Юнна Мориц: 12 цитат на каждый день

Юнна Мориц — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 12 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Всё будет хорошо, – и даже то, что плохо. Унынья грех тяжёл, стирает в порошок Унынья суета, унынья суматоха, Унынья глянец, блеск, нахальство и страшок.

   Всё будет хорошо, – и даже то, что плохо. Унынья грех тяжёл, стирает в порошок Унынья суета, унынья суматоха, Унынья глянец, блеск, нахальство и страшок.
2. «

   В приличном обществе, которое свободно?… В приличном обществе бомбёжек и блокад, Переворотов, упакованных в плакат Свободы — разгромить кого угодно?

   В приличном обществе, которое свободно?… В приличном обществе бомбёжек и блокад, Переворотов, упакованных в плакат Свободы — разгромить кого угодно?
3. «

   Захар Прилепин великолепен, он «идёт на вы!»... <...> Возмущенцы желают ему погибели, чтобы дети Прилепина получили его в «белом рефрижираторе», именно эти отклики собирает, организует, реализует коллективное русофобище... <...> ...желают смерти, — за что?... За то, что батальоны добровольцев сражаться будут за Донбасс, за всех за нас? Сражаться с теми, кто Россию ненавидит фашизменно, бандеровски, — нельзя?... Сдаваться надо, чтоб зачистили под корень, как возмечтали санитары-«либералы»? Скопиться и хотеть, чтоб на Донбассе угробили Прилепина? А хрен вот! Пускай там будут батальоны добровольцев, тогда каратели вернутся на свой майдан!

   Захар Прилепин великолепен, он «идёт на вы!»... <...> Возмущенцы желают ему погибели, чтобы дети Прилепина получили его в «белом рефрижираторе», именно эти отклики собирает, организует, реализует коллективное русофобище... <...> ...желают смерти, — за что?... За то, что батальоны добровольцев сражаться будут за Донбасс, за всех за нас? Сражаться с теми, кто Россию ненавидит фашизменно, бандеровски, — нельзя?... Сдаваться надо, чтоб зачистили под корень, как возмечтали санитары-«либералы»? Скопиться и хотеть, чтоб на Донбассе угробили Прилепина? А хрен вот! Пускай там будут батальоны добровольцев, тогда каратели вернутся на свой майдан!
4. «

   История России не ужасней Истории таких чудесных стран, Которые планету кормят басней, Что вся Россия — изверг и тиран, Отброс на историческом погосте, Урод в семье красавцев мировых!.. А сами-то красавцы в кровохлёсте Бомбят и грабят мертвых и живых.

   История России не ужасней Истории таких чудесных стран, Которые планету кормят басней, Что вся Россия — изверг и тиран, Отброс на историческом погосте, Урод в семье красавцев мировых!.. А сами-то красавцы в кровохлёсте Бомбят и грабят мертвых и живых.

   — Сквозеро · книга
5. «

   На Трафальгарской площади ночной Крылатый мусор реет за спиной. Обнимемся на каменной скамейке, - Ты больше здесь не встретишься со мной. Кровь от любви становится лазурной.

   На Трафальгарской площади ночной Крылатый мусор реет за спиной. Обнимемся на каменной скамейке, - Ты больше здесь не встретишься со мной. Кровь от любви становится лазурной.
6. «

   Влюбиться — пара пустяков: Осенний свет из облаков, Жар-птице двадцать тысяч лет, И за углом — кофейня. Четыре или пять шагов - И нет врагов, и нет долгов, И молод в сорок тысяч лет, И за углом — кофейня. <...> О чём поет, переведи, Эстонка с хрипотцой в груди. Ужель сошелся клином свет И за углом — кофейня? Ты наклоняешься вперёд, И твой подстрочник, нет, не врёт, В нём этот свет, а также тот, И там, и тут — кофейня. <...> Влюбиться — пара пустяков, Разбиться — пара пустяков: Нырнул на сорок тысяч лет,- И за углом — кофейня, Да в небесах — альпийский луг, Да золотой воздушный плуг, Да сносу нет, да спросу нет, Да за углом — кофейня!

   Влюбиться — пара пустяков: Осенний свет из облаков, Жар-птице двадцать тысяч лет, И за углом — кофейня. Четыре или пять шагов - И нет врагов, и нет долгов, И молод в сорок тысяч лет, И за углом — кофейня. <...> О чём поет, переведи, Эстонка с хрипотцой в груди. Ужель сошелся клином свет И за углом — кофейня? Ты наклоняешься вперёд, И твой подстрочник, нет, не врёт, В нём этот свет, а также тот, И там, и тут — кофейня. <...> Влюбиться — пара пустяков, Разбиться — пара пустяков: Нырнул на сорок тысяч лет,- И за углом — кофейня, Да в небесах — альпийский луг, Да золотой воздушный плуг, Да сносу нет, да спросу нет, Да за углом — кофейня!
7. «

   Я санкций жду — за то, что всем народом Дышать мы продолжаем кислородом!.. За всё, что милость мне дала Господня, Я санкций жду от запада сегодня, - За солнце, за луну, за всё подряд Я санкций жду от западных ребят.

   Я санкций жду — за то, что всем народом Дышать мы продолжаем кислородом!.. За всё, что милость мне дала Господня, Я санкций жду от запада сегодня, - За солнце, за луну, за всё подряд Я санкций жду от западных ребят.
8. «

   Папе весело, весело с нами, Он устроил каникулы маме, Мы устроили папе цунами, Ураган, кувыркательный пляс — И хохочет он всеми ногами, И хохочет он всеми руками, И хохочет он всеми боками, И не хочет воспитывать нас!

   Папе весело, весело с нами, Он устроил каникулы маме, Мы устроили папе цунами, Ураган, кувыркательный пляс — И хохочет он всеми ногами, И хохочет он всеми руками, И хохочет он всеми боками, И не хочет воспитывать нас!
9. «

   Когда мы были молодые И чушь прекрасную несли, Фонтаны били голубые И розы красные росли.

   Когда мы были молодые И чушь прекрасную несли, Фонтаны били голубые И розы красные росли.
10. «

    Никогда не думайте о худшем, Думанье о худшем — порча, сглаз. Думая о худшем, нахлобучим Худшее, оно — подобно тучам, Где тревог навязчивых запас, Наших страхов сборище получим! Худшее таким путем летучим Нас находит, думая о нас.

    Никогда не думайте о худшем, Думанье о худшем — порча, сглаз. Думая о худшем, нахлобучим Худшее, оно — подобно тучам, Где тревог навязчивых запас, Наших страхов сборище получим! Худшее таким путем летучим Нас находит, думая о нас.
11. «

    Терпенье – это не синоним робости, Терпенье наше – сказочный приём: Мы наизнанку выворачиваем пропасти, Из них выходим – и своё берём.

    Терпенье – это не синоним робости, Терпенье наше – сказочный приём: Мы наизнанку выворачиваем пропасти, Из них выходим – и своё берём.
12. «

    Дрожащие губы и скрежет плаща - друг другу не любы мы больше. Прощай!

    Дрожащие губы и скрежет плаща - друг другу не любы мы больше. Прощай!