26 цитат Юнны Морица — подборка на все случаи

Юнна Мориц — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 26 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я санкций жду — за то, что всем народом Дышать мы продолжаем кислородом!.. За всё, что милость мне дала Господня, Я санкций жду от запада сегодня, - За солнце, за луну, за всё подряд Я санкций жду от западных ребят.

   Я санкций жду — за то, что всем народом Дышать мы продолжаем кислородом!.. За всё, что милость мне дала Господня, Я санкций жду от запада сегодня, - За солнце, за луну, за всё подряд Я санкций жду от западных ребят.
2. «

   А гуманные страны ГОВНАТО В это время бомбили Белград На потребу ковбойского брата, Был который большой демократ. <...> А гуманные страны ГОВНАТО Объявили изгоем страну Этих сербов, С высот демократа В ширину их бомбя и в длину.

   А гуманные страны ГОВНАТО В это время бомбили Белград На потребу ковбойского брата, Был который большой демократ. <...> А гуманные страны ГОВНАТО Объявили изгоем страну Этих сербов, С высот демократа В ширину их бомбя и в длину.
3. «

   Влюбиться — пара пустяков: Осенний свет из облаков, Жар-птице двадцать тысяч лет, И за углом — кофейня. Четыре или пять шагов - И нет врагов, и нет долгов, И молод в сорок тысяч лет, И за углом — кофейня. <...> О чём поет, переведи, Эстонка с хрипотцой в груди. Ужель сошелся клином свет И за углом — кофейня? Ты наклоняешься вперёд, И твой подстрочник, нет, не врёт, В нём этот свет, а также тот, И там, и тут — кофейня. <...> Влюбиться — пара пустяков, Разбиться — пара пустяков: Нырнул на сорок тысяч лет,- И за углом — кофейня, Да в небесах — альпийский луг, Да золотой воздушный плуг, Да сносу нет, да спросу нет, Да за углом — кофейня!

   Влюбиться — пара пустяков: Осенний свет из облаков, Жар-птице двадцать тысяч лет, И за углом — кофейня. Четыре или пять шагов - И нет врагов, и нет долгов, И молод в сорок тысяч лет, И за углом — кофейня. <...> О чём поет, переведи, Эстонка с хрипотцой в груди. Ужель сошелся клином свет И за углом — кофейня? Ты наклоняешься вперёд, И твой подстрочник, нет, не врёт, В нём этот свет, а также тот, И там, и тут — кофейня. <...> Влюбиться — пара пустяков, Разбиться — пара пустяков: Нырнул на сорок тысяч лет,- И за углом — кофейня, Да в небесах — альпийский луг, Да золотой воздушный плуг, Да сносу нет, да спросу нет, Да за углом — кофейня!
4. «

   Папе весело, весело с нами, Он устроил каникулы маме, Мы устроили папе цунами, Ураган, кувыркательный пляс — И хохочет он всеми ногами, И хохочет он всеми руками, И хохочет он всеми боками, И не хочет воспитывать нас!

   Папе весело, весело с нами, Он устроил каникулы маме, Мы устроили папе цунами, Ураган, кувыркательный пляс — И хохочет он всеми ногами, И хохочет он всеми руками, И хохочет он всеми боками, И не хочет воспитывать нас!
5. «

   Какая тонкая работа - Счастливым сделать хоть кого-то, Цветок удачи принести, От одиночества спасти, А самому потом тихонечко уйти...

   Какая тонкая работа - Счастливым сделать хоть кого-то, Цветок удачи принести, От одиночества спасти, А самому потом тихонечко уйти...
6. «

   Что такое настроенье? Это – птичка, это – пенье В глубине твоей души. Нос расквасив и колени, Быть несчастным не спеши, А на птичку подыши, – Подыши на эту птичку В глубине твоей души!

   Что такое настроенье? Это – птичка, это – пенье В глубине твоей души. Нос расквасив и колени, Быть несчастным не спеши, А на птичку подыши, – Подыши на эту птичку В глубине твоей души!
7. «

   Диктатура либералов, тирания либералов, Озверели комиссары либеральных идеалов, – Что-то в зверстве либералов есть от беломор-каналов, Что-то в зверстве либералов есть от пыточных подвалов.

   Диктатура либералов, тирания либералов, Озверели комиссары либеральных идеалов, – Что-то в зверстве либералов есть от беломор-каналов, Что-то в зверстве либералов есть от пыточных подвалов.
8. «

   Терпенье – это не синоним робости, Терпенье наше – сказочный приём: Мы наизнанку выворачиваем пропасти, Из них выходим – и своё берём.

   Терпенье – это не синоним робости, Терпенье наше – сказочный приём: Мы наизнанку выворачиваем пропасти, Из них выходим – и своё берём.
9. «

   Дрожащие губы и скрежет плаща - друг другу не любы мы больше. Прощай!

   Дрожащие губы и скрежет плаща - друг другу не любы мы больше. Прощай!
10. «

    Имейте совесть — это роскоши предмет, Имейте совесть — вот прекрасное именье! Мне отключали воду, газ и свет, А совесть — никогда, ни на мгновенье.

    Имейте совесть — это роскоши предмет, Имейте совесть — вот прекрасное именье! Мне отключали воду, газ и свет, А совесть — никогда, ни на мгновенье.

    — Сквозеро · книга
11. «

    Запах пены морской и горящей листвы, И цыганские взоры ворон привокзальных. Это осень, мой друг! Это волны молвы О вещах шерстяных и простудах банальных.

    Запах пены морской и горящей листвы, И цыганские взоры ворон привокзальных. Это осень, мой друг! Это волны молвы О вещах шерстяных и простудах банальных.
12. «

    На Трафальгарской площади ночной Крылатый мусор реет за спиной. Обнимемся на каменной скамейке, - Ты больше здесь не встретишься со мной. Кровь от любви становится лазурной.

    На Трафальгарской площади ночной Крылатый мусор реет за спиной. Обнимемся на каменной скамейке, - Ты больше здесь не встретишься со мной. Кровь от любви становится лазурной.
13. «

    Ни у кого не спрашивай: — Когда? - Никто не знает, как длинна дорога От первого двустишья до второго, Тем более — до страшного суда.

    Ни у кого не спрашивай: — Когда? - Никто не знает, как длинна дорога От первого двустишья до второго, Тем более — до страшного суда.
14. «

    Мерцают звёздные шары, Отара чёрная с горы В долину плодную стекает, И кто-то прутиком стегает Ягнят ленивых и овец. Уходят прочь певец и чтец, Щеколду сторож задвигает В эстраде, в опере. Конец Отрезка. Ни толпы, ни треска. Темно. Задвинута железка. А я, как в детстве, жду довеска С небес, где виден продавец И золотая хлеборезка.

    Мерцают звёздные шары, Отара чёрная с горы В долину плодную стекает, И кто-то прутиком стегает Ягнят ленивых и овец. Уходят прочь певец и чтец, Щеколду сторож задвигает В эстраде, в опере. Конец Отрезка. Ни толпы, ни треска. Темно. Задвинута железка. А я, как в детстве, жду довеска С небес, где виден продавец И золотая хлеборезка.
15. «

    Мы потеряли букву ять и это пережили... Ходите в Африку гулять, чтоб с вами львы дружили.

    Мы потеряли букву ять и это пережили... Ходите в Африку гулять, чтоб с вами львы дружили.
16. «

    Ручное кормление — это страшная сила, Искусство власти, влюблённой в своё нутро. Не приручайся, дико живи, красиво, - Не превращайся в блюдо, в сафьян, в шевро!

    Ручное кормление — это страшная сила, Искусство власти, влюблённой в своё нутро. Не приручайся, дико живи, красиво, - Не превращайся в блюдо, в сафьян, в шевро!

    — Сквозеро · книга
17. «

    Нам никуда не надо прорываться. Главное, — нам жить так, чтобы к нам никто не прорвался. А если говорить о тех, которые к нам прорвались и думают порвать страну... Надо сделать так, чтобы они прорвались обратно и стали «поравалитиками». От слов «пора валить». Есть такое народное слово – «поравалитики». Русский фольклор – страшная сила, вооруженные силы слов. «Поравалитики» — вот как называет народ капитулянтов и паникеров.

    Нам никуда не надо прорываться. Главное, — нам жить так, чтобы к нам никто не прорвался. А если говорить о тех, которые к нам прорвались и думают порвать страну... Надо сделать так, чтобы они прорвались обратно и стали «поравалитиками». От слов «пора валить». Есть такое народное слово – «поравалитики». Русский фольклор – страшная сила, вооруженные силы слов. «Поравалитики» — вот как называет народ капитулянтов и паникеров.
18. «

    Никогда не думайте о худшем, Думанье о худшем — порча, сглаз. Думая о худшем, нахлобучим Худшее, оно — подобно тучам, Где тревог навязчивых запас, Наших страхов сборище получим! Худшее таким путем летучим Нас находит, думая о нас.

    Никогда не думайте о худшем, Думанье о худшем — порча, сглаз. Думая о худшем, нахлобучим Худшее, оно — подобно тучам, Где тревог навязчивых запас, Наших страхов сборище получим! Худшее таким путем летучим Нас находит, думая о нас.
19. «

    История России не ужасней Истории таких чудесных стран, Которые планету кормят басней, Что вся Россия — изверг и тиран, Отброс на историческом погосте, Урод в семье красавцев мировых!.. А сами-то красавцы в кровохлёсте Бомбят и грабят мертвых и живых.

    История России не ужасней Истории таких чудесных стран, Которые планету кормят басней, Что вся Россия — изверг и тиран, Отброс на историческом погосте, Урод в семье красавцев мировых!.. А сами-то красавцы в кровохлёсте Бомбят и грабят мертвых и живых.

    — Сквозеро · книга
20. «

    Умчалась бы я за тобой в города, В пампасы и в прерии, в кое-куда... Но сколько селёдок, морковок, петрушек Кудыкнут: — Куда ты??? — Нет, я никуда...

    Умчалась бы я за тобой в города, В пампасы и в прерии, в кое-куда... Но сколько селёдок, морковок, петрушек Кудыкнут: — Куда ты??? — Нет, я никуда...