Вера Камша: цитаты со смыслом: 20 цитат на каждый день

Ниже 20 цитат Веры Камша: цитаты со смыслома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человек бессердечный не должен приближаться к человеку с сердцем. Иначе он его вырвет, и другому станет очень больно.

   Человек бессердечный не должен приближаться к человеку с сердцем. Иначе он его вырвет, и другому станет очень больно.

   — Вера Камша · книга
2. «

   В тот вечер Алва не отказался бы от женщины, я это чувствовала, но он знал, что я не смогу ему отказать. Я действительно не смогла бы. Если б Ворон остался, я была бы довольна, и он был бы доволен, но… он не воспользовался случаем. Даже не случаем – правом спасителя и победителя. Это было так странно… Я поняла, что Алва не играет в честность, а в самом деле честен.

   В тот вечер Алва не отказался бы от женщины, я это чувствовала, но он знал, что я не смогу ему отказать. Я действительно не смогла бы. Если б Ворон остался, я была бы довольна, и он был бы доволен, но… он не воспользовался случаем. Даже не случаем – правом спасителя и победителя. Это было так странно… Я поняла, что Алва не играет в честность, а в самом деле честен.

   — Вера Камша · книга
3. «

   Если сердце говорит — иди, а разум спрашивает — зачем, надо слушать сердце.

   Если сердце говорит — иди, а разум спрашивает — зачем, надо слушать сердце.

   — Вера Камша · книга
4. «

   Ничего никогда и никому не доказывай.

   Ничего никогда и никому не доказывай.

   — Вера Камша · книга
5. «

   Непричастные несправедливы, и чем дальше они от выбора, тем большего они хотят от выбравших.

   Непричастные несправедливы, и чем дальше они от выбора, тем большего они хотят от выбравших.

   — Вера Камша · книга
6. «

   – Вы будете драться? – в упор спросил Ричард. – Или прикажете оскорбить вас прилюдно? – Оскорбить может не всякий. – Придд все же соизволил обернуться. – Предатель, глупец и неудачник к таковым не относятся.

   – Вы будете драться? – в упор спросил Ричард. – Или прикажете оскорбить вас прилюдно? – Оскорбить может не всякий. – Придд все же соизволил обернуться. – Предатель, глупец и неудачник к таковым не относятся.

   — Вера Камша · книга
7. «

   Золото — славный слуга, но мерзейший господин.

   Золото — славный слуга, но мерзейший господин.

   — Вера Камша · книга
8. «

   Не равняйте меня ни с Создателем, ни с невеждой. Лишь первый знает все, и лишь второй так полагает.

   Не равняйте меня ни с Создателем, ни с невеждой. Лишь первый знает все, и лишь второй так полагает.

   — Вера Камша · книга
9. «

   Счастье даром не даётся... Нужно бить те бокалы, которые есть.

   Счастье даром не даётся... Нужно бить те бокалы, которые есть.

   — Вера Камша · книга
10. «

    Дороже глупости обходится только доброта.

    Дороже глупости обходится только доброта.

    — Вера Камша · книга
11. «

    Туда, откуда вытекла совесть, приходит небытие.

    Туда, откуда вытекла совесть, приходит небытие.

    — Вера Камша · книга
12. «

    – Мы не знаем, что думал и думает Ричард! – Арно бешено сверкнул глазами. – Я бы посоветовал не делать этого за него, по крайней мере в моём присутствии. До нашей встречи Окделл мне друг, а после мы всё решим сами. Наше место зависит не только от умения владеть шпагой, но и от… умения владеть совестью.

    – Мы не знаем, что думал и думает Ричард! – Арно бешено сверкнул глазами. – Я бы посоветовал не делать этого за него, по крайней мере в моём присутствии. До нашей встречи Окделл мне друг, а после мы всё решим сами. Наше место зависит не только от умения владеть шпагой, но и от… умения владеть совестью.

    — Вера Камша · книга
13. «

    Повод без вина — это страдание, вино без повода — пьянство.

    Повод без вина — это страдание, вино без повода — пьянство.

    — Вера Камша · книга
14. «

    Жизнь — это надежда, любовь, долг и страх. Пока остается хоть что-то, смерть не придёт.

    Жизнь — это надежда, любовь, долг и страх. Пока остается хоть что-то, смерть не придёт.

    — Вера Камша · книга
15. «

    – Вы не можете одобрять предательство! — Одобрять не могу, но иногда без него не обойтись. — Лионель приподнял бокал. — Вас, к примеру, я предать могу, имейте это в виду. Вас, но не Талиг. — А Первого маршала? — Зачем он спросил? Его дело — исполнять приказы, а не набиваться на разговоры. — Алву? — Савиньяк усмехнулся. — Нет, Алву я не предам, точно так же как он не предаст меня. В случае необходимости один пожертвует другим, только и всего. — И чем это отличается от предательства? — Лионель был омерзительно прав, Чарльз понимал это и всё равно спорил, не мог не спорить. — Предательство для предаваемого всегда является неожиданностью и неприятностью, — маршал Севера больше не улыбался, — а мы знаем, чего ждать друг от друга. Если потребуется поджечь фитиль, ни меня, ни Алву не остановит то, что другой привязан к пороховой бочке.

    – Вы не можете одобрять предательство! — Одобрять не могу, но иногда без него не обойтись. — Лионель приподнял бокал. — Вас, к примеру, я предать могу, имейте это в виду. Вас, но не Талиг. — А Первого маршала? — Зачем он спросил? Его дело — исполнять приказы, а не набиваться на разговоры. — Алву? — Савиньяк усмехнулся. — Нет, Алву я не предам, точно так же как он не предаст меня. В случае необходимости один пожертвует другим, только и всего. — И чем это отличается от предательства? — Лионель был омерзительно прав, Чарльз понимал это и всё равно спорил, не мог не спорить. — Предательство для предаваемого всегда является неожиданностью и неприятностью, — маршал Севера больше не улыбался, — а мы знаем, чего ждать друг от друга. Если потребуется поджечь фитиль, ни меня, ни Алву не остановит то, что другой привязан к пороховой бочке.

    — Вера Камша · книга
16. «

    – Ты веришь в приметы? Дик в приметы верил, но мёртвый ворон, так и не разжавший когтей, и синеглазый человек в чёрном с непроницаемым лицом… – Нет, монсеньор, не верю. – Я тоже. К сожалению. К сожалению?! Кансилльер прав, Рокэ ходит по грани безумия, если только не шагнул за эту грань. Наверное, это отразилось у Дикона на лице, а может, маршалу просто захотелось поговорить. – Странно, что ты всё ещё полагаешь смерть страшной. Будь это знамение, я бы радовался. Ворону не справиться с золотым орланом, но этот был слишком глуп и молод, и ворон своего не упустил. Должен был умереть один, но погибли двое. Не проиграть, когда победить невозможно! Лучшей приметы нет и быть не может.

    – Ты веришь в приметы? Дик в приметы верил, но мёртвый ворон, так и не разжавший когтей, и синеглазый человек в чёрном с непроницаемым лицом… – Нет, монсеньор, не верю. – Я тоже. К сожалению. К сожалению?! Кансилльер прав, Рокэ ходит по грани безумия, если только не шагнул за эту грань. Наверное, это отразилось у Дикона на лице, а может, маршалу просто захотелось поговорить. – Странно, что ты всё ещё полагаешь смерть страшной. Будь это знамение, я бы радовался. Ворону не справиться с золотым орланом, но этот был слишком глуп и молод, и ворон своего не упустил. Должен был умереть один, но погибли двое. Не проиграть, когда победить невозможно! Лучшей приметы нет и быть не может.

    — Вера Камша · книга
17. «

    Пейте, юноша. Утром вам так и так будет худо, так постарайтесь вытянуть побольше из вечера. А я спою вам песню о ветрах далеких…

    Пейте, юноша. Утром вам так и так будет худо, так постарайтесь вытянуть побольше из вечера. А я спою вам песню о ветрах далеких…

    — Вера Камша · книга
18. «

    Величие не бывает прошлым. Если это величие страны или человека, который что-то сделал.

    Величие не бывает прошлым. Если это величие страны или человека, который что-то сделал.

    — Вера Камша · книга
19. «

    Раньше я допускал, что смерть может быть ярче жизни, но будь так, я бы её запомнил.

    Раньше я допускал, что смерть может быть ярче жизни, но будь так, я бы её запомнил.

    — Вера Камша · книга
20. «

    — Мой эпиарх, стражник спит. А я... Я знаю, что ты невиновен. — Знаешь? Откуда?! — Эпиарх резко вскинул голову. Это было так красиво, что рука художника невольно дёрнулась сделать несколько штрихов, но Диамни помнил, зачем пришёл. — От тебя самого. — Диамни встал на колени рядом с узником и принялся сосредоточенно расправлять шкуры. — Я рисовал все три дня на суде... Я, как и все, верил в твою виновность. Улики были неопровержимы, но мои руки делали своё дело. Сегодня я показал свои рисунки мастеру, и он сказал, что ты невиновен. Я подумал, что ослышался, но учитель приказал мне смотреть на твоё лицо пять минут. Когда мастер перевернул часы, я понял, что он прав. Мой эпиарх, ты не насильник и не палач... Я не знаю, как вышло, что всё указывает на тебя, но это ложь.

    — Мой эпиарх, стражник спит. А я... Я знаю, что ты невиновен. — Знаешь? Откуда?! — Эпиарх резко вскинул голову. Это было так красиво, что рука художника невольно дёрнулась сделать несколько штрихов, но Диамни помнил, зачем пришёл. — От тебя самого. — Диамни встал на колени рядом с узником и принялся сосредоточенно расправлять шкуры. — Я рисовал все три дня на суде... Я, как и все, верил в твою виновность. Улики были неопровержимы, но мои руки делали своё дело. Сегодня я показал свои рисунки мастеру, и он сказал, что ты невиновен. Я подумал, что ослышался, но учитель приказал мне смотреть на твоё лицо пять минут. Когда мастер перевернул часы, я понял, что он прав. Мой эпиарх, ты не насильник и не палач... Я не знаю, как вышло, что всё указывает на тебя, но это ложь.

    — Вера Камша · книга