. Не вижу я того, что вижу ясно. Я видел красоту, но каждый раз Понять не мог, что дурно, что прекрасно. И если взгляды сердце завели И якорь бросили в такие воды, Где многие проходят корабли, - Зачем ему ты не даешь свободы? Как сердцу моему проезжий двор Казаться мог усадьбою счастливой? Но все, что видел, отрицал мой взор, Подкрашивая правдой облик лживый.

   — Уильям Шекспир
4. «

   Лежи в цветах – сама, как сад в цвету. Твоя постель из пепла и гранита. Я руки над тобой переплету И окроплю слезами эти плиты. А завтра снова принесу цветов И забросаю ими твой покров.

   Лежи в цветах – сама, как сад в цвету. Твоя постель из пепла и гранита. Я руки над тобой переплету И окроплю слезами эти плиты. А завтра снова принесу цветов И забросаю ими твой покров.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   Когда достойна ты любви моей, Достоин я взаимности твоей.

   Когда достойна ты любви моей, Достоин я взаимности твоей.

   — Уильям Шекспир
6. «

   Let me confess that we two must be twain, Although our undivided loves are one: So shall those blots that do with me remain, Without thy help, by me be borne alone.

   Let me confess that we two must be twain, Although our undivided loves are one: So shall those blots that do with me remain, Without thy help, by me be borne alone.

   — Уильям Шекспир
7. «

   Для аппетита пряностью приправы Мы называем горький вкус во рту. Мы горечь пьем, чтоб избежать отравы, Нарочно возбуждая дурноту. Так, избалованный твоей любовью, Я в горьких мыслях радость находил И сам себе придумал нездоровье Еще в расцвете бодрости и сил. От этого любовного коварства И спасенья вымышленных бед Я заболел не в шутку и лекарства Горчайшие глотал себе во вред. Но понял я: лекарства — яд смертельный Тем, кто любовью болен беспредельной.

   Для аппетита пряностью приправы Мы называем горький вкус во рту. Мы горечь пьем, чтоб избежать отравы, Нарочно возбуждая дурноту. Так, избалованный твоей любовью, Я в горьких мыслях радость находил И сам себе придумал нездоровье Еще в расцвете бодрости и сил. От этого любовного коварства И спасенья вымышленных бед Я заболел не в шутку и лекарства Горчайшие глотал себе во вред. Но понял я: лекарства — яд смертельный Тем, кто любовью болен беспредельной.

   — Уильям Шекспир
8. «

   Тогда б я знал, что думали в те дни Об этом чуде, сложно совершенном, — Ушли ли мы вперед, или они, Иль этот мир остался неизменным.

   Тогда б я знал, что думали в те дни Об этом чуде, сложно совершенном, — Ушли ли мы вперед, или они, Иль этот мир остался неизменным.

   — Уильям Шекспир
9. «

   Ты говоришь, что нет любви во мне. Но разве я, ведя войну с тобою, Не на твоей воюю стороне И не сдаю оружия без боя? Вступал ли я в союз с твоим врагом, Люблю ли тех, кого ты ненавидишь? И разве не виню себя кругом, Когда меня напрасно ты обидишь? Какой заслугой я горжусь своей, Чтобы считать позором униженье? Твой грех мне добродетели милей, Мой приговор — ресниц твоих движенье.

   Ты говоришь, что нет любви во мне. Но разве я, ведя войну с тобою, Не на твоей воюю стороне И не сдаю оружия без боя? Вступал ли я в союз с твоим врагом, Люблю ли тех, кого ты ненавидишь? И разве не виню себя кругом, Когда меня напрасно ты обидишь? Какой заслугой я горжусь своей, Чтобы считать позором униженье? Твой грех мне добродетели милей, Мой приговор — ресниц твоих движенье.

   — Уильям Шекспир
10. «

    Но мысль — рабыня жизни, жизнь — игрушка Для времени, а время — страж вселенной - Когда-нибудь придет к концу.

    Но мысль — рабыня жизни, жизнь — игрушка Для времени, а время — страж вселенной - Когда-нибудь придет к концу.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    Твой взгляд потемнел, хоть прекрасен он был, Сгоревший внутри, свою сущность забыл. Голодный зверёныш на райском пиру, Избитый собой, засыпаешь к утру.

    Твой взгляд потемнел, хоть прекрасен он был, Сгоревший внутри, свою сущность забыл. Голодный зверёныш на райском пиру, Избитый собой, засыпаешь к утру.

    — Уильям Шекспир
12. «

    Наша личность — это сад, а наша воля — его садовник.

    Наша личность — это сад, а наша воля — его садовник.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    Я не хочу, чтобы своей тоской Ты предала себя молве людской.

    Я не хочу, чтобы своей тоской Ты предала себя молве людской.

    — Уильям Шекспир
14. «

    Да будет свет, когда душа во мраке!

    Да будет свет, когда душа во мраке!

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Я видел Заслугу: по свету она, Как нищий убогий, скиталась: Я видел, как Бедность в одежде шута Пред сильными мира кривлялась: Я видел, как нагло в порок и разврат Невинность безбожно толкали, Как Гений и Разум пред Силой молчат, Как Честь и Любовь оскорбляли: Как в докторской тоге, с дипломом в руках Безумие гордо шагает!.. Я видел Добро в кандалах и цепях, А Зло — на свободе гуляет!.. И я устал, устал!... И смерть призвал бы я, Но как же я умру, оставив здесь тебя?!

    Я видел Заслугу: по свету она, Как нищий убогий, скиталась: Я видел, как Бедность в одежде шута Пред сильными мира кривлялась: Я видел, как нагло в порок и разврат Невинность безбожно толкали, Как Гений и Разум пред Силой молчат, Как Честь и Любовь оскорбляли: Как в докторской тоге, с дипломом в руках Безумие гордо шагает!.. Я видел Добро в кандалах и цепях, А Зло — на свободе гуляет!.. И я устал, устал!... И смерть призвал бы я, Но как же я умру, оставив здесь тебя?!

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    Thy bosom is endeard with all hearts, Which I by lacking have supposd dead, And there reigns love and all love's loving parts, And all those friends which I thought burid.

    Thy bosom is endeard with all hearts, Which I by lacking have supposd dead, And there reigns love and all love's loving parts, And all those friends which I thought burid.

    — Уильям Шекспир
17. «

    На всю страну монаршим криком грянет: «Пощады нет!» — и спустит псов войны.

    На всю страну монаршим криком грянет: «Пощады нет!» — и спустит псов войны.

    — Уильям Шекспир · книга
18. «

    Тебе, мои друг, не ставлю я в вину, Что ты владеешь тем, чем я владею. Нет, я в одном тебя лишь упрекну, Что пренебрег любовью ты моею.

    Тебе, мои друг, не ставлю я в вину, Что ты владеешь тем, чем я владею. Нет, я в одном тебя лишь упрекну, Что пренебрег любовью ты моею.

    — Уильям Шекспир
19. «

    Чтобы не мог тебя заставить свет Рассказывать, что ты во мне любила, - Забудь меня, когда на склоне лет Иль до того возьмет меня могила.

    Чтобы не мог тебя заставить свет Рассказывать, что ты во мне любила, - Забудь меня, когда на склоне лет Иль до того возьмет меня могила.

    — Уильям Шекспир
20. «

    За внешний облик — внешний и почет. Но голос тех же судей неподкупных Звучит иначе, если речь зайдет О свойствах сердца, глазу недоступных.

    За внешний облик — внешний и почет. Но голос тех же судей неподкупных Звучит иначе, если речь зайдет О свойствах сердца, глазу недоступных.

    — Уильям Шекспир