77 мыслей Виктора Пелевин: цитаты со смыслома без воды

Подборка из 77 цитат Виктора Пелевин: цитаты со смыслома: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Выживание — это zero sum game. Чтобы повезло одному, должно не повезти другому. Ещё одно важное условие вашей жизни — взаимное поедание.

   Выживание — это zero sum game. Чтобы повезло одному, должно не повезти другому. Ещё одно важное условие вашей жизни — взаимное поедание.

   — Виктор Пелевин · книга
2. «

   Восторженные прихожанки, повторяющие «пусто, всё пусто, а ум подобен сияющей во мгле лампе...» смешили меня ещё в Японии. Как будто это бормотание что-то меняло в идиотизме их мыслей. Но не был ли такой прихожанкой я сам? Буддийскую премудрость легко превратить в божка вроде тех, что примитивные народы делают из глины и ракушек. Развитые культуры используют вместо глины слова и концепции — и лепят своих идолов из них.

   Восторженные прихожанки, повторяющие «пусто, всё пусто, а ум подобен сияющей во мгле лампе...» смешили меня ещё в Японии. Как будто это бормотание что-то меняло в идиотизме их мыслей. Но не был ли такой прихожанкой я сам? Буддийскую премудрость легко превратить в божка вроде тех, что примитивные народы делают из глины и ракушек. Развитые культуры используют вместо глины слова и концепции — и лепят своих идолов из них.

   — Виктор Пелевин · книга
3. «

   Красота по своей природе есть не присутствие каких-то необычных черт, поддающихся описанию через вызываемые ими ассоциации, а полное их отсутствие. Например, длинное лицо можно назвать лошадиным. А прелестное — только прелестным, и все. Красота неизъяснима. То, за что может зацепиться язык, — уже не она.

   Красота по своей природе есть не присутствие каких-то необычных черт, поддающихся описанию через вызываемые ими ассоциации, а полное их отсутствие. Например, длинное лицо можно назвать лошадиным. А прелестное — только прелестным, и все. Красота неизъяснима. То, за что может зацепиться язык, — уже не она.

   — Виктор Пелевин · книга
4. «

   Человеческие добро и зло относительны. Это условность, зависищая от нашего места в пищевой цепочке. Если кушают нас, творится зло. Если кушаем мы — добро. Называя что-то «злом», мы просто ставим корпоративный штамп на явлении, которое вовсе необязательно вызовет ту же реакцию у наших партнёров по взаимному поеданию.

   Человеческие добро и зло относительны. Это условность, зависищая от нашего места в пищевой цепочке. Если кушают нас, творится зло. Если кушаем мы — добро. Называя что-то «злом», мы просто ставим корпоративный штамп на явлении, которое вовсе необязательно вызовет ту же реакцию у наших партнёров по взаимному поеданию.

   — Виктор Пелевин · книга
5. «

   Когда я говорю «уйти с водевиля», я не имею в виду аполитичность, социальный эскапизм и дауншифтинг. Я имею в виду исключительно взаимоотношения с тем, из чего состоит текущий момент времени. Можно тащить этот груз на себе и тогда ты раб божий на галере. Но есть и другая возможность — ехать зайцем. Тогда тащить ношу придётся богу. Но он тащит её и так. Вопрос только в том, что при этом будешь чувствовать ты сам.

   Когда я говорю «уйти с водевиля», я не имею в виду аполитичность, социальный эскапизм и дауншифтинг. Я имею в виду исключительно взаимоотношения с тем, из чего состоит текущий момент времени. Можно тащить этот груз на себе и тогда ты раб божий на галере. Но есть и другая возможность — ехать зайцем. Тогда тащить ношу придётся богу. Но он тащит её и так. Вопрос только в том, что при этом будешь чувствовать ты сам.

   — Виктор Пелевин · книга
6. «

   Наше бытие состоит просто в том, что Бог нас думает. От его милости завист даже наш следующих вдох. Какие у нас могут быть гарантии? Какая свобода? Какое знание грядущего? Всё это есть лишь у создающего нас Бога (только надо помнить, что Бог — вовсе не нечто отдельное от нас, а то самое, из чего мы сделаны в самой своей сути).

   Наше бытие состоит просто в том, что Бог нас думает. От его милости завист даже наш следующих вдох. Какие у нас могут быть гарантии? Какая свобода? Какое знание грядущего? Всё это есть лишь у создающего нас Бога (только надо помнить, что Бог — вовсе не нечто отдельное от нас, а то самое, из чего мы сделаны в самой своей сути).

   — Виктор Пелевин · книга
7. «

   Впрочем, когда женщина безобидно лжет, ни в коем случае не надо показывать, что вы это видите. Ваши шансы ни капли не вырастут от того, что вы ее уличите. Если, конечно, вам что-то от нее нужно. Если не нужно, уличайте, позорьте и стыдите. Будет знать.

   Впрочем, когда женщина безобидно лжет, ни в коем случае не надо показывать, что вы это видите. Ваши шансы ни капли не вырастут от того, что вы ее уличите. Если, конечно, вам что-то от нее нужно. Если не нужно, уличайте, позорьте и стыдите. Будет знать.

   — Виктор Пелевин · книга
8. «

   … а человеку свойственно надеяться, и чем абсурднее надежда, тем крепче вера…

   … а человеку свойственно надеяться, и чем абсурднее надежда, тем крепче вера…

   — Виктор Пелевин · книга
9. «

   Религия — это обещание, что душе станет хорошо, если она будет совершать одни действия и избегать других.

   Религия — это обещание, что душе станет хорошо, если она будет совершать одни действия и избегать других.

   — Виктор Пелевин · книга
10. «

    Понимаешь, все мы едем по конвейеру, а сверху на нас падают кирпичи. Можно об этом не думать, а можно кричать и махать руками от страха. Психотерапевт учит спокойно сидеть или лежать, глубоко дышать и улыбаться. И постоянно расслаблять мышцы, потому что огромное большинство умирает не из-за кирпичей, а из-за вызванных страхом спазмов.

    Понимаешь, все мы едем по конвейеру, а сверху на нас падают кирпичи. Можно об этом не думать, а можно кричать и махать руками от страха. Психотерапевт учит спокойно сидеть или лежать, глубоко дышать и улыбаться. И постоянно расслаблять мышцы, потому что огромное большинство умирает не из-за кирпичей, а из-за вызванных страхом спазмов.

    — Виктор Пелевин · книга
11. «

    Понимание прошлого меняется чаще, чем женская мода.

    Понимание прошлого меняется чаще, чем женская мода.

    — Виктор Пелевин · книга
12. «

    В юности наши души похожи на свежайшую и чистейшую ткань — и весь отведённый нам век ею вытирают гной мира, пока мы не впитаем в себя столько мерзости, что очистить нас может одна смерть.

    В юности наши души похожи на свежайшую и чистейшую ткань — и весь отведённый нам век ею вытирают гной мира, пока мы не впитаем в себя столько мерзости, что очистить нас может одна смерть.

    — Виктор Пелевин · книга
13. «

    «Действительность» — не что иное как ярлык, лично размещаемый каждым индивидуумом на конкурирующих массивах информации. «Идентичность» — это усредненная функция таких размышлений. Поколенческие идентичности формируются агрессивной подсветкой комплекса нарративов, отобранных корпоративным менеджментом...

    «Действительность» — не что иное как ярлык, лично размещаемый каждым индивидуумом на конкурирующих массивах информации. «Идентичность» — это усредненная функция таких размышлений. Поколенческие идентичности формируются агрессивной подсветкой комплекса нарративов, отобранных корпоративным менеджментом...

    — Виктор Пелевин · книга
14. «

    Музыкантам надо подавать. Кидаешь богу в шляпу…

    Музыкантам надо подавать. Кидаешь богу в шляпу…

    — Виктор Пелевин · книга
15. «

    — Научись с этим жить и перестанешь это замечать.

    — Научись с этим жить и перестанешь это замечать.

    — Виктор Пелевин · книга
16. «

    И какая разница, что является поводом, если вырабатываемое душами счастье одинаково? Есть норма счастья, положенного человеку в жизни, и что бы ни происходило, этого счастья не отнять.

    И какая разница, что является поводом, если вырабатываемое душами счастье одинаково? Есть норма счастья, положенного человеку в жизни, и что бы ни происходило, этого счастья не отнять.

    — Виктор Пелевин · книга
17. «

    Исчезать не надо куда-то. Исчезать можно никуда.

    Исчезать не надо куда-то. Исчезать можно никуда.

    — Виктор Пелевин · книга
18. «

    Но мир придуман не мною. Даже элементарное выживание требует жертв; настоящий успех требует человеческих жертвоприношений. Их, увы, избежать тоже не удалось.

    Но мир придуман не мною. Даже элементарное выживание требует жертв; настоящий успех требует человеческих жертвоприношений. Их, увы, избежать тоже не удалось.

    — Виктор Пелевин · книга
19. «

    Наша жизнь есть связка множества событий, и каждое из них кончается маленькой смертью. Мы не замечаем бесконечной гирлянды смертей, потому что они спрятаны под лепестками цветка, за который выдаёт себя мироздание...

    Наша жизнь есть связка множества событий, и каждое из них кончается маленькой смертью. Мы не замечаем бесконечной гирлянды смертей, потому что они спрятаны под лепестками цветка, за который выдаёт себя мироздание...

    — Виктор Пелевин · книга
20. «

    Атомная бомба, одеколон Гуччи, презерватив с ребристой насечкой, новости CNN, полеты на Марс — все эти пестрые чудеса даже не коснулись тех весов, на которых взвешивается суть мира.

    Атомная бомба, одеколон Гуччи, презерватив с ребристой насечкой, новости CNN, полеты на Марс — все эти пестрые чудеса даже не коснулись тех весов, на которых взвешивается суть мира.

    — Виктор Пелевин · книга