15 цитат Виктора Пелевин: красивые цитаты, проверенных временем

Ниже 15 цитат Виктора Пелевин: красивые цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Движение к высшей точке счастья в буквальном смысле подобно восхождению на гору.

   Движение к высшей точке счастья в буквальном смысле подобно восхождению на гору.

   — Виктор Пелевин · книга
2. «

   В бесконечности все параллельные прямые пересекаются, и все человеческие смыслы тоже...

   В бесконечности все параллельные прямые пересекаются, и все человеческие смыслы тоже...

   — Виктор Пелевин · книга
3. «

   Дело было не в ультрасовременном дизайне. Дизайн, как часто бывает в Москве, норовил так далеко обогнать эпоху, что в силу простой цикличности культуры начинал воспроизводить прошлое. Получилось некое подобие образцовой фабрики-кухни времен разгрома троцкизма.

   Дело было не в ультрасовременном дизайне. Дизайн, как часто бывает в Москве, норовил так далеко обогнать эпоху, что в силу простой цикличности культуры начинал воспроизводить прошлое. Получилось некое подобие образцовой фабрики-кухни времен разгрома троцкизма.

   — Виктор Пелевин · книга
4. «

   Твое недоверие оскорбило бы мое сердце, будь в нем чуть меньше любви.

   Твое недоверие оскорбило бы мое сердце, будь в нем чуть меньше любви.

   — Виктор Пелевин · книга
5. «

   То, что видит один, может быть создано его умом. То, что видят двое, создано Верховным Существом.

   То, что видит один, может быть создано его умом. То, что видят двое, создано Верховным Существом.

   — Виктор Пелевин · книга
6. «

   Небо редко бывает таким высоким. В ясные дни у него вообще нет высоты — только синева. Нужны облака, чтобы оно стало высоким или низким. Вот так и человеческая душа — она не бывает высокой или низкой сама по себе, все зависит исключительно от намерений и мыслей, которые ее заполняют в настоящий момент… Память, личность — это все тоже как облака…

   Небо редко бывает таким высоким. В ясные дни у него вообще нет высоты — только синева. Нужны облака, чтобы оно стало высоким или низким. Вот так и человеческая душа — она не бывает высокой или низкой сама по себе, все зависит исключительно от намерений и мыслей, которые ее заполняют в настоящий момент… Память, личность — это все тоже как облака…

   — Виктор Пелевин · книга
7. «

   Мой роман остался без очередного убера – и она даже не дала мне заменить его легким дорожным диалогом. Всю дорогу Мара хмуро глядела в экран своего мобильного телефона, что-то читая – и заготовленные мной остроты так и остались на темной стороне вечности.

   Мой роман остался без очередного убера – и она даже не дала мне заменить его легким дорожным диалогом. Всю дорогу Мара хмуро глядела в экран своего мобильного телефона, что-то читая – и заготовленные мной остроты так и остались на темной стороне вечности.

   — Виктор Пелевин · книга
8. «

   Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

   Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

   — Виктор Пелевин · книга
9. «

   Уходить из жизни надо так, как исчезают за облаком белые журавли.

   Уходить из жизни надо так, как исчезают за облаком белые журавли.

   — Виктор Пелевин · книга
10. «

    Я не могу пока говорить о главном; мне кажется, что грубые жернова слов сомнут попавшую между ними истину и сотрут ее в песок. Лучше не думать об этом; новое должно прорасти само. Нет, не тревожить даже умственно…

    Я не могу пока говорить о главном; мне кажется, что грубые жернова слов сомнут попавшую между ними истину и сотрут ее в песок. Лучше не думать об этом; новое должно прорасти само. Нет, не тревожить даже умственно…

    — Виктор Пелевин · книга
11. «

    Миу потупилась. Она понимала, что значат слова «моя любовь». Сказать такое было все равно что подойти сзади, понюхать, а потом схватить зубами за загривок.

    Миу потупилась. Она понимала, что значат слова «моя любовь». Сказать такое было все равно что подойти сзади, понюхать, а потом схватить зубами за загривок.

    — Виктор Пелевин · книга
12. «

    Мне пришло в голову, что луна — это самостоятельное светило, только излучает оно свет другой природы и питает не дневную реальность, а ночную, то есть наши сны... А дневная ложь про отраженный свет — просто способ, которым демон рассудка пытается скрыть эту великую тайну.

    Мне пришло в голову, что луна — это самостоятельное светило, только излучает оно свет другой природы и питает не дневную реальность, а ночную, то есть наши сны... А дневная ложь про отраженный свет — просто способ, которым демон рассудка пытается скрыть эту великую тайну.

    — Виктор Пелевин · книга
13. «

    Пустоту же симулировать легче всего – что хорошо знает любой духовный профессионал.

    Пустоту же симулировать легче всего – что хорошо знает любой духовный профессионал.

    — Виктор Пелевин · книга
14. «

    Всё, о чём мы можем говорить и думать, проявляется лишь во времени, светящемся размытом следе, который мгновение оставляет в пространстве нашего ума, как метеор в небе.

    Всё, о чём мы можем говорить и думать, проявляется лишь во времени, светящемся размытом следе, который мгновение оставляет в пространстве нашего ума, как метеор в небе.

    — Виктор Пелевин · книга
15. «

    Она кивнула, и в ее зрачках полыхнул тот древний гордый огонь, который загорается в глазах любой женщины, когда она чувствует, что за нее сейчас станут драться самцы – а саму ее бить пока не будут.

    Она кивнула, и в ее зрачках полыхнул тот древний гордый огонь, который загорается в глазах любой женщины, когда она чувствует, что за нее сейчас станут драться самцы – а саму ее бить пока не будут.

    — Виктор Пелевин · книга