24 цитаты Владимира Семёновича Высоцкого, которые захочется сохранить

Владимир Семёнович Высоцкий — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 24 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Недостаток, который вы не прощаете? — Их много. Я не хочу перечислять, но... Жадность. Отсутствие позиции, которое ведет за собой очень много других пороков. Когда человек сам не знает — не только, чего он хочет в этой жизни, а когда он не имеет своего мнения или не может рассудить о предмете, о людях, о смысле жизни — да о чем угодно! — сам, самостоятельно. Когда он либо повторяет то, что ему когда-то понравилось, чему его научили, либо неспособен к самостоятельному мышлению.

   — Недостаток, который вы не прощаете? — Их много. Я не хочу перечислять, но... Жадность. Отсутствие позиции, которое ведет за собой очень много других пороков. Когда человек сам не знает — не только, чего он хочет в этой жизни, а когда он не имеет своего мнения или не может рассудить о предмете, о людях, о смысле жизни — да о чем угодно! — сам, самостоятельно. Когда он либо повторяет то, что ему когда-то понравилось, чему его научили, либо неспособен к самостоятельному мышлению.
2. «

   Я уважаю вообще все профессии, если человек в них профессионал.

   Я уважаю вообще все профессии, если человек в них профессионал.
3. «

   Нервы у меня хотя луженые, Кончилось спокойствие навеки. Эх, вы мои нервы обнажённые! Ожили б — ходили б как калеки.

   Нервы у меня хотя луженые, Кончилось спокойствие навеки. Эх, вы мои нервы обнажённые! Ожили б — ходили б как калеки.
4. «

   Нет прохода, и давно, В мире от нахалов. Мразь и серость пьет вино Из чужих бокалов.

   Нет прохода, и давно, В мире от нахалов. Мразь и серость пьет вино Из чужих бокалов.
5. «

   Не кричи нежных слов, не кричи, До поры подержи их в неволе, — Пусть кричат пароходы в ночи, Ну а ты промолчи, промолчи, — Поспешишь — и ищи ветра в поле.

   Не кричи нежных слов, не кричи, До поры подержи их в неволе, — Пусть кричат пароходы в ночи, Ну а ты промолчи, промолчи, — Поспешишь — и ищи ветра в поле.
6. «

   А урод-то сидит на уроде И уродом другим погоняет, И это всё — при народе, Который приветствует вроде И вроде бы всё одобряет.

   А урод-то сидит на уроде И уродом другим погоняет, И это всё — при народе, Который приветствует вроде И вроде бы всё одобряет.
7. «

   Проделав брешь в затишье, Весна идёт в штыки, И высунули крыши Из снега языки. Голодная до драки, Оскалилась весна. Как с языка собаки, Стекает с крыш слюна.

   Проделав брешь в затишье, Весна идёт в штыки, И высунули крыши Из снега языки. Голодная до драки, Оскалилась весна. Как с языка собаки, Стекает с крыш слюна.
8. «

   Я отвечаю за свое творчество перед страной, которая поет и слушает мои песни, несмотря на то, что их не пропагандируют ни радио, ни телевидение, ни концертные организации.

   Я отвечаю за свое творчество перед страной, которая поет и слушает мои песни, несмотря на то, что их не пропагандируют ни радио, ни телевидение, ни концертные организации.
9. «

   Но даже светлые умы все размещают между строк: у них расчет на долгий срок.

   Но даже светлые умы все размещают между строк: у них расчет на долгий срок.
10. «

    Я надеялся втайне, Что тебя не листали, Но тебя, как в читальне, Слишком многие брали.

    Я надеялся втайне, Что тебя не листали, Но тебя, как в читальне, Слишком многие брали.
11. «

    Я, Миша, много суечусь не по творчеству, к сожалению, а по всяким бытовым делам, своим и чужим. Поэтому бывают у меня совсем уже мрачные минуты и настроения, пишу мало, играю в кино без особого интереса; видно, уже надоело прикидываться, а самовыражаться могу только в стихах, песнях и вообще писании, да на это — самое главное — и времени как раз не хватает. Только во сне вижу часто, что сижу за столом, и лист передо мной, и все складно выходит — в рифму, зло, отчаянно и смешно. Но решил я: закончу вскоре самую необходимую суету — и всё побоку, постараюсь делать только своё дело.

    Я, Миша, много суечусь не по творчеству, к сожалению, а по всяким бытовым делам, своим и чужим. Поэтому бывают у меня совсем уже мрачные минуты и настроения, пишу мало, играю в кино без особого интереса; видно, уже надоело прикидываться, а самовыражаться могу только в стихах, песнях и вообще писании, да на это — самое главное — и времени как раз не хватает. Только во сне вижу часто, что сижу за столом, и лист передо мной, и все складно выходит — в рифму, зло, отчаянно и смешно. Но решил я: закончу вскоре самую необходимую суету — и всё побоку, постараюсь делать только своё дело.
12. «

    В театре — сеть интриг, есть тайные и явные общества и масонские ложи. Интриганы — вся женская половина и вся мужская, исключая меня. Я на особом положении, молчу, хожу тучей и не примыкаю. Все думают, что я выжидаю и еще себя покажу, а я не покажу вовсе. Всё!

    В театре — сеть интриг, есть тайные и явные общества и масонские ложи. Интриганы — вся женская половина и вся мужская, исключая меня. Я на особом положении, молчу, хожу тучей и не примыкаю. Все думают, что я выжидаю и еще себя покажу, а я не покажу вовсе. Всё!
13. «

    Передо мной любой факир — ну просто карлик, Я их держу заместо мелких фраеров, - Возьмите мне один билет до Монте-Карло - Я потревожу ихних шулеров!

    Передо мной любой факир — ну просто карлик, Я их держу заместо мелких фраеров, - Возьмите мне один билет до Монте-Карло - Я потревожу ихних шулеров!
14. «

    ... Мне часто присылают письма, в которых спрашивают: «Что вы имели в виду в той или иной песне?». Ну, кстати говоря, что я имел в виду, то и написал. А как меня люди поняли, зависит, конечно, от многих вещей: от меры образованности, от опыта жизненного и так далее. Некоторые иногда попадают в точку, иногда — рядом, и я как раз больше всего люблю, когда рядом: значит, в песне было что-то, на что даже я не обратил особого внимания. Может, не имел этого в виду точно и конкретно, но что-то подобное где-то там в подсознании было. И ведь было бы ужасно, если б мы все имели в виду, когда пишем, — тогда мы бы просто ничего вообще не написали. Вы представляете?! А что уж говорить про Достоевского, у которого одновременно идут десять или пятнадцать планов? Он что, их все время высчитывал, записывал, а потом соединял? Нет, это просто от того выходило, что он был такой одаренности человек, что об этом не думал. Гений! <...> Вот почему, когда люди, стоящие рядом, видят в моих песнях что-то другое, но близкое той проблеме, которую я трогаю, я очень счастлив. Это необъяснимые вещи, и они получаются сами собой. Это есть признак какой-то тайны в поэзии, когда каждый человек видит в песне что-то для себя. Я даже пытался на все подобные письма ответить одной всеобъемлющей песней, в которой был припев с такими строчками: «Спасибо вам, корреспонденты, что вы наверно поняли меня». Но потом я бросил эту затею.

    ... Мне часто присылают письма, в которых спрашивают: «Что вы имели в виду в той или иной песне?». Ну, кстати говоря, что я имел в виду, то и написал. А как меня люди поняли, зависит, конечно, от многих вещей: от меры образованности, от опыта жизненного и так далее. Некоторые иногда попадают в точку, иногда — рядом, и я как раз больше всего люблю, когда рядом: значит, в песне было что-то, на что даже я не обратил особого внимания. Может, не имел этого в виду точно и конкретно, но что-то подобное где-то там в подсознании было. И ведь было бы ужасно, если б мы все имели в виду, когда пишем, — тогда мы бы просто ничего вообще не написали. Вы представляете?! А что уж говорить про Достоевского, у которого одновременно идут десять или пятнадцать планов? Он что, их все время высчитывал, записывал, а потом соединял? Нет, это просто от того выходило, что он был такой одаренности человек, что об этом не думал. Гений! <...> Вот почему, когда люди, стоящие рядом, видят в моих песнях что-то другое, но близкое той проблеме, которую я трогаю, я очень счастлив. Это необъяснимые вещи, и они получаются сами собой. Это есть признак какой-то тайны в поэзии, когда каждый человек видит в песне что-то для себя. Я даже пытался на все подобные письма ответить одной всеобъемлющей песней, в которой был припев с такими строчками: «Спасибо вам, корреспонденты, что вы наверно поняли меня». Но потом я бросил эту затею.
15. «

    Не нравился мне век, и люди в нём Не нравились, — и я зарылся в книги.

    Не нравился мне век, и люди в нём Не нравились, — и я зарылся в книги.
16. «

    Счастье — это путешествие, необязательно из мира в мир... Это путешествие может быть в душу другого человека, путешествие в мир писателя или поэта... И не одному, а с человеком, которого ты любишь. Может быть, какие-то поездки, но вдвоем с человеком, которого ты любишь, мнением которого ты дорожишь.

    Счастье — это путешествие, необязательно из мира в мир... Это путешествие может быть в душу другого человека, путешествие в мир писателя или поэта... И не одному, а с человеком, которого ты любишь. Может быть, какие-то поездки, но вдвоем с человеком, которого ты любишь, мнением которого ты дорожишь.
17. «

    Жизнь — алфавит: я где-то Уже в «це-че-ше-ще», — Уйду я в это лето В малиновом плаще.

    Жизнь — алфавит: я где-то Уже в «це-че-ше-ще», — Уйду я в это лето В малиновом плаще.
18. «

    Я не грублю, но отвечаю тем же, - А писем до конца не дочитал.

    Я не грублю, но отвечаю тем же, - А писем до конца не дочитал.
19. «

    Всем живым — ощутимая польза от тел: Как прикрытье используем павших.

    Всем живым — ощутимая польза от тел: Как прикрытье используем павших.
20. «

    И нельзя мне выше, и нельзя мне ниже, И нельзя мне солнца, и нельзя луны.

    И нельзя мне выше, и нельзя мне ниже, И нельзя мне солнца, и нельзя луны.