45 коротких цитат Вячеслава Солдатенко (Славы Сэ): смешные цитаты

Подборка из 45 цитат Вячеслава Солдатенко (Славы Сэ): смешные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Одеваются дети с ничтожной, почти отрицательной скоростью. Давно надо выехать, но завтрак не съеден, портфели не собраны, косы не заплетены. И это редкий случай, когда мне лысому завидуют волосатые девочки.

   Одеваются дети с ничтожной, почти отрицательной скоростью. Давно надо выехать, но завтрак не съеден, портфели не собраны, косы не заплетены. И это редкий случай, когда мне лысому завидуют волосатые девочки.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
2. «

   Я потратил на санки три доллара и до сих пор не жалею. Я испытал их на себе. Развил с моста огромную скорость, хотел убиться с трамплина, но был спасён одной берёзой. Она чисто по-женски выбежала навстречу мужчине, одиноко летящему по небу в синих санях. Наша связь была мимолётной, но яркой.

   Я потратил на санки три доллара и до сих пор не жалею. Я испытал их на себе. Развил с моста огромную скорость, хотел убиться с трамплина, но был спасён одной берёзой. Она чисто по-женски выбежала навстречу мужчине, одиноко летящему по небу в синих санях. Наша связь была мимолётной, но яркой.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
3. «

   ...научусь считать душой. Впредь мой вес будет измеряться метафорически — я большой, я большой и удобный, я красивый как дворец.

   ...научусь считать душой. Впредь мой вес будет измеряться метафорически — я большой, я большой и удобный, я красивый как дворец.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
4. «

   Баня маленькая, двухместная, мне выпало мыться с Колей. Гости смотрели нам вслед с пониманием. Все были в курсе, Коля родился и вырос в мартеновской печи. При виде тазиков он дуреет. В нём просыпается огненный монстр, демон веника и пара. А я ж не знал. Я шёл просто мыться и говорить о женской вредности. Он надел шапку, перчатки. По глазам было видно, надел бы и валенки, не было. Сказал, надо поддать. Поддавал, пока не взорвался градусник. - Ну вот, теперь хорошо, — обрадовался Коля. Меж тем, в парилке настало ядерное лето, всё вокруг сделалось лиловым и малиновым как на Венере в середине августа. <...> Коля сказал, сейчас мы восстановим мне оптимизм. С трогательной заботой к моим неурядицам он взмахнул веником каким-то самурайским способом. Примерно на втором ударе из меня выбежали все микробы, в том числе полезные. Тогда же открылась разница между баней и процессом распада ядра. И ещё я понял, кого из гостей планировали подать на стол с яблоком во рту. На третьем ударе я отрёкся от гелиоцентрической модели мира в пользу плоской земли, плывущей на черепахе.

   Баня маленькая, двухместная, мне выпало мыться с Колей. Гости смотрели нам вслед с пониманием. Все были в курсе, Коля родился и вырос в мартеновской печи. При виде тазиков он дуреет. В нём просыпается огненный монстр, демон веника и пара. А я ж не знал. Я шёл просто мыться и говорить о женской вредности. Он надел шапку, перчатки. По глазам было видно, надел бы и валенки, не было. Сказал, надо поддать. Поддавал, пока не взорвался градусник. - Ну вот, теперь хорошо, — обрадовался Коля. Меж тем, в парилке настало ядерное лето, всё вокруг сделалось лиловым и малиновым как на Венере в середине августа. <...> Коля сказал, сейчас мы восстановим мне оптимизм. С трогательной заботой к моим неурядицам он взмахнул веником каким-то самурайским способом. Примерно на втором ударе из меня выбежали все микробы, в том числе полезные. Тогда же открылась разница между баней и процессом распада ядра. И ещё я понял, кого из гостей планировали подать на стол с яблоком во рту. На третьем ударе я отрёкся от гелиоцентрической модели мира в пользу плоской земли, плывущей на черепахе.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
5. «

   Паша любил Лену. А она его игнорировала. Женщины вообще боятся мужчин с фантазией. Стоит раз поцеловать ручку её двери, заглянуть ночью в окно или украсть туфлю, чтобы было с чем спать в обнимку, — сразу убегают. Женщины трусят настоящих чувств, вот что я вам скажу.

   Паша любил Лену. А она его игнорировала. Женщины вообще боятся мужчин с фантазией. Стоит раз поцеловать ручку её двери, заглянуть ночью в окно или украсть туфлю, чтобы было с чем спать в обнимку, — сразу убегают. Женщины трусят настоящих чувств, вот что я вам скажу.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
6. «

   В широком смысле, метеорология не наука, а только способ испортить человеку отпуск.

   В широком смысле, метеорология не наука, а только способ испортить человеку отпуск.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
7. «

   Узнал, что двусторонний скотч по-чешски звучит так: «обоюдна лепидра».

   Узнал, что двусторонний скотч по-чешски звучит так: «обоюдна лепидра».

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
8. «

   ...потом в саду, вместо жёлтой юбки выдали розовые шорты. Нормальные женщины за такое уходят в дождь в одной ночнушке, хлопнув дверью по голове всем этим мерзавцам. Но Ляля всех простила. И обиду ничем не выдала, лишь чуть оттопыреная губа стучала по коленям.

   ...потом в саду, вместо жёлтой юбки выдали розовые шорты. Нормальные женщины за такое уходят в дождь в одной ночнушке, хлопнув дверью по голове всем этим мерзавцам. Но Ляля всех простила. И обиду ничем не выдала, лишь чуть оттопыреная губа стучала по коленям.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
9. «

   В костюме вспотевшего отца ходил на утренник. Было просто и мило, снежинки и зайцы. В секс-шопе купили партию заячьих ушей розовой масти. <...> Он был в костюме каратиста, снежинка Алиса его за это полюбила. На ней самой было фантастическое платье, расшитое боем ёлочных игрушек. Чтобы как-то привлечь внимание, снежинка выписала зайцу три пендаля подряд. Но острые края её украшений выглядели вредными для здоровья, заяц не решился ответить взаимностью. Лишь подставлял вторую ягодицу, получив по первой. Он был каратист и христианин одновременно.

   В костюме вспотевшего отца ходил на утренник. Было просто и мило, снежинки и зайцы. В секс-шопе купили партию заячьих ушей розовой масти. <...> Он был в костюме каратиста, снежинка Алиса его за это полюбила. На ней самой было фантастическое платье, расшитое боем ёлочных игрушек. Чтобы как-то привлечь внимание, снежинка выписала зайцу три пендаля подряд. Но острые края её украшений выглядели вредными для здоровья, заяц не решился ответить взаимностью. Лишь подставлял вторую ягодицу, получив по первой. Он был каратист и христианин одновременно.

   — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
10. «

    Вес Лялиного ранца позволяет бомбить тиранов, не обращая внимания на толщину их диктаторских бункеров. Ляля поднимает портфель руками, коленом, потом ловко вкручивается в лямки. В дзюдо такой приём называется «сото-макикоми», а в греко-римской борьбе – «грузинская вертушка». Одолев гравитацию, Ляля убегает в школу.

    Вес Лялиного ранца позволяет бомбить тиранов, не обращая внимания на толщину их диктаторских бункеров. Ляля поднимает портфель руками, коленом, потом ловко вкручивается в лямки. В дзюдо такой приём называется «сото-макикоми», а в греко-римской борьбе – «грузинская вертушка». Одолев гравитацию, Ляля убегает в школу.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
11. «

    Однажды баба Галя крикнула вслед военному самолёту «шоп ты развалився». И пошла копать картошку. Через три минуты с неба прилетела дымная хреновина и взорвала хату. У кого-то там руки-крылья полетели дальше, а пламенный мотор отвалился. Так баба Галя стала участницей холодной войны. Остаток дня она провела на грядке, удивляясь, до чего ж неудачные бывают дни. И ещё – насколько сбываются мечты.

    Однажды баба Галя крикнула вслед военному самолёту «шоп ты развалився». И пошла копать картошку. Через три минуты с неба прилетела дымная хреновина и взорвала хату. У кого-то там руки-крылья полетели дальше, а пламенный мотор отвалился. Так баба Галя стала участницей холодной войны. Остаток дня она провела на грядке, удивляясь, до чего ж неудачные бывают дни. И ещё – насколько сбываются мечты.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
12. «

    В 2009 году случилась эпидемия разводов. Пострадали десятки отличных, ни в чем не виноватых мужчин. Без повода и предварительных провокаций жены стали уходить. Раньше для ощущения новизны им хватало перестановки мебели, но в тот год непременно хотелось рвать пуповины. У одного моего знакомого после развода выросли коричневые круги вокруг глаз. Его печень не выносила расставаний. Второй исхудал и даже снимался в рекламе диеты наравне с анорексичками. Третий спрашивал «за что?» так часто, что отучил звонить родную мать.

    В 2009 году случилась эпидемия разводов. Пострадали десятки отличных, ни в чем не виноватых мужчин. Без повода и предварительных провокаций жены стали уходить. Раньше для ощущения новизны им хватало перестановки мебели, но в тот год непременно хотелось рвать пуповины. У одного моего знакомого после развода выросли коричневые круги вокруг глаз. Его печень не выносила расставаний. Второй исхудал и даже снимался в рекламе диеты наравне с анорексичками. Третий спрашивал «за что?» так часто, что отучил звонить родную мать.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
13. «

    Он считал капризными всех, кто не сдавался за полчаса.

    Он считал капризными всех, кто не сдавался за полчаса.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
14. «

    В мире известны семьсот видов женских слёз. И на всё это великолепие мужчина реагирует единственной фразой «Ну чё ты, Кать».

    В мире известны семьсот видов женских слёз. И на всё это великолепие мужчина реагирует единственной фразой «Ну чё ты, Кать».

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
15. «

    Вообще, русские едой проверяют, друг ты или нет. Отказаться нельзя, хозяйка обидится, отберёт диван. Ужин наступал в полночь и начинался с борща. Потом пирожки, которые едой не считаются. Пирожки — это способ не скучать, пока греется второе.

    Вообще, русские едой проверяют, друг ты или нет. Отказаться нельзя, хозяйка обидится, отберёт диван. Ужин наступал в полночь и начинался с борща. Потом пирожки, которые едой не считаются. Пирожки — это способ не скучать, пока греется второе.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
16. «

    Ляля по утрам очень капризная. Не хочет надевать, что даёт отец. Хоть у отца отличный вкус. Отец всегда выбирает красивое, а главное, тёплое. А Ляля хочет безумств. Каждое утро она не ребёнок, а какой-то Пако Рабан. Подавай, например, ей трусы с единорогом впереди. Я говорю, божемой, Ляля, кто увидит там твоего единорога? Но у женщин самоощущение. Поверх хороших трусов женщина наденет что угодно, хоть рыбачью сеть, хоть осенние листья. А на плохие трусы, некружевные, драные, без единорогов, даже бриллиантовое платье не хочется.

    Ляля по утрам очень капризная. Не хочет надевать, что даёт отец. Хоть у отца отличный вкус. Отец всегда выбирает красивое, а главное, тёплое. А Ляля хочет безумств. Каждое утро она не ребёнок, а какой-то Пако Рабан. Подавай, например, ей трусы с единорогом впереди. Я говорю, божемой, Ляля, кто увидит там твоего единорога? Но у женщин самоощущение. Поверх хороших трусов женщина наденет что угодно, хоть рыбачью сеть, хоть осенние листья. А на плохие трусы, некружевные, драные, без единорогов, даже бриллиантовое платье не хочется.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
17. «

    Ещё у Ляли есть друг, Эрик. Он ухаживает за женщинами как мужчина-идиот. Подарил самосвал и стукнул мячом. Самосвал мы вернули. За мяч наорали на руководство сада. Велели передать наше мнение папе жениха. Наутро Эрик пришёл накрахмаленый, в галстуке. Шевелил губами, повторял текст. Ляля рассказывает: - Эрик сказал: «Я тебя обожаю». Ну дала ему лопатой по губам, чтоб не говорил гадости. Вот так, в пять лет парень узнал почти всё про любовь.

    Ещё у Ляли есть друг, Эрик. Он ухаживает за женщинами как мужчина-идиот. Подарил самосвал и стукнул мячом. Самосвал мы вернули. За мяч наорали на руководство сада. Велели передать наше мнение папе жениха. Наутро Эрик пришёл накрахмаленый, в галстуке. Шевелил губами, повторял текст. Ляля рассказывает: - Эрик сказал: «Я тебя обожаю». Ну дала ему лопатой по губам, чтоб не говорил гадости. Вот так, в пять лет парень узнал почти всё про любовь.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
18. «

    Предупредительно пнув сестру ногой, Ляля применила боевой укус, как в фильме «Чужой». Может помните, в том фильме нервный инопланетянин с раздвижными челюстями объяснял Сигурни Вивер, что любопытство — грех. Ляля сделала инопланетное лицо и, зачем-то глядя мне в глаза, потянулась зубами к Машкиной спине. Казалось бы, такое невозможно, человек не способен укусить вогнутый предмет, например внутреннюю сторону сковороды. Это же детский рот, а не створки морского парома. <...> Поэтому отец (то есть я) сидел, смотрел и никого не спасал. Меж тем Ляля распахнула злую пасть на отрицательный угол и вцепилась любимой сестре в позвоночник.

    Предупредительно пнув сестру ногой, Ляля применила боевой укус, как в фильме «Чужой». Может помните, в том фильме нервный инопланетянин с раздвижными челюстями объяснял Сигурни Вивер, что любопытство — грех. Ляля сделала инопланетное лицо и, зачем-то глядя мне в глаза, потянулась зубами к Машкиной спине. Казалось бы, такое невозможно, человек не способен укусить вогнутый предмет, например внутреннюю сторону сковороды. Это же детский рот, а не створки морского парома. <...> Поэтому отец (то есть я) сидел, смотрел и никого не спасал. Меж тем Ляля распахнула злую пасть на отрицательный угол и вцепилась любимой сестре в позвоночник.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
19. «

    Дети рисуют мать по памяти. Согласно чертежам, их родил аквалангист, гуляющий по картофельному полю в миниюбке.

    Дети рисуют мать по памяти. Согласно чертежам, их родил аквалангист, гуляющий по картофельному полю в миниюбке.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
20. «

    Он подошёл и признался интимно, что его зовут Чел. Представил и своего коня: «Катя, это Харли Дэвидсон». Когда у твоего мотоцикла такая приличная фамилия, то не важно, как зовут тебя самого.

    Он подошёл и признался интимно, что его зовут Чел. Представил и своего коня: «Катя, это Харли Дэвидсон». Когда у твоего мотоцикла такая приличная фамилия, то не важно, как зовут тебя самого.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга