99 фраз Януша Леона Вишневский: жизненные цитаты для статуса

Януш Леон Вишневский: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 99 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Наши ежедневники пестрят множеством проектов и задач, но всё труднее найти в них место для проекта «любовь».

   Наши ежедневники пестрят множеством проектов и задач, но всё труднее найти в них место для проекта «любовь».

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   «Дорогая, утром не успел пропылесосить квартиру, сделаю вечером. Я люблю тебя», – и умереть после полудня по причине чьего-то фанатизма, ни смысла, ни значения которого ты даже не представляешь, – это до того банально, что даже недостойно смерти. Особенно собственной смерти. Собственная смерть, если вообще о ней думаешь, воспринимается с величайшим почтением. Как нечто уникальное и исключительное. Точно так же, как уникальным и исключительным для каждого является его жизнь. Человек убеждён, что его смерть станет концом света. И не верит, что это будет конец только и исключительно его света. На следующий день снова выйдут газеты, снова опоздают поезда, снова будут пробки на улицах, а в пекарне на углу люди будут покупать свежие булочки. Как ни в чём не бывало…

   «Дорогая, утром не успел пропылесосить квартиру, сделаю вечером. Я люблю тебя», – и умереть после полудня по причине чьего-то фанатизма, ни смысла, ни значения которого ты даже не представляешь, – это до того банально, что даже недостойно смерти. Особенно собственной смерти. Собственная смерть, если вообще о ней думаешь, воспринимается с величайшим почтением. Как нечто уникальное и исключительное. Точно так же, как уникальным и исключительным для каждого является его жизнь. Человек убеждён, что его смерть станет концом света. И не верит, что это будет конец только и исключительно его света. На следующий день снова выйдут газеты, снова опоздают поезда, снова будут пробки на улицах, а в пекарне на углу люди будут покупать свежие булочки. Как ни в чём не бывало…

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   Нет лучшего способа отомстить, чем стереть из памяти.

   Нет лучшего способа отомстить, чем стереть из памяти.

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Злость на самого себя всегда самая сильная, поэтому человек и стремится как можно скорее направить её на кого-то другого.

   Злость на самого себя всегда самая сильная, поэтому человек и стремится как можно скорее направить её на кого-то другого.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Особенно легко на самоубийства идут, когда боль жизни убивает радость жизни.

   Особенно легко на самоубийства идут, когда боль жизни убивает радость жизни.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   Она знает его всего тридцать минут, а уже поймала себя на том, что ревнует его к какой-то женщине.

   Она знает его всего тридцать минут, а уже поймала себя на том, что ревнует его к какой-то женщине.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Грусть, тоска и боль привлекают и искушают. Эти чувства несравненно легче делить с другими, чем счастье.

   Грусть, тоска и боль привлекают и искушают. Эти чувства несравненно легче делить с другими, чем счастье.

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Даже одним словом можно сказать много. Даже если этого слова надо ждать минуту. Некоторым приходится ждать главных слов целую жизнь.

   Даже одним словом можно сказать много. Даже если этого слова надо ждать минуту. Некоторым приходится ждать главных слов целую жизнь.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Мужчина, даже старея, не утрачивает шанс жениться или завести любовницу, если сможет ее обеспечить. Наличие у мужчины денег и обладание властью действует на них, как омолаживающий эликсир. Стареющей женщине, по крайней мере пока, ничто не поможет. Она стареет, и все тут.

   Мужчина, даже старея, не утрачивает шанс жениться или завести любовницу, если сможет ее обеспечить. Наличие у мужчины денег и обладание властью действует на них, как омолаживающий эликсир. Стареющей женщине, по крайней мере пока, ничто не поможет. Она стареет, и все тут.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Мы все по-прежнему ходим друг мимо друга. В чужих городах, на улице, на вокзалах, в аэропортах, парках, на пляжах и в книжных магазинах. И только иногда встречаемся в закутке моих мыслей.

    Мы все по-прежнему ходим друг мимо друга. В чужих городах, на улице, на вокзалах, в аэропортах, парках, на пляжах и в книжных магазинах. И только иногда встречаемся в закутке моих мыслей.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Ведь одиночество — наихудшая разновидность страдания! Разве не потому Господь Бог сотворил мир, что чувствовал себя одиноким? Ладно, пускай он храпит, оставляет грязные носки посреди комнаты, курит в спальне. Но только пусть будет.

    Ведь одиночество — наихудшая разновидность страдания! Разве не потому Господь Бог сотворил мир, что чувствовал себя одиноким? Ладно, пускай он храпит, оставляет грязные носки посреди комнаты, курит в спальне. Но только пусть будет.

    — Януш Леон Вишневский · книга
12. «

    Безответная любовь, знаете, это страшное мучение. Особенно та любовь, которая когда-то была смыслом жизни, а теперь вот сгорела. Умерла. Безвозвратно. Иногда я думаю, что безответная любовь — даже худшее мучение, чем ненависть. Когда ненавидишь, по-настоящему желаешь только одного: чтобы объект твоей ненависти страдал. Жаждешь его страдания в любом виде. Его боли, унижения, валящихся на него несчастий, болезней, а в крайнем, близком к помешательству случае — даже смерти. Ненависть и желание мести, знаете, это чувство очень простое.

    Безответная любовь, знаете, это страшное мучение. Особенно та любовь, которая когда-то была смыслом жизни, а теперь вот сгорела. Умерла. Безвозвратно. Иногда я думаю, что безответная любовь — даже худшее мучение, чем ненависть. Когда ненавидишь, по-настоящему желаешь только одного: чтобы объект твоей ненависти страдал. Жаждешь его страдания в любом виде. Его боли, унижения, валящихся на него несчастий, болезней, а в крайнем, близком к помешательству случае — даже смерти. Ненависть и желание мести, знаете, это чувство очень простое.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Иногда нужно забыть, кто ты, забыть своё имя, часть собственной жизни. Возможно, забыть и не вспоминать до той поры, пока не начнешь скучать по самой себе.

    Иногда нужно забыть, кто ты, забыть своё имя, часть собственной жизни. Возможно, забыть и не вспоминать до той поры, пока не начнешь скучать по самой себе.

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    Я ненавидел утра. Они напоминали мне, что у ночи бывает конец и что нужно вновь как-то справляться со своими мыслями.

    Я ненавидел утра. Они напоминали мне, что у ночи бывает конец и что нужно вновь как-то справляться со своими мыслями.

    — Януш Леон Вишневский · книга
15. «

    Мужской мир творчества и амбиций... женщина может быть всего лишь дополнением — дополнением к сильному мужскому полу.

    Мужской мир творчества и амбиций... женщина может быть всего лишь дополнением — дополнением к сильному мужскому полу.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Им не надо притворяться. И если они платят за твой ужин, то вовсе не для того, чтобы тем самым обеспечить себе право стянуть с тебя трусики.

    Им не надо притворяться. И если они платят за твой ужин, то вовсе не для того, чтобы тем самым обеспечить себе право стянуть с тебя трусики.

    — Януш Леон Вишневский · книга
17. «

    Интернет – это джунгли, и иногда он напоминает мусорную свалку информации. Но порой в нем можно найти подлинные жемчужины.

    Интернет – это джунгли, и иногда он напоминает мусорную свалку информации. Но порой в нем можно найти подлинные жемчужины.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Человеческая память — странная вещь. Она упрямо хранит то, что хочется как можно скорее забыть.

    Человеческая память — странная вещь. Она упрямо хранит то, что хочется как можно скорее забыть.

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Люди богаты тем, что сами вокруг себя создают. Двери ограждают их от того, что им чуждо, и от тех, с кем им не по пути.

    Люди богаты тем, что сами вокруг себя создают. Двери ограждают их от того, что им чуждо, и от тех, с кем им не по пути.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    — А у тебя что кончилось? — спросил он. — Любовь у меня кончилась, а я пытаюсь понять почему... — сказала она тихо, подворачивая слишком длинные рукава мужской рубашки, и сама удивилась своей откровенности. — Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается, — сказал он, спрыгивая на песок. — Когда-нибудь да кончится. По-другому не бывает, иначе мы все поумирали бы. Но важнее любви то, что остается после нее.

    — А у тебя что кончилось? — спросил он. — Любовь у меня кончилась, а я пытаюсь понять почему... — сказала она тихо, подворачивая слишком длинные рукава мужской рубашки, и сама удивилась своей откровенности. — Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается, — сказал он, спрыгивая на песок. — Когда-нибудь да кончится. По-другому не бывает, иначе мы все поумирали бы. Но важнее любви то, что остается после нее.

    — Януш Леон Вишневский · книга