196 цитат Виктора Гюго, ставших крылатыми

Ниже 196 цитат Виктора Гюго — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человеческое сердце может вместить лишь определенную меру отчаяния. Когда губка насыщена, пусть море спокойно катит над ней свои волны — она не впитывает больше ни капли.

   Человеческое сердце может вместить лишь определенную меру отчаяния. Когда губка насыщена, пусть море спокойно катит над ней свои волны — она не впитывает больше ни капли.

   — Собор Парижской Богоматери · книга
2. «

   Безобразное, как и прекрасное, имеет право на существование, которое кроется в недрах вечной красоты.

   Безобразное, как и прекрасное, имеет право на существование, которое кроется в недрах вечной красоты.
3. «

   Кому не случалось быть с виду свободным, но чувствовать, что у него связаны крылья!

   Кому не случалось быть с виду свободным, но чувствовать, что у него связаны крылья!

   — Человек, который смеётся · книга
4. «

   Объясняя свои смелые поступки, люди только умаляют их.

   Объясняя свои смелые поступки, люди только умаляют их.

   — Джозиана · книга
5. «

   Люди ненавидят. Надо же что-нибудь делать.

   Люди ненавидят. Надо же что-нибудь делать.

   — Человек, который смеётся · книга
6. «

   Идеальная пара: он — Квазимодо, она — слепая. Он никогда не уйдет к другой, она никогда не увидит его уродства.

   Идеальная пара: он — Квазимодо, она — слепая. Он никогда не уйдет к другой, она никогда не увидит его уродства.
7. «

   Когда к нему заявлялась беда, он дружески приветствовал её как старую знакомую и похлопывал невзгоды по плечу.

   Когда к нему заявлялась беда, он дружески приветствовал её как старую знакомую и похлопывал невзгоды по плечу.

   — Легль · книга
8. «

   Будьте милосердны к несчастным, будьте снисходительны к счастливым.

   Будьте милосердны к несчастным, будьте снисходительны к счастливым.
9. «

   Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

   Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

   — Отверженные · книга
10. «

    Здравый смысл получается вопреки, а не благодаря образованию.

    Здравый смысл получается вопреки, а не благодаря образованию.
11. «

    — Жеан, Жеан, вас ждет печальный конец. — Зато начало было хорошее!

    — Жеан, Жеан, вас ждет печальный конец. — Зато начало было хорошее!

    — Собор Парижской Богоматери · книга
12. «

    Осёл, знающий дорогу, стоит большего, чем прорицатель, гадающий наугад.

    Осёл, знающий дорогу, стоит большего, чем прорицатель, гадающий наугад.
13. «

    Есть такие разлуки, которые как будто протекают спокойно, но они полны отчаяния.

    Есть такие разлуки, которые как будто протекают спокойно, но они полны отчаяния.

    — Отверженные · книга
14. «

    Безупречный не упрекает.

    Безупречный не упрекает.

    — Человек, который смеётся · книга
15. «

    Взгляд — это искра.

    Взгляд — это искра.

    — Отверженные · книга
16. «

    Они полны величия, ибо они мыслят.

    Они полны величия, ибо они мыслят.

    — Отверженные · книга
17. «

    Любовь подобна дереву: она растет сама собой, глубоко пуская в нас корни, и нередко продолжает зеленеть даже в опустошенном сердце. И вот что необъяснимо: слепая страсть — самая упорная. Она особенно сильна, когда она безрассудна.

    Любовь подобна дереву: она растет сама собой, глубоко пуская в нас корни, и нередко продолжает зеленеть даже в опустошенном сердце. И вот что необъяснимо: слепая страсть — самая упорная. Она особенно сильна, когда она безрассудна.

    — Собор Парижской Богоматери · книга
18. «

    Если есть что-либо более страшное, чем плоть, погибающая от недостатка хлеба, так это душа, умирающая от жажды света.

    Если есть что-либо более страшное, чем плоть, погибающая от недостатка хлеба, так это душа, умирающая от жажды света.

    — Отверженные · книга
19. «

    Самые жестокие люди иногда смягчаются, когда хвалят их детей.

    Самые жестокие люди иногда смягчаются, когда хвалят их детей.

    — Отверженные · книга
20. «

    Величие народа не измеряется его численностью, как величие человека не измеряется его ростом; единственной мерой служит его умственное развитие и его нравственный уровень.

    Величие народа не измеряется его численностью, как величие человека не измеряется его ростом; единственной мерой служит его умственное развитие и его нравственный уровень.