38 сильных цитат Виктории Токарева: жизненные цитаты

Подборка из 38 цитат Виктории Токарева: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чувство собственности – великое чувство. Большевики отшибали это чувство почти сто лет, проповедовали: общественное выше личного. Как говорила Васса Железнова, «наше – это ничье. Мое!». «Мое» правит миром. Мой мужчина. Мой кошелек. Мой дом.

   Чувство собственности – великое чувство. Большевики отшибали это чувство почти сто лет, проповедовали: общественное выше личного. Как говорила Васса Железнова, «наше – это ничье. Мое!». «Мое» правит миром. Мой мужчина. Мой кошелек. Мой дом.

   — Виктория Токарева · книга
2. «

   У Майки была неброская внешность, но очень тонкая и милая, если приглядеться. Но кто будет приглядываться? Все так спешат и бегут мимо по своим делам, по своим интересам.

   У Майки была неброская внешность, но очень тонкая и милая, если приглядеться. Но кто будет приглядываться? Все так спешат и бегут мимо по своим делам, по своим интересам.

   — Виктория Токарева · книга
3. «

   Жизнь во всех случаях кончается смертью, так что летай или ползай – конец известен. Получается, что жизнь – это ложная цель. Для чего существует искусство? Чтобы отвлечь человека от ложной цели и придать жизни какой-то смысл. Для чего существует вера? Чтобы человек не боялся конца.

   Жизнь во всех случаях кончается смертью, так что летай или ползай – конец известен. Получается, что жизнь – это ложная цель. Для чего существует искусство? Чтобы отвлечь человека от ложной цели и придать жизни какой-то смысл. Для чего существует вера? Чтобы человек не боялся конца.

   — Виктория Токарева · книга
4. «

   Каждый человек чем-то интересен. Каждый человек – материал.

   Каждый человек чем-то интересен. Каждый человек – материал.

   — Виктория Токарева · книга
5. «

   Знаешь, что такое верность? Умение себе запрещать.

   Знаешь, что такое верность? Умение себе запрещать.

   — Виктория Токарева · книга
6. «

   Записная книжка — это шифр жизни, закодированный в именах и телефонах. В буквах и цифрах.

   Записная книжка — это шифр жизни, закодированный в именах и телефонах. В буквах и цифрах.

   — Виктория Токарева · книга
7. «

   Он берет только то, что ему дает государство. А у государства можно только своровать. Само оно ничего не дает. И государству никогда не стыдно. Спрашивается, чего ждать? Надо идти рогом вперед и не стесняться.

   Он берет только то, что ему дает государство. А у государства можно только своровать. Само оно ничего не дает. И государству никогда не стыдно. Спрашивается, чего ждать? Надо идти рогом вперед и не стесняться.

   — Виктория Токарева · книга
8. «

   Ненависть — фатальное чувство, такое же, как любовь, но со знаком минус. Ненависть — как эпидемия. Охватывает всё пространство и не знает границ.

   Ненависть — фатальное чувство, такое же, как любовь, но со знаком минус. Ненависть — как эпидемия. Охватывает всё пространство и не знает границ.

   — Виктория Токарева · книга
9. «

   - Я никогда не была обласкана властью. Квартиру они мне не дали, хотя писательские дома строились вовсю. Дачу не дали, хотя строились и дачи. Я ходила по кабинетам, обивала пороги, но получали другие. Я была в стороне от генеральной линии партии. Я им не прислуживала. Я им — ничего, и они мне — ничего. Как бомж. Он свободен от государства, и государство свободно от него. - Значит, вы — литературный бомж? - Нет. Я кустарь-одиночка. Японский критик назвал меня «Господня дудочка». Вот я и дудела в свою дудочку и шла своей узкой тропинкой.

   - Я никогда не была обласкана властью. Квартиру они мне не дали, хотя писательские дома строились вовсю. Дачу не дали, хотя строились и дачи. Я ходила по кабинетам, обивала пороги, но получали другие. Я была в стороне от генеральной линии партии. Я им не прислуживала. Я им — ничего, и они мне — ничего. Как бомж. Он свободен от государства, и государство свободно от него. - Значит, вы — литературный бомж? - Нет. Я кустарь-одиночка. Японский критик назвал меня «Господня дудочка». Вот я и дудела в свою дудочку и шла своей узкой тропинкой.

   — Виктория Токарева · книга
10. «

    Женечка понимает толк в стихах, любит народные песни, но стесняется обнаружить это. Ему нравится казаться хуже, чем он есть. Мне нравится казаться лучше, чем я есть, Лидочке — талантливее. Я редко встречаю людей, которые хотят казаться тем, что они есть на самом деле.

    Женечка понимает толк в стихах, любит народные песни, но стесняется обнаружить это. Ему нравится казаться хуже, чем он есть. Мне нравится казаться лучше, чем я есть, Лидочке — талантливее. Я редко встречаю людей, которые хотят казаться тем, что они есть на самом деле.

    — Виктория Токарева · книга
11. «

    Умный мужчина — красив всегда.

    Умный мужчина — красив всегда.

    — Виктория Токарева · книга
12. «

    Старая дружба не ржавеет. Старая любовь как раз ржавеет, а дружба – никогда.

    Старая дружба не ржавеет. Старая любовь как раз ржавеет, а дружба – никогда.

    — Виктория Токарева · книга
13. «

    Она любила, и ее любили. Она уходила, и от нее уходили. Было все. Но пришла старость и все уравняла. Как выпавший снег прикрывает весь мусор прошлого сезона. Старость – это зима. Это – высота. И на многое смотришь сверху, и лучше видно.

    Она любила, и ее любили. Она уходила, и от нее уходили. Было все. Но пришла старость и все уравняла. Как выпавший снег прикрывает весь мусор прошлого сезона. Старость – это зима. Это – высота. И на многое смотришь сверху, и лучше видно.

    — Виктория Токарева · книга
14. «

    B первой половине жизни очень много места занимает любовь и всякие страсти. Еще много времени отнимает работа, на котopyю, xoть и caм не понимаешь, нужна она тебе или нет, бегаешь как заяц, чтобы только заработать денег… A потом наступает момент, когда вce ненужное «отшелушивается» и ты понимаешь, какой молодец Создатель, что coздал вот такое небо, вот такие деревья и тебя.

    B первой половине жизни очень много места занимает любовь и всякие страсти. Еще много времени отнимает работа, на котopyю, xoть и caм не понимаешь, нужна она тебе или нет, бегаешь как заяц, чтобы только заработать денег… A потом наступает момент, когда вce ненужное «отшелушивается» и ты понимаешь, какой молодец Создатель, что coздал вот такое небо, вот такие деревья и тебя.

    — Виктория Токарева
15. «

    Его быстро забыли. Он почти не остался в литературе. Прогорел, как факел, и потух бесславно. Непонятно, почему одних помнят, а других нет.

    Его быстро забыли. Он почти не остался в литературе. Прогорел, как факел, и потух бесславно. Непонятно, почему одних помнят, а других нет.

    — Виктория Токарева · книга
16. «

    Благодарность — тоже чувство. Но оно отличается от любви, как шиповник от розы. Как кошка от тигра. Как собака от волка. То, да не то…

    Благодарность — тоже чувство. Но оно отличается от любви, как шиповник от розы. Как кошка от тигра. Как собака от волка. То, да не то…

    — Виктория Токарева · книга
17. «

    Ребенок – это счастье и расходы.

    Ребенок – это счастье и расходы.

    — Виктория Токарева · книга
18. «

    Он был положительный и порядочный, а поэтому скучный. Интересными бывают только мерзавцы.

    Он был положительный и порядочный, а поэтому скучный. Интересными бывают только мерзавцы.

    — Виктория Токарева · книга
19. «

    Приятно ведь приходить в дом, где тобой восхищаются.

    Приятно ведь приходить в дом, где тобой восхищаются.

    — Виктория Токарева · книга
20. «

    Но человек не может себя предлагать, как таблетку от головной боли. Надо ждать, когда боль станет невыносимой, и тогда он сам протянет руку.

    Но человек не может себя предлагать, как таблетку от головной боли. Надо ждать, когда боль станет невыносимой, и тогда он сам протянет руку.

    — Виктория Токарева · книга