767 цитат Виктора Гюго, которые стоит перечитать

Ниже 767 цитат Виктора Гюго — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Теtрun edax, homo edacior [Время прожорливо, человек еще прожорливей (лат.)], что я охотно перевел бы так: «Время слепо, а человек невежествен».

   Теtрun edax, homo edacior [Время прожорливо, человек еще прожорливей (лат.)], что я охотно перевел бы так: «Время слепо, а человек невежествен».

   — Собор Парижской Богоматери · книга
2. «

   Злоба беспредметная истощает, как всякое наслаждение в одиночестве.

   Злоба беспредметная истощает, как всякое наслаждение в одиночестве.

   — Человек, который смеётся · книга
3. «

   Нас окружили вещи столь старинные, что они для нас полны новизны.

   Нас окружили вещи столь старинные, что они для нас полны новизны.

   — Собор Парижской Богоматери · книга
4. «

   Странная фантазия искать первоисточники невесть где и доказывать, что ручеек, протекающий вдоль вашей улицы, питается водами Нила.

   Странная фантазия искать первоисточники невесть где и доказывать, что ручеек, протекающий вдоль вашей улицы, питается водами Нила.

   — Последний день приговорённого к смерти · книга
5. «

   Он не терял мужества, но множество мрачных мыслей утомило его мозг. Он невольно стал думать о другом, о совершенно безразличных вещах.

   Он не терял мужества, но множество мрачных мыслей утомило его мозг. Он невольно стал думать о другом, о совершенно безразличных вещах.

   — Отверженные · книга
6. «

   Отвращение к скандалам – неотъемлемая черта всякой важной персоны.

   Отвращение к скандалам – неотъемлемая черта всякой важной персоны.

   — Человек, который смеётся · книга
7. «

   Анаксагор учил, что снег черного цвета. Он был прав: холод — это чернота. Лёд — это ночь.

   Анаксагор учил, что снег черного цвета. Он был прав: холод — это чернота. Лёд — это ночь.

   — Урсус · книга
8. «

   Явления, повергающие нас в недоумение и именуемые нами прихотливой случайностью в природе и случаем в человеческой жизни, суть не что иное, как следствия законов, сущность которых мы только начинаем постигать.

   Явления, повергающие нас в недоумение и именуемые нами прихотливой случайностью в природе и случаем в человеческой жизни, суть не что иное, как следствия законов, сущность которых мы только начинаем постигать.

   — Человек, который смеётся · книга
9. «

   Иногда слова умиления заканчиваются взрывом смеха; иногда сразу после весёлой шутки наступает серьёзное настроение.

   Иногда слова умиления заканчиваются взрывом смеха; иногда сразу после весёлой шутки наступает серьёзное настроение.

   — Отверженные · книга
10. «

    Парижские бездельники развлекались по-своему. Граф де Шароле подстрелил мирного жителя, стоявшего на пороге своего дома. Молодость любит повеселиться.

    Парижские бездельники развлекались по-своему. Граф де Шароле подстрелил мирного жителя, стоявшего на пороге своего дома. Молодость любит повеселиться.

    — Человек, который смеётся · книга
11. «

    Смерть имеет своеобразное обыкновение омрачать победу и посылает вслед за славой заразу. Тиф — непременный спутник победы.

    Смерть имеет своеобразное обыкновение омрачать победу и посылает вслед за славой заразу. Тиф — непременный спутник победы.

    — Отверженные · книга
12. «

    То, что в жизни называют «возвышением», — не что иное, как переход с пути спокойного на путь, полный тревог. Где же прямая дорога? В чём состоит наш основной долг? В заботе о близких? Или обо всём человечестве? Не следует ли оставить малую семью ради большой? Человек поднимается вверх и чувствует на своей совести всё увеличивающееся бремя. Чем выше подымается он, тем больше становится его долг по отношению к окружающим. Расширение прав влечёт за собой увеличение обязанностей. Возникает соблазнительная иллюзия, будто перед нами расстилается несколько дорог и на каждую из них нам указывает совесть. Куда идти? Свернуть в сторону? Остановиться? Пойти вперёд? Отступить? Что делать? Это странно, но у долга тоже есть свои перекрёстки; ответственность иногда бывает настоящим лабиринтом. Но разве твоя ответственность не становится ещё больше, когда ты не только человек из плоти и крови, но и носитель идеи, воплощение факта, символ всего человечества?

    То, что в жизни называют «возвышением», — не что иное, как переход с пути спокойного на путь, полный тревог. Где же прямая дорога? В чём состоит наш основной долг? В заботе о близких? Или обо всём человечестве? Не следует ли оставить малую семью ради большой? Человек поднимается вверх и чувствует на своей совести всё увеличивающееся бремя. Чем выше подымается он, тем больше становится его долг по отношению к окружающим. Расширение прав влечёт за собой увеличение обязанностей. Возникает соблазнительная иллюзия, будто перед нами расстилается несколько дорог и на каждую из них нам указывает совесть. Куда идти? Свернуть в сторону? Остановиться? Пойти вперёд? Отступить? Что делать? Это странно, но у долга тоже есть свои перекрёстки; ответственность иногда бывает настоящим лабиринтом. Но разве твоя ответственность не становится ещё больше, когда ты не только человек из плоти и крови, но и носитель идеи, воплощение факта, символ всего человечества?

    — Человек, который смеётся · книга
13. «

    Лорд — это существо, попирающее законы человеческой природы; лорд — это тот, кто в юности имеет права старика, а в старости — все преимущества молодости; развратник, он пользуется уважением порядочных людей; трус, он командует храбрецами; тунеядец, он пожирает плоды чужого труда; невежда, он является обладателем дипломов Кембриджского и Оксфордского университетов; глупец, он слышит в свою честь славословия поэтов; урод, он получает в награду улыбки женщин; Терсит, он носит шлем Ахилла; заяц, он облекается в львиную шкуру. Я не утверждаю, что всякий лорд — обязательно невежда, трус, урод и старый дурак; я только говорю, что он может быть всем этим без всякого ущерба для себя.

    Лорд — это существо, попирающее законы человеческой природы; лорд — это тот, кто в юности имеет права старика, а в старости — все преимущества молодости; развратник, он пользуется уважением порядочных людей; трус, он командует храбрецами; тунеядец, он пожирает плоды чужого труда; невежда, он является обладателем дипломов Кембриджского и Оксфордского университетов; глупец, он слышит в свою честь славословия поэтов; урод, он получает в награду улыбки женщин; Терсит, он носит шлем Ахилла; заяц, он облекается в львиную шкуру. Я не утверждаю, что всякий лорд — обязательно невежда, трус, урод и старый дурак; я только говорю, что он может быть всем этим без всякого ущерба для себя.

    — Урсус · книга
14. «

    Для меня не важно, на чьей стороне сила; важно то, на чьей стороне право.

    Для меня не важно, на чьей стороне сила; важно то, на чьей стороне право.
15. «

    Иногда, под влиянием слишком ранних испытаний, в тайниках детской души возникает нечто вроде весов, грозных весов, на которых эта беспомощная детская душа взвешивает деяния Бога.

    Иногда, под влиянием слишком ранних испытаний, в тайниках детской души возникает нечто вроде весов, грозных весов, на которых эта беспомощная детская душа взвешивает деяния Бога.

    — Человек, который смеётся · книга
16. «

    В мире есть только два достоинства, перед которыми можно и должно преклоняться с благоговением: это гениальность и сердечная доброта.

    В мире есть только два достоинства, перед которыми можно и должно преклоняться с благоговением: это гениальность и сердечная доброта.

    — Посмертные записки · книга
17. «

    Всегда любите друг друга всей душой. В мире нет почти ничего, кроме любви.

    Всегда любите друг друга всей душой. В мире нет почти ничего, кроме любви.
18. «

    Любовь — это глупость человеческая и мудрость Божия.

    Любовь — это глупость человеческая и мудрость Божия.

    — Господин Жильнорман · книга
19. «

    ...среди отвратительных человеческих остовов нашли два скелета, из которых один, казалось, сжимал другой в своих объятиях. Один скелет был женский, сохранивший на себе еще кое-какие обрывки некогда белой одежды... Другой скелет, крепко обнимавший первый, был скелет мужчины. Заметили, что спинной хребет его был искривлен, голова глубоко сидела между лопаток, одна нога была короче другой. Но его шейные позвонки оказались целыми, из чего явствовало, что он не был повешен. Когда его захотели отделить от скелета, который он обнимал, он рассыпался прахом.

    ...среди отвратительных человеческих остовов нашли два скелета, из которых один, казалось, сжимал другой в своих объятиях. Один скелет был женский, сохранивший на себе еще кое-какие обрывки некогда белой одежды... Другой скелет, крепко обнимавший первый, был скелет мужчины. Заметили, что спинной хребет его был искривлен, голова глубоко сидела между лопаток, одна нога была короче другой. Но его шейные позвонки оказались целыми, из чего явствовало, что он не был повешен. Когда его захотели отделить от скелета, который он обнимал, он рассыпался прахом.

    — Собор Парижской Богоматери · книга
20. «

    Любовь — это приветствие, которое ангелы шлют звёздам.

    Любовь — это приветствие, которое ангелы шлют звёздам.

    — Отверженные · книга