18 цитат Василого Шукшина, которые захочется сохранить

Василий Шукшин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ничего, Любаша!... Все будет в порядке! Голову свою покладу, но вы у меня будете жить хорошо. Я не говорю зря.

   Ничего, Любаша!... Все будет в порядке! Голову свою покладу, но вы у меня будете жить хорошо. Я не говорю зря.

   — Eгор Прокудин · книга
2. «

   Все ценное и прекрасное на земле создал умный, талантливый, трудолюбивый человек. Никогда еще в истории человеческой ни один паразит не сделал ничего стоящего.

   Все ценное и прекрасное на земле создал умный, талантливый, трудолюбивый человек. Никогда еще в истории человеческой ни один паразит не сделал ничего стоящего.
3. «

   Странный они народ, продавщицы: продаст обыкновенный килограмм пшена, а с таким видом, точно вернула забытый долг.

   Странный они народ, продавщицы: продаст обыкновенный килограмм пшена, а с таким видом, точно вернула забытый долг.

   — Сергей Духанин · книга
4. «

   Кого жалеют, тот кажется маленьким.

   Кого жалеют, тот кажется маленьким.

   — Хозяин бани и огорода · книга
5. «

   Хотят жить – как птицы небесные, а живут – погрузившись в цепкую, беспощадную, затягивающую топь материальных интересов.

   Хотят жить – как птицы небесные, а живут – погрузившись в цепкую, беспощадную, затягивающую топь материальных интересов.
6. «

   Сколько уж раз на деле убеждался Егор, что все же человек никогда до конца не забывается — всегда, даже в страшно короткое время, успевает подумать: что будет? И если убивают, то хотели убить. Нечаянно убивают редко.

   Сколько уж раз на деле убеждался Егор, что все же человек никогда до конца не забывается — всегда, даже в страшно короткое время, успевает подумать: что будет? И если убивают, то хотели убить. Нечаянно убивают редко.

   — Калина красная · книга
7. «

   Всё никак не могу выбрать время — когда я имею право загулять? Всё не имею.

   Всё никак не могу выбрать время — когда я имею право загулять? Всё не имею.
8. «

   – Подумай: рази ты человек? Да рази человек будет так, чтоб ему только одному хорошо было!

   – Подумай: рази ты человек? Да рази человек будет так, чтоб ему только одному хорошо было!

   — Я пришел дать вам волю · книга
9. «

   Нам бы про душу не забыть, нам бы чуть добрее быть, нам бы, с нашими скоростями, не забыть, что люди мы.

   Нам бы про душу не забыть, нам бы чуть добрее быть, нам бы, с нашими скоростями, не забыть, что люди мы.
10. «

    А загадочных сперва уважают, а потом уже любят или презирают, смотря по тому, чем обернётся эта загадочность.

    А загадочных сперва уважают, а потом уже любят или презирают, смотря по тому, чем обернётся эта загадочность.

    — Любавины · книга
11. «

    Кто сам перестал верить, тому тоже не верют.

    Кто сам перестал верить, тому тоже не верют.

    — Я пришел дать вам волю · книга
12. «

    Люди!... Давайте любить друг друга!

    Люди!... Давайте любить друг друга!
13. «

    На надгробиях надо писать не то, кем человек был, а кем он мог быть.

    На надгробиях надо писать не то, кем человек был, а кем он мог быть.
14. «

    Ни ума, ни правды, ни силы настоящей, ни одной живой идеи. Да при помощи чего они правят нами? Остаётся одно объяснение – при помощи нашей собственной глупости.

    Ни ума, ни правды, ни силы настоящей, ни одной живой идеи. Да при помощи чего они правят нами? Остаётся одно объяснение – при помощи нашей собственной глупости.
15. «

    Бывает так: идешь где-нибудь — в лесу или в поле, доходишь до такого места, где дорога расходится на две. А места незнакомые. По какой идти — неизвестно. А идти надо. И до того тяжело это — выбирать, аж сердце заболит. И потом, когда уж идешь, и то болит. Думаешь: «А правильно? Может, не сюда надо было?» Так и в жизни, по-моему, надо дорогу знать…

    Бывает так: идешь где-нибудь — в лесу или в поле, доходишь до такого места, где дорога расходится на две. А места незнакомые. По какой идти — неизвестно. А идти надо. И до того тяжело это — выбирать, аж сердце заболит. И потом, когда уж идешь, и то болит. Думаешь: «А правильно? Может, не сюда надо было?» Так и в жизни, по-моему, надо дорогу знать…

    — Там, вдали... · книга
16. «

    И ничто не изменилось в мире. Горел над пашней ясный день, рощица на краю пашни стояла вся зеленая, умытая вчерашним дождем... Густо пахло землей, так густо, тяжко пахло сырой землей, что голова легонько кружилась. Собрала она всю свою весеннюю силу, все соки живые — готовилась опять породить жизнь. И далекая синяя полоска леса, и облако белое, кудрявое над этой полоской, и солнце в вышине — все была жизнь, и перла она через края, и не заботилась ни о чем, и никого не страшилась.

    И ничто не изменилось в мире. Горел над пашней ясный день, рощица на краю пашни стояла вся зеленая, умытая вчерашним дождем... Густо пахло землей, так густо, тяжко пахло сырой землей, что голова легонько кружилась. Собрала она всю свою весеннюю силу, все соки живые — готовилась опять породить жизнь. И далекая синяя полоска леса, и облако белое, кудрявое над этой полоской, и солнце в вышине — все была жизнь, и перла она через края, и не заботилась ни о чем, и никого не страшилась.

    — Калина красная · книга
17. «

    Самые наблюдательные люди — дети. Потом — художники.

    Самые наблюдательные люди — дети. Потом — художники.
18. «

    Мать — самое уважаемое, что ни есть в жизни, самое родное — вся состоит из жалости. Она любит свое дитя, уважает, ревнует, хочет ему добра — много всякого, но неизменно, всю жизнь — жалеет.

    Мать — самое уважаемое, что ни есть в жизни, самое родное — вся состоит из жалости. Она любит свое дитя, уважает, ревнует, хочет ему добра — много всякого, но неизменно, всю жизнь — жалеет.