Виталий Зыков: 22 высказываний о главном

Виталий Зыков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 22 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ты можешь быть сколь угодно силён, но в глазах остальных без авторитета навсегда останешься никем.

   Ты можешь быть сколь угодно силён, но в глазах остальных без авторитета навсегда останешься никем.

   — Во имя потерянных душ · книга
2. «

   У каждого времени свои герои. Их достижениями стоит восхищаться, но совсем не обязательно любить их самих.

   У каждого времени свои герои. Их достижениями стоит восхищаться, но совсем не обязательно любить их самих.

   — Проба сил · книга
3. «

   Неожиданно оказалось, что принцип здорового эгоизма и дозированного пофигизма, густо приправленный самоиронией, не самая лучшая жизненная философия на свете. И иногда сторониться схватки ничуть не лучше открытого выступления с позиций зла. Иметь Силу для противостояния Тьме и применять ее лишь ради собственного благополучия порой преступно и бесчестно.

   Неожиданно оказалось, что принцип здорового эгоизма и дозированного пофигизма, густо приправленный самоиронией, не самая лучшая жизненная философия на свете. И иногда сторониться схватки ничуть не лучше открытого выступления с позиций зла. Иметь Силу для противостояния Тьме и применять ее лишь ради собственного благополучия порой преступно и бесчестно.

   — Во имя потерянных душ · книга
4. «

   Ничто так не заставляет работать над собой, как дышащие в затылок молодые карьеристы…

   Ничто так не заставляет работать над собой, как дышащие в затылок молодые карьеристы…

   — Во имя потерянных душ · книга
5. «

   Сказать тоже надо уметь. Кто-то орёт-орёт, и от него как от комара отмахиваются, а кто-то слово произнесёт, и все по струнке ходят.

   Сказать тоже надо уметь. Кто-то орёт-орёт, и от него как от комара отмахиваются, а кто-то слово произнесёт, и все по струнке ходят.

   — Проба сил · книга
6. «

   Иногда, чтобы победить, приходится поддаться.

   Иногда, чтобы победить, приходится поддаться.

   — Проба сил · книга
7. «

   Гибель цивилизации начинается не с нищеты, голода или поражений в войне, а с разрушенных школ.

   Гибель цивилизации начинается не с нищеты, голода или поражений в войне, а с разрушенных школ.

   — Проба сил · книга
8. «

   Единоборства с давних времён становились для слабых духом школой воспитания характера, силы воли. Никакие сверхъестественные силы не вытравят из души бесхребетного слизняка, победить себя можно только через преодоление боли и лишений. Лишь пройдя через горнило тяжёлых тренировок, добившись чего-то не по воле обстоятельств, а тяжёлым трудом, лишь тогда обретаешь уверенность.

   Единоборства с давних времён становились для слабых духом школой воспитания характера, силы воли. Никакие сверхъестественные силы не вытравят из души бесхребетного слизняка, победить себя можно только через преодоление боли и лишений. Лишь пройдя через горнило тяжёлых тренировок, добившись чего-то не по воле обстоятельств, а тяжёлым трудом, лишь тогда обретаешь уверенность.

   — Во имя потерянных душ · книга
9. «

   Человек в основной своей массе ленив. Если есть шанс увильнуть от пусть нужной, но тяжёлой работы, он это сделает.

   Человек в основной своей массе ленив. Если есть шанс увильнуть от пусть нужной, но тяжёлой работы, он это сделает.

   — Проба сил · книга
10. «

    – Что толку в словах?! Главное – сила, а слова сами собой приложатся. – Сила? – переспросил Хмурый, приподняв бровь. – Сила вызывает зависть, пробуждает разные дурные желания и мечты… Страх мне кажется гораздо более серьезным аргументом. Даже сильный чего-то боится, и потому главное – уметь страх внушать!

    – Что толку в словах?! Главное – сила, а слова сами собой приложатся. – Сила? – переспросил Хмурый, приподняв бровь. – Сила вызывает зависть, пробуждает разные дурные желания и мечты… Страх мне кажется гораздо более серьезным аргументом. Даже сильный чего-то боится, и потому главное – уметь страх внушать!

    — В краю далеком · книга
11. «

    Ведь неважно, как ты достигнешь цели — в доспехах и верхом на белом коне или в драном плаще по колено в грязи, — главное, что достигнешь. Важен результат.

    Ведь неважно, как ты достигнешь цели — в доспехах и верхом на белом коне или в драном плаще по колено в грязи, — главное, что достигнешь. Важен результат.

    — Во имя потерянных душ · книга
12. «

    С тихонями часто так бывает: если в первый момент не сломаются, то потом от опасности, как от вина, дуреют. Даже не от опасности, а от собственной отмороженности. Помнят, какими были и теперь перед собой рисуются, доказать чего-то пытаются. И опять незаметно к опасной черте подходят. Переступят её, тогда либо голову свернут, либо поумнеют, кровь свою ценить научатся. Жаль, говорить о таком бесполезно. Ошалевший от собственной крутости скромник скорей в драку полезет, чем к словам прислушается…

    С тихонями часто так бывает: если в первый момент не сломаются, то потом от опасности, как от вина, дуреют. Даже не от опасности, а от собственной отмороженности. Помнят, какими были и теперь перед собой рисуются, доказать чего-то пытаются. И опять незаметно к опасной черте подходят. Переступят её, тогда либо голову свернут, либо поумнеют, кровь свою ценить научатся. Жаль, говорить о таком бесполезно. Ошалевший от собственной крутости скромник скорей в драку полезет, чем к словам прислушается…

    — Проба сил · книга
13. «

    Таков удел мужчин — первыми встречать опасность, грудью вставать на защиту слабых. Иметь много, но много и отдавать в нужный час. Ведь именно готовность следовать этому предназначению и делает мужчину мужчиной, а вовсе не болтающаяся между ног штуковина.

    Таков удел мужчин — первыми встречать опасность, грудью вставать на защиту слабых. Иметь много, но много и отдавать в нужный час. Ведь именно готовность следовать этому предназначению и делает мужчину мужчиной, а вовсе не болтающаяся между ног штуковина.

    — Во имя потерянных душ · книга
14. «

    В страхе нет ничего постыдного, он естествен для любого живого существа. Но важно не поддаться этому чувству, держать его в узде и не позволить управлять тобой. Невозможно бояться вечно, к страху привыкаешь.

    В страхе нет ничего постыдного, он естествен для любого живого существа. Но важно не поддаться этому чувству, держать его в узде и не позволить управлять тобой. Невозможно бояться вечно, к страху привыкаешь.

    — В краю далеком · книга
15. «

    Уходить за грань надо тоже уметь, чтобы последней твоей мыслью была гордость за себя самого, так и не ставшего трусом.

    Уходить за грань надо тоже уметь, чтобы последней твоей мыслью была гордость за себя самого, так и не ставшего трусом.

    — В краю далеком · книга
16. «

    История пишется кровью, грязью и жестокостью. Это потом её одевают в красивые одежды, замазывают пятна, лакируют, выбрасывают что-нибудь совсем уж неприглядное.

    История пишется кровью, грязью и жестокостью. Это потом её одевают в красивые одежды, замазывают пятна, лакируют, выбрасывают что-нибудь совсем уж неприглядное.

    — Проба сил · книга
17. «

    Спасители и палачи — в мире нет ничего однозначного. Нет чистых цветов, в жизни правят бал полутона.

    Спасители и палачи — в мире нет ничего однозначного. Нет чистых цветов, в жизни правят бал полутона.

    — Наследство Братства Сумерек · книга
18. «

    Настоящий живой лес загадочен и непонятен для городского жителя, а порой способен ужаснуть и напугать его до дрожи. Стоит покинуть заботливо выстроенный уютный мирок чадящих автомобилей, зданий из бетона и ревущих самолетов, как привычка осознавать себя венцом творения и королем природы на поверку оказывается кривым зеркалом, исказившим подлинный облик цивилизованного человека, скрывшим его слабость и откровенную никчемность. Суровая действительность с размаху бьет по лбу, вколачивая простую истину: со своим уставом да в лесной монастырь не ходят. Хочешь жить – живи по здешним законам. Подстраивайся, ловчи или ляг под кустом и спокойно дожидайся смерти, чтобы не мельтешить зря, внося в размеренный уклад зеленого царства ненужную сумятицу.

    Настоящий живой лес загадочен и непонятен для городского жителя, а порой способен ужаснуть и напугать его до дрожи. Стоит покинуть заботливо выстроенный уютный мирок чадящих автомобилей, зданий из бетона и ревущих самолетов, как привычка осознавать себя венцом творения и королем природы на поверку оказывается кривым зеркалом, исказившим подлинный облик цивилизованного человека, скрывшим его слабость и откровенную никчемность. Суровая действительность с размаху бьет по лбу, вколачивая простую истину: со своим уставом да в лесной монастырь не ходят. Хочешь жить – живи по здешним законам. Подстраивайся, ловчи или ляг под кустом и спокойно дожидайся смерти, чтобы не мельтешить зря, внося в размеренный уклад зеленого царства ненужную сумятицу.

    — В краю далеком · книга
19. «

    Мечта о блаженнои ничегонеделании может прийти в голову только вконец заработавшемуся трудяге, исступленно жаждущему блаженного глотка свободы от забот, лентяй же знает, что нет ничего страшней безделья, которое, как страшный наркотик, привязывает тебя к себе и иссушает муками никчемности.

    Мечта о блаженнои ничегонеделании может прийти в голову только вконец заработавшемуся трудяге, исступленно жаждущему блаженного глотка свободы от забот, лентяй же знает, что нет ничего страшней безделья, которое, как страшный наркотик, привязывает тебя к себе и иссушает муками никчемности.

    — Лакриста Регнар · книга
20. «

    Пусть сплетни редко бывают источником достоверных сведений, однако позволяют оценить настроения в народе.

    Пусть сплетни редко бывают источником достоверных сведений, однако позволяют оценить настроения в народе.

    — Владыка Сардуора · книга