18 цитат Януша Леона Вишневский: цитаты со смыслома, которые захочется сохранить

Януш Леон Вишневский: цитаты со смыслом — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Как только лыжи девушки коснулись обледеневшего снега, он тоже соскочил вниз, обнял её, прижал к себе, её лыжи оказались между его лыжами. Они замерли на мгновение. Потом мужчина встал перед девушкой и завел руки назад, подавая ей необычно длинные палки, с обеих сторон заканчивающиеся каучуковыми ручками. Она взялась за них – и они начали спуск.

   Как только лыжи девушки коснулись обледеневшего снега, он тоже соскочил вниз, обнял её, прижал к себе, её лыжи оказались между его лыжами. Они замерли на мгновение. Потом мужчина встал перед девушкой и завел руки назад, подавая ей необычно длинные палки, с обеих сторон заканчивающиеся каучуковыми ручками. Она взялась за них – и они начали спуск.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   В сумме своей количество зависимостей человека остается постоянным в течение всей жизни. Меняются только сами зависимости.

   В сумме своей количество зависимостей человека остается постоянным в течение всей жизни. Меняются только сами зависимости.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   То, что мы любим теперь кого-то другого, не означает, что мы должны сжечь все любовные письма, оставшиеся нам от прошлого...

   То, что мы любим теперь кого-то другого, не означает, что мы должны сжечь все любовные письма, оставшиеся нам от прошлого...

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Такие слова как — никогда, всегда, ничто, никто — нельзя произносить.

   Такие слова как — никогда, всегда, ничто, никто — нельзя произносить.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Если и умирать, то чтобы было приятно, так умирать, как больше всего нравится. Ведь это было бы последнее впечатление жизни.

   Если и умирать, то чтобы было приятно, так умирать, как больше всего нравится. Ведь это было бы последнее впечатление жизни.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   Она учит умирать детей в хосписах. «Из смерти уже сделали бизнес, из умирания – пока нет. Я не утешаю тех, кто остаётся. Не сочувствую отчаявшимся, не вытираю им слёзы, не пытаюсь поддерживать их дух. Я объясняю и делаю понятней и ближе смерть – детям. Они значительно лучше понимают смысл смерти, чем мы, взрослые. Им часто бывает достаточно понять, что умереть – это просто перестать жить. Ещё они волнуются, не будет ли больно и попадут ли они на небо. Тогда я говорю, что в небо я не верю, но верю в тёплый ветер. В пушистые облака удивительных форм и тёплый дождь, стучащий по крыше, в ярких бабочек, танцующих на цветных головках цветов, в пение птиц за окном, в солнечный луч, бьющий в стекло. И говорю, что встречу их там, когда они уйдут. Они спрашивают, не будет ли плакать мама. И я их не обманываю, отвечаю, что да, мама будет плакать.

   Она учит умирать детей в хосписах. «Из смерти уже сделали бизнес, из умирания – пока нет. Я не утешаю тех, кто остаётся. Не сочувствую отчаявшимся, не вытираю им слёзы, не пытаюсь поддерживать их дух. Я объясняю и делаю понятней и ближе смерть – детям. Они значительно лучше понимают смысл смерти, чем мы, взрослые. Им часто бывает достаточно понять, что умереть – это просто перестать жить. Ещё они волнуются, не будет ли больно и попадут ли они на небо. Тогда я говорю, что в небо я не верю, но верю в тёплый ветер. В пушистые облака удивительных форм и тёплый дождь, стучащий по крыше, в ярких бабочек, танцующих на цветных головках цветов, в пение птиц за окном, в солнечный луч, бьющий в стекло. И говорю, что встречу их там, когда они уйдут. Они спрашивают, не будет ли плакать мама. И я их не обманываю, отвечаю, что да, мама будет плакать.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Я поступила тогда, как последняя тварь: на коленях доползла до своей комнаты, спряталась под одеялом и плакала. И очень хотела умереть. От стыда за своего отца.

   Я поступила тогда, как последняя тварь: на коленях доползла до своей комнаты, спряталась под одеялом и плакала. И очень хотела умереть. От стыда за своего отца.

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Самое главное, что может сделать отец для своего ребенка, — это быть хорошим мужем для его матери.

   Самое главное, что может сделать отец для своего ребенка, — это быть хорошим мужем для его матери.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Одиночество — хроническая простуда души. Одинокие люди, что доказано, на самом деле часто мёрзнут. Многие из них, вместо того чтобы идти к психиатру, идут к терапевту, они промерзли изнутри, и не согреть их ни одеялом, ни алкоголем. Это своего рода вирус, потому что, стоит им только найти родную душу, все болезни у них проходят в одночасье. Нынче это называется психосоматизмом. Нельзя лечить тело, позабыв о душе, и наоборот.

   Одиночество — хроническая простуда души. Одинокие люди, что доказано, на самом деле часто мёрзнут. Многие из них, вместо того чтобы идти к психиатру, идут к терапевту, они промерзли изнутри, и не согреть их ни одеялом, ни алкоголем. Это своего рода вирус, потому что, стоит им только найти родную душу, все болезни у них проходят в одночасье. Нынче это называется психосоматизмом. Нельзя лечить тело, позабыв о душе, и наоборот.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    — Ах, вот оно что, — произнесла одна из них, — но ведь это никакая не измена! Я-то сначала подумала, что ты говоришь о настоящей измене, ну ты понимаешь – о сексе. Я бы сразу ушла от мужа, если бы он мне изменил. Немедленно. Верность ведь самое важное в отношениях, — добавила она взволнованно.

    — Ах, вот оно что, — произнесла одна из них, — но ведь это никакая не измена! Я-то сначала подумала, что ты говоришь о настоящей измене, ну ты понимаешь – о сексе. Я бы сразу ушла от мужа, если бы он мне изменил. Немедленно. Верность ведь самое важное в отношениях, — добавила она взволнованно.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Самое главное в союзе двух — диалог.

    Самое главное в союзе двух — диалог.

    — Януш Леон Вишневский · книга
12. «

    Говорить человеку, что любите, только ради того, чтобы утешить его, не следует.

    Говорить человеку, что любите, только ради того, чтобы утешить его, не следует.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Когда человек всю жизнь борется со своей инаковостью, в которой он не виноват, с герметичной, непроницаемой, как подводная лодка, нетерпимостью крохотного городка, с одиночеством непонимания, являющимся следствием инаковости, когда он сражается за малейший знак приятия отличности и внезапно находит кого-то, кто чувствует точно так же и вдобавок является воплощением всех мечтаний и фантазий, то у него возникает чувство, что он коснулся вечности.

    Когда человек всю жизнь борется со своей инаковостью, в которой он не виноват, с герметичной, непроницаемой, как подводная лодка, нетерпимостью крохотного городка, с одиночеством непонимания, являющимся следствием инаковости, когда он сражается за малейший знак приятия отличности и внезапно находит кого-то, кто чувствует точно так же и вдобавок является воплощением всех мечтаний и фантазий, то у него возникает чувство, что он коснулся вечности.

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    …ей никто не сказал, на каком кладбище его похоронили. Она была для него никем. Чужой человек…

    …ей никто не сказал, на каком кладбище его похоронили. Она была для него никем. Чужой человек…

    — Януш Леон Вишневский · книга
15. «

    Значение имеют только те дни, которых мы ещё не знаем.

    Значение имеют только те дни, которых мы ещё не знаем.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Любовь — это больше, чем простой поцелуй, это больше, чем простое слияние тел. Любовь — это больше…

    Любовь — это больше, чем простой поцелуй, это больше, чем простое слияние тел. Любовь — это больше…

    — Януш Леон Вишневский · книга
17. «

    Предназначение — это выдумка и предрассудки. У Бога слишком много важных дел в голове, чтобы ещё предназначать судьбу каждому в этом многомиллиардном человеческом муравейнике. Да и нет такого предназначения, которое обрекает на смерть восьмилетнего ребёнка.

    Предназначение — это выдумка и предрассудки. У Бога слишком много важных дел в голове, чтобы ещё предназначать судьбу каждому в этом многомиллиардном человеческом муравейнике. Да и нет такого предназначения, которое обрекает на смерть восьмилетнего ребёнка.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Потому что не надо выбрасывать на помойку оранжевые пластиковые тазики. Эти тазики так же важны, как фотографии умерших родственников в семейном альбоме.

    Потому что не надо выбрасывать на помойку оранжевые пластиковые тазики. Эти тазики так же важны, как фотографии умерших родственников в семейном альбоме.

    — Януш Леон Вишневский · книга