Виктория Килеева: жизненные цитаты: 35 цитат на каждый день

Ниже 35 цитат Виктории Килеева: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   То, что можно легко бросить, а потом так же легко вернуть, не ценится.

   То, что можно легко бросить, а потом так же легко вернуть, не ценится.

   — Виктория Килеева · книга
2. «

   Глупость наказуема — иногда материально.

   Глупость наказуема — иногда материально.

   — Виктория Килеева · книга
3. «

   — Меня так раздражают люди, которые садятся с краю, хотя место у окна свободно. — Люди, они вообще раздражают.

   — Меня так раздражают люди, которые садятся с краю, хотя место у окна свободно. — Люди, они вообще раздражают.

   — Виктория Килеева · книга
4. «

   Все люди, делая кому-то что-нибудь хорошее, либо самоутверждаются, либо ждут чего-то взамен. Не верю я в абсолютный альтруизм.

   Все люди, делая кому-то что-нибудь хорошее, либо самоутверждаются, либо ждут чего-то взамен. Не верю я в абсолютный альтруизм.

   — Виктория Килеева · книга
5. «

   — Андреас, ты охраняешь книгу. Полагаюсь на твою совесть. — Ты полагаешься на то, чего нет.

   — Андреас, ты охраняешь книгу. Полагаюсь на твою совесть. — Ты полагаешься на то, чего нет.

   — Виктория Килеева · книга
6. «

   — Современный мужчина растерян — ему бы про восьмое марта не забыть, а тут ещё какое-то искусственно навязанное четырнадцатое февраля. День всех влюблённых — ужасно несправедливый праздник: он лишний раз напоминает тем, у кого проблемы в отношениях, что у них всё плохо, а тем, кто одинок, навязывает ошибочное мнение, будто с ними что-то не так. Те, у кого есть любимый человек, счастливы и без всякого праздника. Не надо тыкать нас носом в нашу личную жизнь — мы и сами про неё знаем, отвалите!

   — Современный мужчина растерян — ему бы про восьмое марта не забыть, а тут ещё какое-то искусственно навязанное четырнадцатое февраля. День всех влюблённых — ужасно несправедливый праздник: он лишний раз напоминает тем, у кого проблемы в отношениях, что у них всё плохо, а тем, кто одинок, навязывает ошибочное мнение, будто с ними что-то не так. Те, у кого есть любимый человек, счастливы и без всякого праздника. Не надо тыкать нас носом в нашу личную жизнь — мы и сами про неё знаем, отвалите!

   — Виктория Килеева · книга
7. «

   Ужасно непростительное человеческое свойство — пасовать у подножия мечты.

   Ужасно непростительное человеческое свойство — пасовать у подножия мечты.

   — Виктория Килеева · книга
8. «

   – Как раз сейчас ты свободна, как никогда. Ты не зависишь от общества, ты вообще ему не принадлежишь. Вспомни, сколько давления было раньше, несмотря на то, что ты живёшь в лесу. Всем вокруг было важно, как ты одета, как выглядишь, как молишься, почему не ходишь в церковь, насколько ты благочестива, почему не замужем? А теперь ты обычная кошка, и можешь просто жить. Это ли не истинная свобода?

   – Как раз сейчас ты свободна, как никогда. Ты не зависишь от общества, ты вообще ему не принадлежишь. Вспомни, сколько давления было раньше, несмотря на то, что ты живёшь в лесу. Всем вокруг было важно, как ты одета, как выглядишь, как молишься, почему не ходишь в церковь, насколько ты благочестива, почему не замужем? А теперь ты обычная кошка, и можешь просто жить. Это ли не истинная свобода?

   — Виктория Килеева · книга
9. «

   Я не могу быть свободной, пока не являюсь собой.

   Я не могу быть свободной, пока не являюсь собой.

   — Виктория Килеева · книга
10. «

    Что такое ревность? Обычный страх. Ты просто боишься, что я могу оказаться лучше тебя.

    Что такое ревность? Обычный страх. Ты просто боишься, что я могу оказаться лучше тебя.

    — Виктория Килеева · книга
11. «

    Даже любовники предают, что уж про чужих говорить?

    Даже любовники предают, что уж про чужих говорить?

    — Виктория Килеева · книга
12. «

    — Всем известно, что незамужние женщины суть потенциальные ведьмы, — поддержал обвинителя епископ. — Силы, которые они должны тратить на мужа и детей, никуда не расходуются и привлекают нечистого. — Да вы... — Ларе понадобился весь запас её терпения, чтобы не закончить фразу. «Баран и осёл — вот ваша суть!»

    — Всем известно, что незамужние женщины суть потенциальные ведьмы, — поддержал обвинителя епископ. — Силы, которые они должны тратить на мужа и детей, никуда не расходуются и привлекают нечистого. — Да вы... — Ларе понадобился весь запас её терпения, чтобы не закончить фразу. «Баран и осёл — вот ваша суть!»

    — Виктория Килеева · книга
13. «

    — Помнишь, я говорила про твой живой и гибкий ум? — Да. — Забудь! Я никогда так глубоко не ошибалась! Инго пожал плечами. — Возможно, ты сама не достаточно умна, чтобы судить о чужом уме. А возможно, попросту не успела его разглядеть. — Могу сказать тебе то же самое! Однако если я допускаю, что моё мнение в будущем изменится, ты судишь обо мне по первому взгляду, словно школяр. — Между прочим, я собираюсь поступать в университет в Лейпциге, — горделиво заметил Инго. Лара вспомнила своих учёных судей. — Мой жизненный опыт показал, что соединять в себе академическую образованность и скудоумие — не велика наука.

    — Помнишь, я говорила про твой живой и гибкий ум? — Да. — Забудь! Я никогда так глубоко не ошибалась! Инго пожал плечами. — Возможно, ты сама не достаточно умна, чтобы судить о чужом уме. А возможно, попросту не успела его разглядеть. — Могу сказать тебе то же самое! Однако если я допускаю, что моё мнение в будущем изменится, ты судишь обо мне по первому взгляду, словно школяр. — Между прочим, я собираюсь поступать в университет в Лейпциге, — горделиво заметил Инго. Лара вспомнила своих учёных судей. — Мой жизненный опыт показал, что соединять в себе академическую образованность и скудоумие — не велика наука.

    — Виктория Килеева · книга
14. «

    Как и многие девушки, Лара боялась не столько смерти, сколько насилия. Смерть, в конце концов, могла быть лёгкой и быстрой. А насилие — никогда. Именно звериный страх перед этими пытками и гнал её вперёд, принуждая забыть об усталости.

    Как и многие девушки, Лара боялась не столько смерти, сколько насилия. Смерть, в конце концов, могла быть лёгкой и быстрой. А насилие — никогда. Именно звериный страх перед этими пытками и гнал её вперёд, принуждая забыть об усталости.

    — Виктория Килеева · книга
15. «

    — Наше ремесло передаётся исключительно по мужской линии, как ты не поймёшь такую простую вещь? — Вы правы — я не понимаю. — Лара поднялась из-за стола. — Просто смирись. — Не смирюсь, — бросила она на ходу. — Ба! Да кто тебя замуж-то возьмёт с таким несносным характером? «Насмешка? В его голосе была насмешка?!» Лара развернулась на каблуках, чтобы посмотреть на мужчину, оказавшегося её отцом. — В Англии женщины правили страной… — А теперь там революция! — воскликнул отец. — Король вынужден скрываться от собственного народа. Выходит, зря на женщин полагались? — По-вашему, королева, умершая полвека назад, повинна в том, что творится сейчас? — опешила Лара. Отец поморщился, будто ему было противно ломать голову. — Скажу попроще, чтоб ты поняла. Если одни женщины станут претендовать на трон, а другие — на семейное дело, к чему мы придём? К тому, что нам больше не понадобятся мужчины? — Какой странный вы делаете вывод, отец. — Какой есть.

    — Наше ремесло передаётся исключительно по мужской линии, как ты не поймёшь такую простую вещь? — Вы правы — я не понимаю. — Лара поднялась из-за стола. — Просто смирись. — Не смирюсь, — бросила она на ходу. — Ба! Да кто тебя замуж-то возьмёт с таким несносным характером? «Насмешка? В его голосе была насмешка?!» Лара развернулась на каблуках, чтобы посмотреть на мужчину, оказавшегося её отцом. — В Англии женщины правили страной… — А теперь там революция! — воскликнул отец. — Король вынужден скрываться от собственного народа. Выходит, зря на женщин полагались? — По-вашему, королева, умершая полвека назад, повинна в том, что творится сейчас? — опешила Лара. Отец поморщился, будто ему было противно ломать голову. — Скажу попроще, чтоб ты поняла. Если одни женщины станут претендовать на трон, а другие — на семейное дело, к чему мы придём? К тому, что нам больше не понадобятся мужчины? — Какой странный вы делаете вывод, отец. — Какой есть.

    — Виктория Килеева · книга
16. «

    У меня есть одна хорошая идея. Но она никому не понравится.

    У меня есть одна хорошая идея. Но она никому не понравится.

    — Виктория Килеева · книга
17. «

    Ты мне очень нравишься. Но я так не люблю с тобой разговаривать!

    Ты мне очень нравишься. Но я так не люблю с тобой разговаривать!

    — Виктория Килеева · книга
18. «

    — Это чёрт в обличии девы! — сообразил барабанщик, тыча в её сторону пальцем. — Она поджидала нас в озере, чтобы наслать на молодых злые чары. Невеста побледнела, жених перекрестился. — Но вы же сами ко мне привязались! — не выдержала Лара. — Ты нас приманила!

    — Это чёрт в обличии девы! — сообразил барабанщик, тыча в её сторону пальцем. — Она поджидала нас в озере, чтобы наслать на молодых злые чары. Невеста побледнела, жених перекрестился. — Но вы же сами ко мне привязались! — не выдержала Лара. — Ты нас приманила!

    — Виктория Килеева · книга
19. «

    Если ты не посмеёшься над жизнью, жизнь посмеётся над тобой.

    Если ты не посмеёшься над жизнью, жизнь посмеётся над тобой.

    — Виктория Килеева · книга
20. «

    Жизнь в чужой шкуре не проходит даром даже для сильного человека.

    Жизнь в чужой шкуре не проходит даром даже для сильного человека.

    — Виктория Килеева · книга