167 афоризмов Януша Леона Вишневский: жизненные цитаты

Януш Леон Вишневский: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 167 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

   Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   До сих пор он никому так подробно не описывал свои страдания. Не хотел. Да и потребности не было. Отец и так все знал без слов, а другие... Другие просто не имели значения. А вот ей он захотел рассказать всё. Каждую подробность. Про каждую слезинку. И он сделал это. Почему? Потому что она далеко и не увидит слёз? Или потому что больше нет никого другого, чтобы рассказать, а рассказать страшно хочется? А может это чистой воды эгоизм? Желание поделиться с кем-нибудь печалью прошлого и тем самым уменьшить её бремя? А может, она теперь так много для него значит, так важна, настолько настроена с ним в резонанс и настолько достойна доверия, что он уже не опасается даже такого уровня близости? И это тоже. Но, пожалуй, тем дело не кончается.

   До сих пор он никому так подробно не описывал свои страдания. Не хотел. Да и потребности не было. Отец и так все знал без слов, а другие... Другие просто не имели значения. А вот ей он захотел рассказать всё. Каждую подробность. Про каждую слезинку. И он сделал это. Почему? Потому что она далеко и не увидит слёз? Или потому что больше нет никого другого, чтобы рассказать, а рассказать страшно хочется? А может это чистой воды эгоизм? Желание поделиться с кем-нибудь печалью прошлого и тем самым уменьшить её бремя? А может, она теперь так много для него значит, так важна, настолько настроена с ним в резонанс и настолько достойна доверия, что он уже не опасается даже такого уровня близости? И это тоже. Но, пожалуй, тем дело не кончается.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   Люди, в сущности, живут только для того, чтобы переживать эмоции.

   Люди, в сущности, живут только для того, чтобы переживать эмоции.

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Мы все по-прежнему ходим друг мимо друга. В чужих городах, на улице, на вокзалах, в аэропортах, парках, на пляжах и в книжных магазинах. И только иногда встречаемся в закутке моих мыслей.

   Мы все по-прежнему ходим друг мимо друга. В чужих городах, на улице, на вокзалах, в аэропортах, парках, на пляжах и в книжных магазинах. И только иногда встречаемся в закутке моих мыслей.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Неправда, будто негры ленивы, крадут что попало и смердят, неправда, будто все немцы – нацисты, неправда, будто все поляки носят усы, угоняют машины и воруют бумагу в общественных туалетах, неправда, будто евреи плетут заговор против всего мира, неправда, будто атеисты – это либо марксисты, либо нигилисты, либо сатанисты, неправда, в конце концов, будто все рыжие – отъявленные вруны, а гомосексуалисты – извращенцы.

   Неправда, будто негры ленивы, крадут что попало и смердят, неправда, будто все немцы – нацисты, неправда, будто все поляки носят усы, угоняют машины и воруют бумагу в общественных туалетах, неправда, будто евреи плетут заговор против всего мира, неправда, будто атеисты – это либо марксисты, либо нигилисты, либо сатанисты, неправда, в конце концов, будто все рыжие – отъявленные вруны, а гомосексуалисты – извращенцы.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   В разгар депрессии ты совершенно вялый и тебе неохота даже перерезать себе вены. Ты ходишь или лежишь, будто в схватывающемся бетоне.

   В разгар депрессии ты совершенно вялый и тебе неохота даже перерезать себе вены. Ты ходишь или лежишь, будто в схватывающемся бетоне.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Чтобы осознать своё одиночество, нужно иметь на это время.

   Чтобы осознать своё одиночество, нужно иметь на это время.

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Всем известно, что некоторые события оставляют в жизни такой глубокий след, что от него невозможно избавиться ни хирургически, ни химически. Их не свести, как татуировку. Они остаются навсегда.

   Всем известно, что некоторые события оставляют в жизни такой глубокий след, что от него невозможно избавиться ни хирургически, ни химически. Их не свести, как татуировку. Они остаются навсегда.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Жизнь, как счастье, не поддаётся экспертизам. А счастье мы можем обрести, только когда поймём самих себя. И тогда нам явится единственная, неповторимая и дающая нам удовлетворение истина.

   Жизнь, как счастье, не поддаётся экспертизам. А счастье мы можем обрести, только когда поймём самих себя. И тогда нам явится единственная, неповторимая и дающая нам удовлетворение истина.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Молчание вдвоем кажется нам лучше молчания в одиночку.

    Молчание вдвоем кажется нам лучше молчания в одиночку.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Потому что для Марты нет любви не вовремя. Не вовремя может быть только икота, менструация, смерть или соседка. Но не любовь.

    Потому что для Марты нет любви не вовремя. Не вовремя может быть только икота, менструация, смерть или соседка. Но не любовь.

    — Януш Леон Вишневский · книга
12. «

    Сам факт, что ты будешь меня — как и я тебя — целовать, раздевать и трогать, не слишком действовал на моё воображение. Большинство людей делает это одинаково. Настолько стандартно, что можно написать инструкцию.

    Сам факт, что ты будешь меня — как и я тебя — целовать, раздевать и трогать, не слишком действовал на моё воображение. Большинство людей делает это одинаково. Настолько стандартно, что можно написать инструкцию.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Любящие ранимы. Это основа любви. Действительно, на самом деле, как можно мириться с тем, что твой любимый человек, такой близкий и такой для тебя важный, может оказаться таким вероломным, несогласным с тобой, иметь другое мнение, делать совсем не то, что ты от него или от нее ожидала или ожидал. В случае других людей такое может вызвать раздражение или разочарование, но в случае человека любимого — ранит.

    Любящие ранимы. Это основа любви. Действительно, на самом деле, как можно мириться с тем, что твой любимый человек, такой близкий и такой для тебя важный, может оказаться таким вероломным, несогласным с тобой, иметь другое мнение, делать совсем не то, что ты от него или от нее ожидала или ожидал. В случае других людей такое может вызвать раздражение или разочарование, но в случае человека любимого — ранит.

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    Там, в Люксембурге, я впервые понял как важно, чтобы у тебя был кто-то, по кому ты скучаешь...

    Там, в Люксембурге, я впервые понял как важно, чтобы у тебя был кто-то, по кому ты скучаешь...

    — Януш Леон Вишневский · книга
15. «

    Первую любовь не забудешь. Когда мы влюбляемся впервые, мы не можем представить себе, что наша любовь когда-то кончится. Именно в этом и состоит её неповторимое очарование.

    Первую любовь не забудешь. Когда мы влюбляемся впервые, мы не можем представить себе, что наша любовь когда-то кончится. Именно в этом и состоит её неповторимое очарование.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Ненависть, знаете, это ерунда. А вот разлюбить, когда тебя продолжают любить, — вот это сложно. После всех обещаний, что давали друг другу. После тех секретов, которыми делились и днем и ночью. После всего...

    Ненависть, знаете, это ерунда. А вот разлюбить, когда тебя продолжают любить, — вот это сложно. После всех обещаний, что давали друг другу. После тех секретов, которыми делились и днем и ночью. После всего...

    — Януш Леон Вишневский · книга
17. «

    Память — функция времени. Чем больше времени пройдёт с момента какого-нибудь события, тем больше несущественных подробностей начинает затенять само событие, оттесняя истинное его значение на задний план.

    Память — функция времени. Чем больше времени пройдёт с момента какого-нибудь события, тем больше несущественных подробностей начинает затенять само событие, оттесняя истинное его значение на задний план.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    В минуты всепоглощающего страха человек способен возлюбить каждого, кто разделит с ним этот страх. Достаточно быть рядом. Кто бы это не был.

    В минуты всепоглощающего страха человек способен возлюбить каждого, кто разделит с ним этот страх. Достаточно быть рядом. Кто бы это не был.

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Никто и сегодня, по правде говоря, не в состоянии определить момент, когда любовь зарождается и почему у одних она длится долго, а у других — нет. Никто также не знает, от чего она умирает. Нет ответа и на вопрос, почему те, а не другие два человека по собственной воле испытывают любовь друг к другу.

    Никто и сегодня, по правде говоря, не в состоянии определить момент, когда любовь зарождается и почему у одних она длится долго, а у других — нет. Никто также не знает, от чего она умирает. Нет ответа и на вопрос, почему те, а не другие два человека по собственной воле испытывают любовь друг к другу.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Женщины могут причинять нестерпимую боль, а их обещания имеют ограниченный срок действия.

    Женщины могут причинять нестерпимую боль, а их обещания имеют ограниченный срок действия.

    — Януш Леон Вишневский · книга