Януш Леон Вишневский: 683 цитаты на каждый день

Ниже 683 цитаты Януша Леона Вишневского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Кроме его ухаживаний и интереса к ней, а также того, что у неё закружилась голова, ничто их не связывало. Но он вполне мог не знать о том, что у неё закружилась голова...

   Кроме его ухаживаний и интереса к ней, а также того, что у неё закружилась голова, ничто их не связывало. Но он вполне мог не знать о том, что у неё закружилась голова...

   — Одиночество в Сети · книга
2. «

   Просто какое-то время вам кажется, будто Бог о вас забыл, но вдруг вы обнаруживаете, что это неправда.

   Просто какое-то время вам кажется, будто Бог о вас забыл, но вдруг вы обнаруживаете, что это неправда.

   — Сцены из жизни за стеной · книга
3. «

   Есть отличное английское выражение — Less is more. Переводится примерно так: «Лучше меньше, да лучше». Лучше остаться одной, чем задыхаться с кем-то.

   Есть отличное английское выражение — Less is more. Переводится примерно так: «Лучше меньше, да лучше». Лучше остаться одной, чем задыхаться с кем-то.

   — Любовь и другие диссонансы · книга
4. «

   Потому что он верный любовник. У него есть только я и жена. И он верен нам обеим.

   Потому что он верный любовник. У него есть только я и жена. И он верен нам обеим.

   — Любовница · книга
5. «

   Одиночество — хроническая простуда души. Одинокие люди, что доказано, на самом деле часто мёрзнут. Многие из них, вместо того чтобы идти к психиатру, идут к терапевту, они промерзли изнутри, и не согреть их ни одеялом, ни алкоголем. Это своего рода вирус, потому что, стоит им только найти родную душу, все болезни у них проходят в одночасье. Нынче это называется психосоматизмом. Нельзя лечить тело, позабыв о душе, и наоборот.

   Одиночество — хроническая простуда души. Одинокие люди, что доказано, на самом деле часто мёрзнут. Многие из них, вместо того чтобы идти к психиатру, идут к терапевту, они промерзли изнутри, и не согреть их ни одеялом, ни алкоголем. Это своего рода вирус, потому что, стоит им только найти родную душу, все болезни у них проходят в одночасье. Нынче это называется психосоматизмом. Нельзя лечить тело, позабыв о душе, и наоборот.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   <...> можно плакать от печали, оттого что у розы есть шипы, но можно плакать и от радости, что на стеблях с шипами есть розы.

   <...> можно плакать от печали, оттого что у розы есть шипы, но можно плакать и от радости, что на стеблях с шипами есть розы.

   — Любовница · книга
7. «

   Интересно бы знать, не был ли Бог после грибов, когда он мастерил Вселенную?

   Интересно бы знать, не был ли Бог после грибов, когда он мастерил Вселенную?

   — Одиночество в Сети · книга
8. «

   Вернёмся в наш последний день к нашему первому дню.

   Вернёмся в наш последний день к нашему первому дню.

   — Одиночество в Сети · книга
9. «

   Потому что у меня вовсе нет ощущения, будто я с чем-то смирилась. Невозможно смириться с чем то, что тебе необходимо и чего ты жаждешь, верно?

   Потому что у меня вовсе нет ощущения, будто я с чем-то смирилась. Невозможно смириться с чем то, что тебе необходимо и чего ты жаждешь, верно?

   — Любовница · книга
10. «

    Я так тебя люблю, что даже не могу себе представить завтра без тебя...

    Я так тебя люблю, что даже не могу себе представить завтра без тебя...

    — Одиночество в Сети · книга
11. «

    Грусть, тоска и боль привлекают и искушают. Эти чувства несравненно легче делить с другими, чем счастье.

    Грусть, тоска и боль привлекают и искушают. Эти чувства несравненно легче делить с другими, чем счастье.

    — Малгожата Домагалик · книга
12. «

    Он всегда улыбается, когда мы сталкиваемся в лифте. Как-то я спросил его, почему, и он ответил: ''Я влюблен''. Вся прекрасная и правдивая история любви уместилась в этих двух словах, сказанных в лифте между третьим и четвертым этажами.

    Он всегда улыбается, когда мы сталкиваемся в лифте. Как-то я спросил его, почему, и он ответил: ''Я влюблен''. Вся прекрасная и правдивая история любви уместилась в этих двух словах, сказанных в лифте между третьим и четвертым этажами.

    — Сцены из жизни за стеной · книга
13. «

    Он давал всё и ничего не хотел взамен. Совершенно ничего. Никаких обещаний, никаких клятв, что «только он и никто другой». Попросту ничего. Это был единственный ужасный недостаток. Не может быть для женщины большей муки, чем мужчина, который так верен, так любит, такой неповторимый и который не ждет никаких клятв. Он просто существует и дает уверенность, что так будет вечно. Вот только боишься, что вечность эта — без всяких стандартных обетов — будет короткой...

    Он давал всё и ничего не хотел взамен. Совершенно ничего. Никаких обещаний, никаких клятв, что «только он и никто другой». Попросту ничего. Это был единственный ужасный недостаток. Не может быть для женщины большей муки, чем мужчина, который так верен, так любит, такой неповторимый и который не ждет никаких клятв. Он просто существует и дает уверенность, что так будет вечно. Вот только боишься, что вечность эта — без всяких стандартных обетов — будет короткой...

    — Одиночество в Сети · книга
14. «

    Сейчас даже fuck значит не то, что значило когда-то. И по правде сказать, что жаль...

    Сейчас даже fuck значит не то, что значило когда-то. И по правде сказать, что жаль...

    — Одиночество в Сети · книга
15. «

    Из ящика тумбочки он достает помятую тетрадь и записывает свои решения. «Забыть о ней!» Десять раз. Для верности. Он листает страницы тетради, перечитывает обещания прошлого года. «Забыть о ней» — без восклицательного знака и только пять раз...

    Из ящика тумбочки он достает помятую тетрадь и записывает свои решения. «Забыть о ней!» Десять раз. Для верности. Он листает страницы тетради, перечитывает обещания прошлого года. «Забыть о ней» — без восклицательного знака и только пять раз...

    — Интимная теория относительности · книга
16. «

    Не верьте, что мужчины никогда не плачут.

    Не верьте, что мужчины никогда не плачут.

    — Молекулы эмоций · книга
17. «

    Самое важное в этих беседах — паузы, во время которых мы думаем о том, что мгновение назад сказал другой.

    Самое важное в этих беседах — паузы, во время которых мы думаем о том, что мгновение назад сказал другой.

    — Сцены из жизни за стеной · книга
18. «

    Люди богаты тем, что сами вокруг себя создают. Двери ограждают их от того, что им чуждо, и от тех, с кем им не по пути.

    Люди богаты тем, что сами вокруг себя создают. Двери ограждают их от того, что им чуждо, и от тех, с кем им не по пути.

    — Малгожата Домагалик · книга
19. «

    Кладбище Пер-Лашез. Есть много людей, для кого Пер-Лашез — единственная причина посетить Париж. Есть и такие, кто приехал в Париж только ради того, чтобы умереть в нем и быть похороненным на Пер-Лашез, этом разбитом на сектора пантеоне душ. Здесь каждая могила как статья в энциклопедии.

    Кладбище Пер-Лашез. Есть много людей, для кого Пер-Лашез — единственная причина посетить Париж. Есть и такие, кто приехал в Париж только ради того, чтобы умереть в нем и быть похороненным на Пер-Лашез, этом разбитом на сектора пантеоне душ. Здесь каждая могила как статья в энциклопедии.

    — Малгожата Домагалик · книга
20. «

    Франкфурт — это город зараженных эпидемией одиночества людей и повсеместного доступа к микроволновкам и Интернету.

    Франкфурт — это город зараженных эпидемией одиночества людей и повсеместного доступа к микроволновкам и Интернету.

    — Сцены из жизни за стеной · книга