15 цитат-размышлений Владимира Дудинцева

Ниже 15 цитат Владимира Дудинцева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Нравится тебе эта девочка? — спросил Кондаков, жуя, и глядя на фото над столом. — Н-не могу сказать. Она снимается голая и не краснеет, не прячет лица. Нормальная женщина в такой ситуации сгорит от стыда. Как мне кажется, Кеша, без любви нельзя бросить на наготу даже косой взгляд. Любящему можно. Любовь очищает взгляд...

   — Нравится тебе эта девочка? — спросил Кондаков, жуя, и глядя на фото над столом. — Н-не могу сказать. Она снимается голая и не краснеет, не прячет лица. Нормальная женщина в такой ситуации сгорит от стыда. Как мне кажется, Кеша, без любви нельзя бросить на наготу даже косой взгляд. Любящему можно. Любовь очищает взгляд...

   — Иннокентий Кондаков · книга
2. «

   Ночь должна быть убежищем не только злу, но и добру. Член уравнения, перенесённый на другую сторону, меняет свой знак на противоположный.

   Ночь должна быть убежищем не только злу, но и добру. Член уравнения, перенесённый на другую сторону, меняет свой знак на противоположный.

   — Белые одежды · книга
3. «

   — Дурачок, ты всё ещё думаешь, что я тебе изменяю? — Измена — выдуманное слово, — сказал он с кривоватой тоскливой ужимкой. — Измены в любви не может быть. Любовь имеет начало и конец. Когда конец наступил и любви не стало, не всё ли равно, куда пойдёт, что будет делать тот, кто не любит. Если бы любил — никуда бы не пошёл. Она закрыла ему рот рукой. Он отнял её руку. - Кроме того, любовь неповторима. Со мной ты одна, а с другим будешь другая. Измена была бы, если бы можно было повторить одну и ту же любовь, но с другим человеком. То, что было моё, останется со мной и не повторится.

   — Дурачок, ты всё ещё думаешь, что я тебе изменяю? — Измена — выдуманное слово, — сказал он с кривоватой тоскливой ужимкой. — Измены в любви не может быть. Любовь имеет начало и конец. Когда конец наступил и любви не стало, не всё ли равно, куда пойдёт, что будет делать тот, кто не любит. Если бы любил — никуда бы не пошёл. Она закрыла ему рот рукой. Он отнял её руку. - Кроме того, любовь неповторима. Со мной ты одна, а с другим будешь другая. Измена была бы, если бы можно было повторить одну и ту же любовь, но с другим человеком. То, что было моё, останется со мной и не повторится.

   — Лена Блажко · книга
4. «

   Добро маскирует себя под небольшое зло, а зло себя — под величайшее добро. …Светлое мужество говорит: какое я светлое, на мне много темных пятен. А темное кричит: я все из серебра и солнечных лучей, враг тот, кто заподозрит во мне изъян

   Добро маскирует себя под небольшое зло, а зло себя — под величайшее добро. …Светлое мужество говорит: какое я светлое, на мне много темных пятен. А темное кричит: я все из серебра и солнечных лучей, враг тот, кто заподозрит во мне изъян

   — Белые одежды · книга
5. «

   Если женщина по мне не тоскует, то моя тоска по ней — это вроде как если чешется отрезанная нога. Ужасно чешется, инвалиды в госпитале говорили. Чешется, а ноги нет!

   Если женщина по мне не тоскует, то моя тоска по ней — это вроде как если чешется отрезанная нога. Ужасно чешется, инвалиды в госпитале говорили. Чешется, а ноги нет!

   — Белые одежды · книга
6. «

   Если к тебе в кастрюлю забралась кошка, а ты её бъешь, то не можешь ты быть ни начальником, ни судьёй. Но это еще не зло. Это нервы. Зло — это когда кошку сразу в мешок.

   Если к тебе в кастрюлю забралась кошка, а ты её бъешь, то не можешь ты быть ни начальником, ни судьёй. Но это еще не зло. Это нервы. Зло — это когда кошку сразу в мешок.

   — Белые одежды · книга
7. «

   Добро застенчиво и оно часто маскируется под малое зла, или подо что-то нейтральное... Добру тягостно слушать когда его благодарят. Зло же обязательно дает доброе обоснование своих пакостей.

   Добро застенчиво и оно часто маскируется под малое зла, или подо что-то нейтральное... Добру тягостно слушать когда его благодарят. Зло же обязательно дает доброе обоснование своих пакостей.

   — Белые одежды · книга
8. «

   Равенство — явление абиологическое. В природе равенства нет. Если бы оно было, то не было бы в природе развития.

   Равенство — явление абиологическое. В природе равенства нет. Если бы оно было, то не было бы в природе развития.

   — Белые одежды · книга
9. «

   В этот миг кривая их отношений, вся состоящая из замысловатых зигзагов, вдруг ринулась вверх по лихорадочной восходящнй к какому-то ужасному обрыву. Она ведь не может восходить всё время, так не бывает.

   В этот миг кривая их отношений, вся состоящая из замысловатых зигзагов, вдруг ринулась вверх по лихорадочной восходящнй к какому-то ужасному обрыву. Она ведь не может восходить всё время, так не бывает.

   — Белые одежды · книга
10. «

    Смотрите! Это же чудеса! Открытие! Добро хочет ближнему приятных переживаний, а зло, наоборот, хочет ему страдания. Чувствуете! Добро хочет уберечь кого — то от страдания, а зло хочет оградить от удовольствия. Добро радуется чужому счастью, а зло чужому страданию. Добро стесняется своих побуждений, а зло — своих.

    Смотрите! Это же чудеса! Открытие! Добро хочет ближнему приятных переживаний, а зло, наоборот, хочет ему страдания. Чувствуете! Добро хочет уберечь кого — то от страдания, а зло хочет оградить от удовольствия. Добро радуется чужому счастью, а зло чужому страданию. Добро стесняется своих побуждений, а зло — своих.

    — Белые одежды · книга
11. «

    Ревность это такая страсть, которая со рвением ищет то, что причиняет страдания.

    Ревность это такая страсть, которая со рвением ищет то, что причиняет страдания.

    — Вера Лукинишна · книга
12. «

    Счастье! Оно никогда не бывает сладким и не похоже на плакаты по страхованию имущества. Оно подкрашено горечью...

    Счастье! Оно никогда не бывает сладким и не похоже на плакаты по страхованию имущества. Оно подкрашено горечью...

    — Не хлебом единым · книга
13. «

    Доброго человека не заставишь быть плохим. Страх наказания и нравственные чувства — разные вещи. Страх — это область физиологии, а трусость — область нравственности.

    Доброго человека не заставишь быть плохим. Страх наказания и нравственные чувства — разные вещи. Страх — это область физиологии, а трусость — область нравственности.

    — Белые одежды · книга
14. «

    Пожилая бездарь и молодая глупость жгут классические учебники.

    Пожилая бездарь и молодая глупость жгут классические учебники.

    — Белые одежды · книга
15. «

    Счастье — в тебе. Когда положишь свою плоть, чтоб напитать близких… Прольешь кровь, переплывешь море страданий… Вылезешь на берег еле живой… Тут счастье само тебя найдет, не помышляющего о нем.

    Счастье — в тебе. Когда положишь свою плоть, чтоб напитать близких… Прольешь кровь, переплывешь море страданий… Вылезешь на берег еле живой… Тут счастье само тебя найдет, не помышляющего о нем.

    — Белые одежды · книга