47 сильных цитат Вадима Панова

Подборка из 47 цитат Вадима Панова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И не смей показывать свою слабость! Ты должна быть безжалостной, как лесной пожар. Ты должна растоптать его прямо там, в кабинете. Только в этом случае у тебя появится шанс, что он опомнится и приползет с покаянием. Помни: к слабым не возвращаются!

   И не смей показывать свою слабость! Ты должна быть безжалостной, как лесной пожар. Ты должна растоптать его прямо там, в кабинете. Только в этом случае у тебя появится шанс, что он опомнится и приползет с покаянием. Помни: к слабым не возвращаются!

   — Марта Волкова · книга
2. «

   — Тьфу! Все у вас, челов, по-идиотски устроено, клянусь кисточкой Спящего, — возмутился Кирций. — От любви у вас не удовольствия, а болезни только да вены перерезанные. — Еще дети бывают, — припомнил Артем. — Вот-вот.

   — Тьфу! Все у вас, челов, по-идиотски устроено, клянусь кисточкой Спящего, — возмутился Кирций. — От любви у вас не удовольствия, а болезни только да вены перерезанные. — Еще дети бывают, — припомнил Артем. — Вот-вот.

   — Артём · книга
3. «

   Сердце ёкнуло и попыталось рухнуть в глубины живота, затеряться между желудком и печенью или замести следы в толстом кишечнике... Однако остальные органы воспротивились, и трусливому насосу пришлось остаться на месте.

   Сердце ёкнуло и попыталось рухнуть в глубины живота, затеряться между желудком и печенью или замести следы в толстом кишечнике... Однако остальные органы воспротивились, и трусливому насосу пришлось остаться на месте.

   — Ребус Галла · книга
4. «

   Моральные принципы – это единственное, что отличает общество от стада. И только их наличие гарантирует будущее.

   Моральные принципы – это единственное, что отличает общество от стада. И только их наличие гарантирует будущее.

   — Командор войны · книга
5. «

   — Ты веришь в равноправие? — Я верю во взаимоуважение.

   — Ты веришь в равноправие? — Я верю во взаимоуважение.

   — Занимательная механика · книга
6. «

   Доверие. Мы даже не задумываемся над тем, как облегчает оно жизнь. Мы знаем людей и потому не проверяем их слова, по умолчанию считая их правдивыми. Мы обращаемся за поддержкой и сами спешим на помощь, потому что нам доверяют и мы не можем не оправдать надежд. Потому что в другой раз придут на выручку нам.

   Доверие. Мы даже не задумываемся над тем, как облегчает оно жизнь. Мы знаем людей и потому не проверяем их слова, по умолчанию считая их правдивыми. Мы обращаемся за поддержкой и сами спешим на помощь, потому что нам доверяют и мы не можем не оправдать надежд. Потому что в другой раз придут на выручку нам.

   — Ребус Галла · книга
7. «

   Время без любви — лишь минуты, складывающиеся в ненужные годы.

   Время без любви — лишь минуты, складывающиеся в ненужные годы.

   — Продавцы невозможного · книга
8. «

   Благородство красит человека, но оставляет голодным.

   Благородство красит человека, но оставляет голодным.

   — Кортес · книга
9. «

   Капитан громко говорил, громко смеялся, не умел не привлекать к себе внимание окружающих и любил повторять, что «Жить надо, как в последний раз!», добавляя: «Тем более, что это соответствует истине».

   Капитан громко говорил, громко смеялся, не умел не привлекать к себе внимание окружающих и любил повторять, что «Жить надо, как в последний раз!», добавляя: «Тем более, что это соответствует истине».

   — Аэрба · книга
10. «

    Хороший маг — мёртвый маг!

    Хороший маг — мёртвый маг!

    — Серебрянц · книга
11. «

    Проблема или решается, или откладывается, третьего не дано. Но если ты ее отложил, будь готов к тому, что она вернется. Обязательно вернется. И ударит еще сильнее.

    Проблема или решается, или откладывается, третьего не дано. Но если ты ее отложил, будь готов к тому, что она вернется. Обязательно вернется. И ударит еще сильнее.

    — Запах Страха · книга
12. «

    Иногда необходимо вносить разнообразие в размеренную жизнь. Чтобы вкус спокойной жизни казался слаще.

    Иногда необходимо вносить разнообразие в размеренную жизнь. Чтобы вкус спокойной жизни казался слаще.

    — Яна · книга
13. «

    Картина, открывающаяся с высоты отеля «Park Hyatt», действительно могла поразить воображение человека. Бесконечные огни ночного Токио переливались всеми цветами радуги, не подпуская ночную тьму на асфальтированную кожу мегаполиса. Город казался звездой, чья ослепительная корона чудесным образом выступила из глубины Земли. Звездой, не победившей ночь, но органично вошедшей в нее, украсившей, придавшей совершенной тьме новые оттенки. Звездой, помогающей преодолеть извечный страх человека перед мраком.

    Картина, открывающаяся с высоты отеля «Park Hyatt», действительно могла поразить воображение человека. Бесконечные огни ночного Токио переливались всеми цветами радуги, не подпуская ночную тьму на асфальтированную кожу мегаполиса. Город казался звездой, чья ослепительная корона чудесным образом выступила из глубины Земли. Звездой, не победившей ночь, но органично вошедшей в нее, украсившей, придавшей совершенной тьме новые оттенки. Звездой, помогающей преодолеть извечный страх человека перед мраком.

    — Куколка последней надежды · книга
14. «

    Знаете, Андрей, чем больше я погружаюсь в реали современной Земли, тем меньше мне хочется захватывать эту прогнившую планету. Где огонь? Где ярость? Где та жемчужина, которую первые дети Спящего назвали раем? Где та Земля, из-за которой мы вели с асурами войну на взаимное уничтожение? Где мы? Где враги? Почему я могу купить едва ли не всех? Где принципы? Героев сменили бухгалтеры, а мне противно и скучно быть императором бухгалтеров, но я могу попробовать. Сколько ты хочешь за операцию? Такой язык тебе понятен?

    Знаете, Андрей, чем больше я погружаюсь в реали современной Земли, тем меньше мне хочется захватывать эту прогнившую планету. Где огонь? Где ярость? Где та жемчужина, которую первые дети Спящего назвали раем? Где та Земля, из-за которой мы вели с асурами войну на взаимное уничтожение? Где мы? Где враги? Почему я могу купить едва ли не всех? Где принципы? Героев сменили бухгалтеры, а мне противно и скучно быть императором бухгалтеров, но я могу попробовать. Сколько ты хочешь за операцию? Такой язык тебе понятен?

    — Ярга · книга
15. «

    Любой бунт вызывается искусственно, уважаемый Хасим. Кто-то должен встать и сказать: «Пойдем». Кто-то должен показать, что можно перейти черту: ударить первым, разбить витрину, поджечь мобиль.

    Любой бунт вызывается искусственно, уважаемый Хасим. Кто-то должен встать и сказать: «Пойдем». Кто-то должен показать, что можно перейти черту: ударить первым, разбить витрину, поджечь мобиль.

    — Поводыри на распутье · книга
16. «

    Девчонкам нравится запах денег, они свято верят в историю Золушки и с радостью примеряют на себя хрустальные туфельки. Не задумываясь, что в большинстве случаев это — стеклянная китайская подделка.

    Девчонкам нравится запах денег, они свято верят в историю Золушки и с радостью примеряют на себя хрустальные туфельки. Не задумываясь, что в большинстве случаев это — стеклянная китайская подделка.

    — Невада Крус · книга
17. «

    Бывает так: хочешь всего и сразу, а получаешь ничего и постепенно.

    Бывает так: хочешь всего и сразу, а получаешь ничего и постепенно.

    — Харций · книга
18. «

    Когда от любви поет сердце, разум должен не подпевать, а дирижировать.

    Когда от любви поет сердце, разум должен не подпевать, а дирижировать.

    — Кортес · книга
19. «

    Лучше быть немножко потерпевшими, чем сильно пострадавшими.

    Лучше быть немножко потерпевшими, чем сильно пострадавшими.

    — Артём · книга
20. «

    Существует мнение, что историю вершат великие дела и славные подвиги. Занятный тезис, имеющий к тому же массу сторонников. Их не переубедить. Они зачитываются сагами и мемуарами знаменитых военачальников. Они ищут величия. Они не видят мелочей. Они неспособны оценить значение внезапной вспышки ярости, не вовремя брошенного взгляда, случайного разговора. Передвигая по карте полки и дивизии, они не задумываются над тем, что каждый отряд состоит из отдельных личностей, а каждый полководец обладает целым набором слабостей и недостатков. И даже перед смертью они гордо произносят: враг был сильнее. Победитель не всегда бывает сильнее. Но всегда — умнее.

    Существует мнение, что историю вершат великие дела и славные подвиги. Занятный тезис, имеющий к тому же массу сторонников. Их не переубедить. Они зачитываются сагами и мемуарами знаменитых военачальников. Они ищут величия. Они не видят мелочей. Они неспособны оценить значение внезапной вспышки ярости, не вовремя брошенного взгляда, случайного разговора. Передвигая по карте полки и дивизии, они не задумываются над тем, что каждый отряд состоит из отдельных личностей, а каждый полководец обладает целым набором слабостей и недостатков. И даже перед смертью они гордо произносят: враг был сильнее. Победитель не всегда бывает сильнее. Но всегда — умнее.

    — Наложницы ненависти · книга