85 цитат Вероники Ивановы, которые захочется сохранить

Подборка из 85 цитат Вероники Ивановы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Она знает, что я знаю, что она знает... лишние слова уже ни к чему...

   Она знает, что я знаю, что она знает... лишние слова уже ни к чему...

   — И маятник качнулся... · книга
2. «

   Хотя, есть ли у времени руки? Есть. Лапы, когти, тиски, объятия которых крепче дружеских и неистовее любовных. Мы не можем выбраться из них. Всё, что нам остаётся, это, обманываясь призраком свободной воли, настойчиво убеждать себя: в любой миг, сегодня утром или завтра вечером, когда душа устанет корчиться в бесконечной агонии, нужно будет только потянуть посильнее за нить жизни и…

   Хотя, есть ли у времени руки? Есть. Лапы, когти, тиски, объятия которых крепче дружеских и неистовее любовных. Мы не можем выбраться из них. Всё, что нам остаётся, это, обманываясь призраком свободной воли, настойчиво убеждать себя: в любой миг, сегодня утром или завтра вечером, когда душа устанет корчиться в бесконечной агонии, нужно будет только потянуть посильнее за нить жизни и…

   — Звенья одной цепи · книга
3. «

   Ложь — обоюдоострое оружие: вынутая из ножен, она рано или поздно ударит по тебе самому.

   Ложь — обоюдоострое оружие: вынутая из ножен, она рано или поздно ударит по тебе самому.

   — Магрит · книга
4. «

   Из трех зол — сражаться, повелевать и подчинятся — я могу согласится только на одно.

   Из трех зол — сражаться, повелевать и подчинятся — я могу согласится только на одно.

   — Свобода уйти, свобода остаться · книга
5. «

   Тону в чужих проблемах, а сверху нагроможден собственными.

   Тону в чужих проблемах, а сверху нагроможден собственными.

   — Вернуться и вернуть · книга
6. «

   Слабое место у тебя одно — излишняя подозрительность. Видишь угрозу там, где её никогда и не было. Между прочим, это очень опасно: придуманные вещи могут возникнуть в Реальности, и оказаться ужаснее, чем виделись.

   Слабое место у тебя одно — излишняя подозрительность. Видишь угрозу там, где её никогда и не было. Между прочим, это очень опасно: придуманные вещи могут возникнуть в Реальности, и оказаться ужаснее, чем виделись.

   — Джерон · книга
7. «

   Я люблю. Невесомо. Незримо. Еле слышно. Тебе не понять, Что испуганно юркнуло мимо: Ветер или частичка меня.

   Я люблю. Невесомо. Незримо. Еле слышно. Тебе не понять, Что испуганно юркнуло мимо: Ветер или частичка меня.
8. «

   — ... Друзей не сыщешь? Я на что? И будем славно веселиться, Вгоняя в зависть все столицы!

   — ... Друзей не сыщешь? Я на что? И будем славно веселиться, Вгоняя в зависть все столицы!
9. «

   — Не следует подслушивать чужие разговоры. — Я не подслушивал... — смущается мальчик. — Тогда не обращайте внимания на слова, предназначенные не вам, и они не ранят ваше сердце.

   — Не следует подслушивать чужие разговоры. — Я не подслушивал... — смущается мальчик. — Тогда не обращайте внимания на слова, предназначенные не вам, и они не ранят ваше сердце.

   — Джерон · книга
10. «

    — ... Набор затей у нас огромный, Ведь жизнь — веселая игра! — Не для того, кто на кону.

    — ... Набор затей у нас огромный, Ведь жизнь — веселая игра! — Не для того, кто на кону.
11. «

    Не терпит мужчин сильнее ее самой... она им покоряется.

    Не терпит мужчин сильнее ее самой... она им покоряется.

    — Вернуться и вернуть · книга
12. «

    Утро не наступит, если вечером солнце не скроется за горизонтом.

    Утро не наступит, если вечером солнце не скроется за горизонтом.

    — Вернуться и вернуть · книга
13. «

    Глупо обижаться на детей: они ещё не могут оценить тяжесть проступка и размер искупления.

    Глупо обижаться на детей: они ещё не могут оценить тяжесть проступка и размер искупления.

    — Джерон · книга
14. «

    В жизни нет мира: И труд может стать боем. Лишь прими вызов.

    В жизни нет мира: И труд может стать боем. Лишь прими вызов.

    — Паутина долга · книга
15. «

    Вообще то, мне редко доводится испытывать по-настоящему сильные чувства. Наверное, из за того, что большее значение для меня имеет внешний, а не внутренний мир. Мой мир. Почему так происходит? А кто его знает! Может быть, потому что я – лишь крохотная пылинка на полу огромного зала. Ветерок может сдуть меня в сторону с привычного места, поболтать в воздухе, зашвырнуть далеко далеко, туда, где на меня наступит сапог, на подошве которого отправлюсь в новое путешествие, не давая согласия и понимая всю бесполезность споров… Если так оно есть на самом деле, то что проку в изучении себя, когда вокруг полная загадок бесконечность? Хватило бы времени разыскать хоть малую часть прячущихся в ней кладов, и только. На большее не претендую. Да и нечего мне вырыть в глубинах собственной души. И глубин то нет…

    Вообще то, мне редко доводится испытывать по-настоящему сильные чувства. Наверное, из за того, что большее значение для меня имеет внешний, а не внутренний мир. Мой мир. Почему так происходит? А кто его знает! Может быть, потому что я – лишь крохотная пылинка на полу огромного зала. Ветерок может сдуть меня в сторону с привычного места, поболтать в воздухе, зашвырнуть далеко далеко, туда, где на меня наступит сапог, на подошве которого отправлюсь в новое путешествие, не давая согласия и понимая всю бесполезность споров… Если так оно есть на самом деле, то что проку в изучении себя, когда вокруг полная загадок бесконечность? Хватило бы времени разыскать хоть малую часть прячущихся в ней кладов, и только. На большее не претендую. Да и нечего мне вырыть в глубинах собственной души. И глубин то нет…

    — Свобода уйти, свобода остаться · книга
16. «

    Я был бы рад общению даже с опасным противником, только бы не разговаривать самому с собой. Не потому, что собеседник — никакой, а потому что прокручивать в голове одни и те же наблюдения, время от времени обзаводящиеся (или же теряющие их) гипотезами, кои объясняют всё или ровным счётом ничего, — занятие неблагодарное. После часа усиленной работы мозг начинает натужно скрипеть и недобрым словом поминать своего настырного хозяина. Проще говоря: перенапрягается.

    Я был бы рад общению даже с опасным противником, только бы не разговаривать самому с собой. Не потому, что собеседник — никакой, а потому что прокручивать в голове одни и те же наблюдения, время от времени обзаводящиеся (или же теряющие их) гипотезами, кои объясняют всё или ровным счётом ничего, — занятие неблагодарное. После часа усиленной работы мозг начинает натужно скрипеть и недобрым словом поминать своего настырного хозяина. Проще говоря: перенапрягается.

    — Джерон · книга
17. «

    ... Держа в ладони, словно на весах, Горячий шар мятущейся души, Ни на мгновенье не сожмет кулак. Захочешь пламенеть? Да будет так. Погаснешь? Пусть. Но сам всегда решишь, Чего ты стоишь. И заплатишь сам.

    ... Держа в ладони, словно на весах, Горячий шар мятущейся души, Ни на мгновенье не сожмет кулак. Захочешь пламенеть? Да будет так. Погаснешь? Пусть. Но сам всегда решишь, Чего ты стоишь. И заплатишь сам.

    — Джерон · книга
18. «

    — Вы очень убедительны... Пожалуй, я соглашусь. — Не буду утверждать, что Вы не пожалеете.... Пожалеете, и не раз! Но ещё чаще Вы будете с благодарностью вспоминать это зимнее утро и... — И несносного человека, который заставил меня жить правильно?

    — Вы очень убедительны... Пожалуй, я соглашусь. — Не буду утверждать, что Вы не пожалеете.... Пожалеете, и не раз! Но ещё чаще Вы будете с благодарностью вспоминать это зимнее утро и... — И несносного человека, который заставил меня жить правильно?

    — Джерон · книга
19. «

    Возможно всё. Не веришь? Я тоже не верил. Пока не встретил тебя. Я завоюю мир. И отпущу на волю. Если ты захочешь. Мне не хватит вечности, чтобы рассказать о чувствах. Но есть слово, в котором уместится все. Одно короткое слово...ты согласна его услышать?

    Возможно всё. Не веришь? Я тоже не верил. Пока не встретил тебя. Я завоюю мир. И отпущу на волю. Если ты захочешь. Мне не хватит вечности, чтобы рассказать о чувствах. Но есть слово, в котором уместится все. Одно короткое слово...ты согласна его услышать?

    — Работа над ошибками · книга
20. «

    — Ничего, ровным счётом. Я не собирался встревать в твои проблемы. — А как же кодекс чести? Спасение прекрасной дамы? — На даму ты не походишь. А я не придерживаюсь тех кодексов чести, о которых талдычат на каждом углу. У меня свой кодекс, из одного правила. — Какого же? — Живи и дай умереть другим.

    — Ничего, ровным счётом. Я не собирался встревать в твои проблемы. — А как же кодекс чести? Спасение прекрасной дамы? — На даму ты не походишь. А я не придерживаюсь тех кодексов чести, о которых талдычат на каждом углу. У меня свой кодекс, из одного правила. — Какого же? — Живи и дай умереть другим.

    — Джерон · книга