40 цитат Уильяма Сомерсета Моэм: цитаты про жизня, которые стоит перечитать

Подборка из 40 цитат Уильяма Сомерсета Моэм: цитаты про жизня: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   <...> река, хоть и текла так медленно, все же была в движении, и от этого возникало грустное чувство быстротечности жизни. Все проходит, и если оставляет после себя след, то какой? Китти казалось, что все они, все люди на земле, подобны каплям воды в этой реке, что безымянный поток всех влечет к морю. Когда все так преходяще и ничтожно, стоит ли людям, раздувая мелочи до размеров важных событий, так терзать себя и других?

   <...> река, хоть и текла так медленно, все же была в движении, и от этого возникало грустное чувство быстротечности жизни. Все проходит, и если оставляет после себя след, то какой? Китти казалось, что все они, все люди на земле, подобны каплям воды в этой реке, что безымянный поток всех влечет к морю. Когда все так преходяще и ничтожно, стоит ли людям, раздувая мелочи до размеров важных событий, так терзать себя и других?

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
2. «

   Жизнь-то, как ни посмотри, паршивая штука, но уж если есть в ней капля радости, последним идиотом надо быть, чтобы ею не пользоваться.

   Жизнь-то, как ни посмотри, паршивая штука, но уж если есть в ней капля радости, последним идиотом надо быть, чтобы ею не пользоваться.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
3. «

   — Не такой я человек, чтобы копить деньги. Зарабатывай их и трать — вот мой девиз. Одно могу сказать: если бы мне пришлось начинать жизнь заново, я бы в ней ничего не изменил. А ведь немногие это скажут.

   — Не такой я человек, чтобы копить деньги. Зарабатывай их и трать — вот мой девиз. Одно могу сказать: если бы мне пришлось начинать жизнь заново, я бы в ней ничего не изменил. А ведь немногие это скажут.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
4. «

   Мне так надоело готовиться к жизни – пора наконец начать жить.

   Мне так надоело готовиться к жизни – пора наконец начать жить.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
5. «

   Если какой-нибудь непредвиденный случай — безрассудство, преступление или несчастье — разрушает твои планы на будущее, не считай, что ты потерпел полное крушение в жизни. Может быть, тебе как раз повезло, и когда, много лет спустя, ты оглянешься назад, ты скажешь себе, что не променял бы новую жизнь, которую навязало тебе несчастье, на скучное, монотонное существование, ожидавшее тебя, если бы не вмешалась судьба.

   Если какой-нибудь непредвиденный случай — безрассудство, преступление или несчастье — разрушает твои планы на будущее, не считай, что ты потерпел полное крушение в жизни. Может быть, тебе как раз повезло, и когда, много лет спустя, ты оглянешься назад, ты скажешь себе, что не променял бы новую жизнь, которую навязало тебе несчастье, на скучное, монотонное существование, ожидавшее тебя, если бы не вмешалась судьба.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
6. «

   Вот поистине ирония жизни: то, к чему мы стремимся, оказывается лучше, когда оно достигнуто не полностью.

   Вот поистине ирония жизни: то, к чему мы стремимся, оказывается лучше, когда оно достигнуто не полностью.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
7. «

   Характер? А я-то думал, надо иметь очень сильный характер, чтобы после получасового размышления поставить крест на блестящей карьере только потому, что тебе открылся иной жизненный путь, более осмысленный и значительный. И какой же нужен характер, чтоб никогда не пожалеть об этом внезапном шаге!

   Характер? А я-то думал, надо иметь очень сильный характер, чтобы после получасового размышления поставить крест на блестящей карьере только потому, что тебе открылся иной жизненный путь, более осмысленный и значительный. И какой же нужен характер, чтоб никогда не пожалеть об этом внезапном шаге!

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
8. «

   Презрев людей, врагов я не имел, Любил природу, в песнях славил Бога. Я у камина жизни руки грел, Огонь погас — и мне пора в дорогу.

   Презрев людей, врагов я не имел, Любил природу, в песнях славил Бога. Я у камина жизни руки грел, Огонь погас — и мне пора в дорогу.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
9. «

   Мне начинает казаться, что в этом мире очень трудно понять, чему можно верить.

   Мне начинает казаться, что в этом мире очень трудно понять, чему можно верить.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
10. «

    Жизнь поистине фантастична, и требуется особое чувство юмора, чтобы видеть её смешные стороны.

    Жизнь поистине фантастична, и требуется особое чувство юмора, чтобы видеть её смешные стороны.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
11. «

    Ведь мы, скорей всего бессознательно, свою власть над другими измеряем тем, как они относятся к нашему мнению о них, и начинаем ненавидеть тех, которые не поддаются нашему влиянию. Для человеческой гордости нет обиды сильнее.

    Ведь мы, скорей всего бессознательно, свою власть над другими измеряем тем, как они относятся к нашему мнению о них, и начинаем ненавидеть тех, которые не поддаются нашему влиянию. Для человеческой гордости нет обиды сильнее.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
12. «

    Жизнь на десять процентов состоит из того, что вы в ней делаете, а на девяносто – из того, как вы её принимаете.

    Жизнь на десять процентов состоит из того, что вы в ней делаете, а на девяносто – из того, как вы её принимаете.

    — Уильям Сомерсет Моэм
13. «

    В мире все имеет конец, неразумно просить, чтобы что-то хорошее продлилось, но еще неразумнее не наслаждаться им, пока оно есть.

    В мире все имеет конец, неразумно просить, чтобы что-то хорошее продлилось, но еще неразумнее не наслаждаться им, пока оно есть.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
14. «

    Люди в большинстве, собственно говоря, в подавляющем большинстве, ведут ту жизнь, которую им навязывают обстоятельства, и хотя некоторые тоскуют, чувствуют себя не на своём месте и думают, что обернись всё иначе, так они сумели бы себя показать, прочие же, как правило, приемлют свой жребий если не безмятежно, то покорно. Они подобны трамваю, который вечно катит по одним и тем же рельсам. И они неизменно движутся взад-вперёд, взад-вперёд, пока в силах, а потом идут на слом. И не так часто встречаешь человека, который сам смело определил ход своей жизни. Если вам подобная встреча выпадет, к такому человеку стоит присмотреться получше.

    Люди в большинстве, собственно говоря, в подавляющем большинстве, ведут ту жизнь, которую им навязывают обстоятельства, и хотя некоторые тоскуют, чувствуют себя не на своём месте и думают, что обернись всё иначе, так они сумели бы себя показать, прочие же, как правило, приемлют свой жребий если не безмятежно, то покорно. Они подобны трамваю, который вечно катит по одним и тем же рельсам. И они неизменно движутся взад-вперёд, взад-вперёд, пока в силах, а потом идут на слом. И не так часто встречаешь человека, который сам смело определил ход своей жизни. Если вам подобная встреча выпадет, к такому человеку стоит присмотреться получше.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
15. «

    Куда важнее жить, чем описывать, как ты живешь. Моя цель на земле — испытывать многогранные ощущения, которые дарит мне жизнь, выцеживать из каждого мига все его чувственные богатства.

    Куда важнее жить, чем описывать, как ты живешь. Моя цель на земле — испытывать многогранные ощущения, которые дарит мне жизнь, выцеживать из каждого мига все его чувственные богатства.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
16. «

    Жизнь и нужна для того, чтобы рисковать.

    Жизнь и нужна для того, чтобы рисковать.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
17. «

    Дао. Путь. Одни из нас ищут его в опиуме, другие в Боге, кто в вине, кто в любви. А Путь для всех один и ведет в никуда.

    Дао. Путь. Одни из нас ищут его в опиуме, другие в Боге, кто в вине, кто в любви. А Путь для всех один и ведет в никуда.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
18. «

    Один из многих недостатков реальной жизни заключается в том, что она редко преподносит законченный сюжет. Некоторые ситуации вызывают у вас любопытство, замешанные в них люди запутались в дьявольски сложных обстоятельствах, и вы теряетесь в догадках — а что же случится дальше? Так вот, чаще всего дальше ничего не случается. Катастрофа, которая представлялась неизбежной, таковой не оказывается, и высокая трагедия, вопреки всем законам искусства, вырождается в вульгарную комедию. Возраст, у которого есть много недостатков, имеет и то преимущество (признаться, отнюдь не единственное), что иногда вам удается узнать, чем завершились события, свидетелем которых вы когда-то были. Вы уже давно отчаялись узнать, чем кончилась та или иная история, как вдруг, когда вы меньше всего этого ожидаете, вам ее преподносят прямо на блюдечке.

    Один из многих недостатков реальной жизни заключается в том, что она редко преподносит законченный сюжет. Некоторые ситуации вызывают у вас любопытство, замешанные в них люди запутались в дьявольски сложных обстоятельствах, и вы теряетесь в догадках — а что же случится дальше? Так вот, чаще всего дальше ничего не случается. Катастрофа, которая представлялась неизбежной, таковой не оказывается, и высокая трагедия, вопреки всем законам искусства, вырождается в вульгарную комедию. Возраст, у которого есть много недостатков, имеет и то преимущество (признаться, отнюдь не единственное), что иногда вам удается узнать, чем завершились события, свидетелем которых вы когда-то были. Вы уже давно отчаялись узнать, чем кончилась та или иная история, как вдруг, когда вы меньше всего этого ожидаете, вам ее преподносят прямо на блюдечке.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
19. «

    Помните, исполнять возложенные на вас обязанности — это ещё мало, это не более похвально, чем мыть руки, когда они грязные. Что действительно важно — это исполнять свой долг с любовью. Когда долг и любовь будут слиты воедино, вот тогда на вас снизойдёт благодать и вы познаете радость несказанную.

    Помните, исполнять возложенные на вас обязанности — это ещё мало, это не более похвально, чем мыть руки, когда они грязные. Что действительно важно — это исполнять свой долг с любовью. Когда долг и любовь будут слиты воедино, вот тогда на вас снизойдёт благодать и вы познаете радость несказанную.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
20. «

    В человеке заложена способность к мифотворчеству. Поэтому люди, алчно впитывая в себя ошеломляющие или таинственные рассказы о жизни тех, что выделились из среды себе подобных, творят легенду и сами же проникаются фанатической верой в неё. Это бунт романтики против заурядности жизни.

    В человеке заложена способность к мифотворчеству. Поэтому люди, алчно впитывая в себя ошеломляющие или таинственные рассказы о жизни тех, что выделились из среды себе подобных, творят легенду и сами же проникаются фанатической верой в неё. Это бунт романтики против заурядности жизни.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга