776 цитат Виктора Гюго, которые цепляют

Ниже 776 цитат Виктора Гюго — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Подлинное неравенство в браке — это неравенство душ.

   Подлинное неравенство в браке — это неравенство душ.

   — Отверженные · книга
2. «

   В любви главное — привычка. В ней сосредотачивается вся жизнь. Ежедневное появление солнца — привычка вселенной. Вселенная — влюбленная женщина, и солнце — её возлюбленный.

   В любви главное — привычка. В ней сосредотачивается вся жизнь. Ежедневное появление солнца — привычка вселенной. Вселенная — влюбленная женщина, и солнце — её возлюбленный.

   — Человек, который смеётся · книга
3. «

   Подделки из прошлого принимают чужое имя и охотно выдают себя за будущее. Прошлое — это привидение, способное подчистить свой паспорт.

   Подделки из прошлого принимают чужое имя и охотно выдают себя за будущее. Прошлое — это привидение, способное подчистить свой паспорт.

   — Отверженные · книга
4. «

   Ненависть к роскоши — это ненависть неразумная. Она влечет за собой ненависть к искусству.

   Ненависть к роскоши — это ненависть неразумная. Она влечет за собой ненависть к искусству.

   — Отверженные · книга
5. «

   Бессонница, как и сон, полна видений.

   Бессонница, как и сон, полна видений.

   — Человек, который смеётся · книга
6. «

   Зима превращает падающую с неба воду и сердца людей в камень.

   Зима превращает падающую с неба воду и сердца людей в камень.

   — Отверженные · книга
7. «

   Бывают часы, когда сердце до того переполнено чувствами, что уже не в силах вместить их.

   Бывают часы, когда сердце до того переполнено чувствами, что уже не в силах вместить их.

   — Человек, который смеётся · книга
8. «

   При болезни бывает полезна лёгкая суровость, — она придаёт уверенности.

   При болезни бывает полезна лёгкая суровость, — она придаёт уверенности.

   — Отверженные · книга
9. «

   Тот, кто открывает школу, закрывает тюрьму.

   Тот, кто открывает школу, закрывает тюрьму.
10. «

    В Мире нет ничего более могущественного, чем идея, время которой пришло.

    В Мире нет ничего более могущественного, чем идея, время которой пришло.
11. «

    Каждый город средневековья, каждый город Франции вплоть до царствования Людовика XII имел свои убежища. Эти убежища среди потопа карательных мер и варварских судебных установлений, наводнявших города, были своего рода островками вне пределов досягаемости человеческого правосудия. Всякий причаливший к ним преступник был спасен. В ином предместье было столько же убежищ, сколько и виселиц. Это было злоупотребление безнаказанностью рядом с злоупотреблением казнями — два вида зла, стремившихся обезвредить друг друга. Королевские дворцы, княжеские особники, а главным образом храмы имели право убежища. Чтобы заселить город, его целиком превращали на время в место убежища. Так Людовик XI в 1467 году объявил убежищем Париж.

    Каждый город средневековья, каждый город Франции вплоть до царствования Людовика XII имел свои убежища. Эти убежища среди потопа карательных мер и варварских судебных установлений, наводнявших города, были своего рода островками вне пределов досягаемости человеческого правосудия. Всякий причаливший к ним преступник был спасен. В ином предместье было столько же убежищ, сколько и виселиц. Это было злоупотребление безнаказанностью рядом с злоупотреблением казнями — два вида зла, стремившихся обезвредить друг друга. Королевские дворцы, княжеские особники, а главным образом храмы имели право убежища. Чтобы заселить город, его целиком превращали на время в место убежища. Так Людовик XI в 1467 году объявил убежищем Париж.

    — Собор Парижской Богоматери · книга
12. «

    Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

    Здесь и там валялись трупы, лужи крови стояли на мостовой. Мне запомнился белый мотылек, порхавший посреди улицы. Лето остаётся летом.

    — Отверженные · книга
13. «

    Мужчина без женщины — что пистолет без курка; только женщина приводит его в действие.

    Мужчина без женщины — что пистолет без курка; только женщина приводит его в действие.

    — Боссюэ · книга
14. «

    Нам возразят, что общество должно мстить, должно карать. Ни в коем случае. Мстить может отдельный человек, карать может бог. Общество же занимает промежуточную ступень. Кара – выше его, месть – ниже. Ни такое возвышенное, ни такое низменное дело ему не пристало; его обязанность не «карать, чтобы отомстить», а воспитывать, чтобы исправить.

    Нам возразят, что общество должно мстить, должно карать. Ни в коем случае. Мстить может отдельный человек, карать может бог. Общество же занимает промежуточную ступень. Кара – выше его, месть – ниже. Ни такое возвышенное, ни такое низменное дело ему не пристало; его обязанность не «карать, чтобы отомстить», а воспитывать, чтобы исправить.

    — Последний день приговорённого к смерти · книга
15. «

    Если вы не доверяете прочности решеток, как вы решаетесь заводить зверинцы?

    Если вы не доверяете прочности решеток, как вы решаетесь заводить зверинцы?

    — Последний день приговорённого к смерти · книга
16. «

    Будь сумасшедшим, если тебе так нравится... Это — право каждого из нас.

    Будь сумасшедшим, если тебе так нравится... Это — право каждого из нас.

    — Человек, который смеётся · книга
17. «

    Любовь — это глупость человеческая и мудрость Божия.

    Любовь — это глупость человеческая и мудрость Божия.

    — Господин Жильнорман · книга
18. «

    Георг III, лишившись в старости рассудка, которым он не обладал и в молодости, не ответственен за бедствия, происшедшие в его царствование. Это был дурачок. Почему бы не воздвигнуть памятник и ему?

    Георг III, лишившись в старости рассудка, которым он не обладал и в молодости, не ответственен за бедствия, происшедшие в его царствование. Это был дурачок. Почему бы не воздвигнуть памятник и ему?

    — Человек, который смеётся · книга
19. «

    Пламя факела подобно мудрости трусов: оно плохо освещает, потому что дрожит.

    Пламя факела подобно мудрости трусов: оно плохо освещает, потому что дрожит.

    — Курфейрак · книга
20. «

    При таком обилии знаний можно жить только впроголодь.

    При таком обилии знаний можно жить только впроголодь.

    — Человек, который смеётся · книга