468 известных цитат Януша Леона Вишневского

Ниже 468 цитат Януша Леона Вишневского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если бы я была самкой европейского богомола, то заметила бы, что секс вызывает у меня больше эмоций, если я заранее отгрызу голову моему любовнику. Довольно универсально звучит, не так ли?..

   Если бы я была самкой европейского богомола, то заметила бы, что секс вызывает у меня больше эмоций, если я заранее отгрызу голову моему любовнику. Довольно универсально звучит, не так ли?..

   — Малгожата Домагалик · книга
2. «

   — Что сказал бы Фрейд, если бы выслушал его на своей кушетке в Вене? Он пришёл бы в восторг.

   — Что сказал бы Фрейд, если бы выслушал его на своей кушетке в Вене? Он пришёл бы в восторг.

   — Мартина · книга
3. «

   Никогда еще он не испытывал такой тревоги. Это был не страх, а именно тревога. Сейчас он мог абсолютно точно отличить эти чувства одно от другого. Страх непродолжителен и интенсивен. Как оргазм. Тревога другая. Она охватывает постепенно. И длится.

   Никогда еще он не испытывал такой тревоги. Это был не страх, а именно тревога. Сейчас он мог абсолютно точно отличить эти чувства одно от другого. Страх непродолжителен и интенсивен. Как оргазм. Тревога другая. Она охватывает постепенно. И длится.

   — Бикини · книга
4. «

   ...уныние, скорбь и боль способны убивать точно так же, как вирусы.

   ...уныние, скорбь и боль способны убивать точно так же, как вирусы.

   — Кэндейси Перт · книга
5. «

   Тишины не существует. Где нет пустоты, то есть всюду там, где можно дышать и есть движение, тишины нет.

   Тишины не существует. Где нет пустоты, то есть всюду там, где можно дышать и есть движение, тишины нет.

   — Одиночество в Сети · книга
6. «

   Всегда, когда телефон не звонит, я знаю, что это ты...

   Всегда, когда телефон не звонит, я знаю, что это ты...

   — Мартина · книга
7. «

   Она всегда стелит его, когда надолго уезжает. Чтобы сразу по возвращении почувствовать себя дома. Чтобы хоть что-то напоминало, как она возвращалась к маме. Никто не ждал ее с таким нетерпением, как мама. И никто так не радовался ее возвращению. Поспит на этом белье одну ночь, потом постирает его и спрячет в шкаф. До следующего отъезда. В этой постели спит только она. Пока. Когда-нибудь, может, появится кто-нибудь стоящий и она застелит ее для них обоих. Но это когда-нибудь…

   Она всегда стелит его, когда надолго уезжает. Чтобы сразу по возвращении почувствовать себя дома. Чтобы хоть что-то напоминало, как она возвращалась к маме. Никто не ждал ее с таким нетерпением, как мама. И никто так не радовался ее возвращению. Поспит на этом белье одну ночь, потом постирает его и спрячет в шкаф. До следующего отъезда. В этой постели спит только она. Пока. Когда-нибудь, может, появится кто-нибудь стоящий и она застелит ее для них обоих. Но это когда-нибудь…

   — Постель · книга
8. «

   Я ненавижу сочувствие. Я хочу понимания. Даже если я до боли другая. Проклятая, презираемая, шокирующая, извращенная и первая в очереди на сожжение на костре.

   Я ненавижу сочувствие. Я хочу понимания. Даже если я до боли другая. Проклятая, презираемая, шокирующая, извращенная и первая в очереди на сожжение на костре.

   — Повторение судьбы · книга
9. «

   Через четыре месяца начинаются проблемы со «сниженным фактором желания собственной жены»

   Через четыре месяца начинаются проблемы со «сниженным фактором желания собственной жены»

   — Любовница · книга
10. «

    Биографии, на основе которых нельзя написать захватывающий рассказ, не говоря уж о романе, обычно принадлежат самым счастливым людям.

    Биографии, на основе которых нельзя написать захватывающий рассказ, не говоря уж о романе, обычно принадлежат самым счастливым людям.

    — Повторение судьбы · книга
11. «

    Ты подарил мне нечто, чему трудно даже подобрать название. Расшевелил во мне что-то, о существовании чего я даже не подозревала. Ты — часть моей жизни. И всегда будешь ею. Всегда.

    Ты подарил мне нечто, чему трудно даже подобрать название. Расшевелил во мне что-то, о существовании чего я даже не подозревала. Ты — часть моей жизни. И всегда будешь ею. Всегда.

    — Одиночество в Сети · книга
12. «

    Почему такое случилось с тобой? Почему она умерла? Ведь ангелы же не умирают…

    Почему такое случилось с тобой? Почему она умерла? Ведь ангелы же не умирают…

    — Одиночество в Сети · книга
13. «

    По разным источникам, гены определяют нас и наше поведение только на сорок-шестьдесят процентов. Остальное — воспитание, наше окружение, создающие определенную систему ценностей, наша биография, которая создается в рамках определенного мировоззрения. Я верю, что одна любовь может длиться всю жизнь. При этом вижу её разделенной на четыре фазы (в соответствии с тем, что пишут о ней психологи): сначала libido, влечение, вожделение, потом eros как стремление к высшей форме эротической близости в союзе двух, затем philia, или дружба, и в конце адаре, или соединение во взаимном безусловном желании добра друг для друга. Эти четыре фазы не наступают одна после другой, а перемешиваются друг с другом, создавая своего рода фантом... Проблема состоит в том, что теперь мы — и на СМИ лежит большая доля вины — зациклились на первых двух фазах, редко переходим к третьей и почти никогда не достигаем четвертой. Тем, кому удалось правильно дозировать каждую из фаз, живут друг с другом, как вы это сказали, «до гробовой доски». Очень завидую им..

    По разным источникам, гены определяют нас и наше поведение только на сорок-шестьдесят процентов. Остальное — воспитание, наше окружение, создающие определенную систему ценностей, наша биография, которая создается в рамках определенного мировоззрения. Я верю, что одна любовь может длиться всю жизнь. При этом вижу её разделенной на четыре фазы (в соответствии с тем, что пишут о ней психологи): сначала libido, влечение, вожделение, потом eros как стремление к высшей форме эротической близости в союзе двух, затем philia, или дружба, и в конце адаре, или соединение во взаимном безусловном желании добра друг для друга. Эти четыре фазы не наступают одна после другой, а перемешиваются друг с другом, создавая своего рода фантом... Проблема состоит в том, что теперь мы — и на СМИ лежит большая доля вины — зациклились на первых двух фазах, редко переходим к третьей и почти никогда не достигаем четвертой. Тем, кому удалось правильно дозировать каждую из фаз, живут друг с другом, как вы это сказали, «до гробовой доски». Очень завидую им..

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    Чтобы подавить душевную боль, мне нужно перестать думать и вслушиваться в себя. А вы сами знаете, что это невозможно. Нельзя отключить процесс мышления.

    Чтобы подавить душевную боль, мне нужно перестать думать и вслушиваться в себя. А вы сами знаете, что это невозможно. Нельзя отключить процесс мышления.

    — Неодолимое желание близости · книга
15. «

    В голове у меня бродят такие невероятные мысли, что даже моё подсознание краснеет.

    В голове у меня бродят такие невероятные мысли, что даже моё подсознание краснеет.

    — Одиночество в Сети · книга
16. «

    Можно иметь плюшевого медвежонка, зайчика или щенка. А можно двойную спираль ДНК из плексигласа. Она, конечно, не мягкая, не плюшевая, и её не прижмешь к щеке. Зато в ней — гены.

    Можно иметь плюшевого медвежонка, зайчика или щенка. А можно двойную спираль ДНК из плексигласа. Она, конечно, не мягкая, не плюшевая, и её не прижмешь к щеке. Зато в ней — гены.

    — Одиночество в Сети · книга
17. «

    Любовь — это страсть. Она выводит из равновесия. Нарушает ритм. Отнимает покой. Меняет всё. Переворачивает всё вверх ногами. Выворачивает наизнанку, запад превращает в юг, а север — в восток, меняет местами добро и зло, велит открыть своё сердце, ничего не требуя взамен. В таком помрачении не избежать страданий и страха. Парадоксально, но без них любовь не имеет смысла. В кульминационный момент этого безумия ничто, кроме избранника или избранницы, не имеет значения. Даже собственная смерть...

    Любовь — это страсть. Она выводит из равновесия. Нарушает ритм. Отнимает покой. Меняет всё. Переворачивает всё вверх ногами. Выворачивает наизнанку, запад превращает в юг, а север — в восток, меняет местами добро и зло, велит открыть своё сердце, ничего не требуя взамен. В таком помрачении не избежать страданий и страха. Парадоксально, но без них любовь не имеет смысла. В кульминационный момент этого безумия ничто, кроме избранника или избранницы, не имеет значения. Даже собственная смерть...

    — Зачем нужны мужчины? · книга
18. «

    Трудно продавать эскимосам крем для загара. Даже если это крем самого высшего качества.

    Трудно продавать эскимосам крем для загара. Даже если это крем самого высшего качества.

    — Одиночество в Сети · книга
19. «

    Люди в основном очень печальны и обожают читать истории других людей, ещё более печальных.

    Люди в основном очень печальны и обожают читать истории других людей, ещё более печальных.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Твоя реакция расходует слишком много тепла. Ты слишком многого требуешь и много забираешь. А такого долго не выдержит даже доменная печь. Ты выгораешь. Кроме того, ты подбрасываешь топливо только в одну печь. Смотри, Сердце, ведь вторая у тебя гаснет. Но пока еще теплится. Ещё не поздно. Пока что ты можешь раздуть там огонь.

    Твоя реакция расходует слишком много тепла. Ты слишком многого требуешь и много забираешь. А такого долго не выдержит даже доменная печь. Ты выгораешь. Кроме того, ты подбрасываешь топливо только в одну печь. Смотри, Сердце, ведь вторая у тебя гаснет. Но пока еще теплится. Ещё не поздно. Пока что ты можешь раздуть там огонь.

    — Разум · книга