65 цитат Василого Шукшина

Василий Шукшин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 65 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Истинно великих людей определяет, кроме всего прочего, и то, что они терпят рядом с собой инакомыслящих. Гитлер и Сталин по этой статье не проходят туда.

   Истинно великих людей определяет, кроме всего прочего, и то, что они терпят рядом с собой инакомыслящих. Гитлер и Сталин по этой статье не проходят туда.
2. «

   Правда всегда немногословна. Ложь — да.

   Правда всегда немногословна. Ложь — да.
3. «

   Деревня, видите ли!... Да там один воздух чего стоит! Утром окно откроешь — как, скажи, обмоет тебя всего. Хоть пей его — до того свежий да запашистый, травами разными пахнет, цветами разными...

   Деревня, видите ли!... Да там один воздух чего стоит! Утром окно откроешь — как, скажи, обмоет тебя всего. Хоть пей его — до того свежий да запашистый, травами разными пахнет, цветами разными...

   — Чудик · книга
4. «

   Нет, не зря Степан Тимофеевич так люто ненавидел бумаги: вот «заговорили» они, и угроза зримая уже собиралась на него. Там, на Волге, надо орать, рубить головы, брать города, проливать кровь... Здесь, в Москве, надо умело и вовремя поспешить с бумагами, – и поднимется сила, которая выйдет и согнёт силу тех, на Волге... Государство к тому времени уже вовлекло человека в свой тяжёлый, медленный, безысходных круг; бумага, как змея, обрела парализующую силу. Указы, Грамоты. Списки... О, как страшны они! Если вообразить, что те бумаги, которые жёг Разин на площади в Астрахани, кричали голосами, стонали, бормотали проклятья, молили пощады себе, то эти, московские, восстали жестоко мстить, но «говорили» спокойно, со знанием дела. Ничто так не страшно было на Руси, как госпожа Бумага. Одних она делала сильными, других – слабыми, беспомощными.

   Нет, не зря Степан Тимофеевич так люто ненавидел бумаги: вот «заговорили» они, и угроза зримая уже собиралась на него. Там, на Волге, надо орать, рубить головы, брать города, проливать кровь... Здесь, в Москве, надо умело и вовремя поспешить с бумагами, – и поднимется сила, которая выйдет и согнёт силу тех, на Волге... Государство к тому времени уже вовлекло человека в свой тяжёлый, медленный, безысходных круг; бумага, как змея, обрела парализующую силу. Указы, Грамоты. Списки... О, как страшны они! Если вообразить, что те бумаги, которые жёг Разин на площади в Астрахани, кричали голосами, стонали, бормотали проклятья, молили пощады себе, то эти, московские, восстали жестоко мстить, но «говорили» спокойно, со знанием дела. Ничто так не страшно было на Руси, как госпожа Бумага. Одних она делала сильными, других – слабыми, беспомощными.

   — Я пришел дать вам волю · книга
5. «

   Культурный человек... Это тот, кто в состоянии сострадать. Это горький, мучительный талант.

   Культурный человек... Это тот, кто в состоянии сострадать. Это горький, мучительный талант.
6. «

   – Подумай: рази ты человек? Да рази человек будет так, чтоб ему только одному хорошо было!

   – Подумай: рази ты человек? Да рази человек будет так, чтоб ему только одному хорошо было!

   — Я пришел дать вам волю · книга
7. «

   Хамов мы сами у себя развели, нам их никто с парашютами не сбрасывал.

   Хамов мы сами у себя развели, нам их никто с парашютами не сбрасывал.
8. «

   А загадочных сперва уважают, а потом уже любят или презирают, смотря по тому, чем обернётся эта загадочность.

   А загадочных сперва уважают, а потом уже любят или презирают, смотря по тому, чем обернётся эта загадочность.

   — Любавины · книга
9. «

   Кончатся трудности — мы их выдумаем!

   Кончатся трудности — мы их выдумаем!

   — Странные люди · книга
10. «

    Хочешь быть мастером, макай своё перо в правду. Ничем другим больше не удивишь.

    Хочешь быть мастером, макай своё перо в правду. Ничем другим больше не удивишь.
11. «

    Странное дело с этими бабами: когда им даже не очень нужно и даже совсем не нужно, они могут так легко, просто врать, будто имеют на это какое-то им одним известное право.

    Странное дело с этими бабами: когда им даже не очень нужно и даже совсем не нужно, они могут так легко, просто врать, будто имеют на это какое-то им одним известное право.

    — Егор Любавин · книга
12. «

    Ни ума, ни правды, ни силы настоящей, ни одной живой идеи. Да при помощи чего они правят нами? Остаётся одно объяснение – при помощи нашей собственной глупости.

    Ни ума, ни правды, ни силы настоящей, ни одной живой идеи. Да при помощи чего они правят нами? Остаётся одно объяснение – при помощи нашей собственной глупости.
13. «

    Хотят жить – как птицы небесные, а живут – погрузившись в цепкую, беспощадную, затягивающую топь материальных интересов.

    Хотят жить – как птицы небесные, а живут – погрузившись в цепкую, беспощадную, затягивающую топь материальных интересов.
14. «

    Всё в жизни бывает. Трудно бывает, – Родионов опять незаметно вздохнул и сел на место. – Так трудно бывает, что глаза на лоб лезут. Но убиваться, показывать слабость свою – это последнее дело. Плюнь на всё, держись, другого выхода всё равно нету.

    Всё в жизни бывает. Трудно бывает, – Родионов опять незаметно вздохнул и сел на место. – Так трудно бывает, что глаза на лоб лезут. Но убиваться, показывать слабость свою – это последнее дело. Плюнь на всё, держись, другого выхода всё равно нету.

    — Кузьма Николаевич Родионов · книга
15. «

    Смех — розовая пена на слезах жизни.

    Смех — розовая пена на слезах жизни.
16. «

    Древние только форсили своими сверкающими щитами. Подушка!

    Древние только форсили своими сверкающими щитами. Подушка!

    — Микроскоп · книга
17. «

    Не должно наступать никогда то время, когда надо махнуть рукой и сказать, что тут уже ничего не сделаешь. Сделать всегда можно.

    Не должно наступать никогда то время, когда надо махнуть рукой и сказать, что тут уже ничего не сделаешь. Сделать всегда можно.
18. «

    Не было ничего более страшного на Руси, чем Госпожа Бумага.

    Не было ничего более страшного на Руси, чем Госпожа Бумага.

    — Я пришел дать вам волю · книга
19. «

    А ты не думай никогда хорошо про людей — ошибаться не будешь.

    А ты не думай никогда хорошо про людей — ошибаться не будешь.

    — Иван · книга
20. «

    Давно ещё сказывал мне один человек, — заговорила слабым голосом Хавронья, — что есть, говорит, дураки в полоску, есть — в клеточку, а есть сплошь. Погляжу я на вас: вот вы сплошь.

    Давно ещё сказывал мне один человек, — заговорила слабым голосом Хавронья, — что есть, говорит, дураки в полоску, есть — в клеточку, а есть сплошь. Погляжу я на вас: вот вы сплошь.

    — Хавронья · книга