21 лучших цитата — Юрий Бондарев

Ниже 21 цитата Юрого Бондарева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Фамилия? Не нужна фамилия. Он сам забыл ее!..

   Фамилия? Не нужна фамилия. Он сам забыл ее!..

   — Орлов · книга
2. «

   Почему люди поклоняются талантам и хотят унизить их одновременно?

   Почему люди поклоняются талантам и хотят унизить их одновременно?

   — Игра · книга
3. «

   Мы просто не знаем, где истина... Променяли на модный галстук и модную юбчонку с иностранной наклейкой на заднице.

   Мы просто не знаем, где истина... Променяли на модный галстук и модную юбчонку с иностранной наклейкой на заднице.

   — Игра · книга
4. «

   Война — это дерьмо, дерьмо без всяких интеллигентских философий!

   Война — это дерьмо, дерьмо без всяких интеллигентских философий!

   — Лота Титтель · книга
5. «

   «Потом» не бывает. В настоящем рождается будущее.

   «Потом» не бывает. В настоящем рождается будущее.
6. «

   С начальством спорить — плевать против ветра.

   С начальством спорить — плевать против ветра.

   — Константин Корабельников · книга
7. «

   Что касается дураков, <...> то надо вырабатывать в себе дуракоустойчивость. Или, пожалуй, считаться с ними, ввиду их численного превосходства.

   Что касается дураков, <...> то надо вырабатывать в себе дуракоустойчивость. Или, пожалуй, считаться с ними, ввиду их численного превосходства.

   — Александр Георгиевич Лопатин · книга
8. «

   Война – это игра, начатая еще с детства. Люди жестоки с пеленок. Разве вы не замечали, господин генерал, как возбуждаются, как блестят глаза у подростков при виде городского пожара? При виде любого бедствия. Слабенькие люди утверждаются насилием, когда чувствуют себя богами, когда разрушают… Это парадокс, это чудовищно, но это так.

   Война – это игра, начатая еще с детства. Люди жестоки с пеленок. Разве вы не замечали, господин генерал, как возбуждаются, как блестят глаза у подростков при виде городского пожара? При виде любого бедствия. Слабенькие люди утверждаются насилием, когда чувствуют себя богами, когда разрушают… Это парадокс, это чудовищно, но это так.

   — Горячий снег · книга
9. «

   ... Я солдат, и назначение на любой пост для меня – приказ.

   ... Я солдат, и назначение на любой пост для меня – приказ.

   — Горячий снег · книга
10. «

    Вся жизнь — бесконечный выбор. Каждый день — от выбора утром каши и галстука до выбора целого вечера — с какой женщиной встретиться, куда пойти, каким образом убить проклятое время. Все совершается после выбора: любовь, война, убийство. В последние годы я часто думаю, что управляет нашим выбором при жизни? Но кто знает, есть ли выбор после смерти? Ад? Рай? Сон? Что там будет за краем?

    Вся жизнь — бесконечный выбор. Каждый день — от выбора утром каши и галстука до выбора целого вечера — с какой женщиной встретиться, куда пойти, каким образом убить проклятое время. Все совершается после выбора: любовь, война, убийство. В последние годы я часто думаю, что управляет нашим выбором при жизни? Но кто знает, есть ли выбор после смерти? Ад? Рай? Сон? Что там будет за краем?

    — Выбор · книга
11. «

    Люди никогда не узнают друг друга до дна, даже примерные супруги, прожив вместе общую жизнь.

    Люди никогда не узнают друг друга до дна, даже примерные супруги, прожив вместе общую жизнь.

    — Илья Рамзин · книга
12. «

    Как говорят французы, никто не знает, зачем людям правда, но все знают, зачем ложь.

    Как говорят французы, никто не знает, зачем людям правда, но все знают, зачем ложь.

    — Илья Рамзин · книга
13. «

    За неуспех и успех на войне надо платить кровью, ибо другой платы нет.

    За неуспех и успех на войне надо платить кровью, ибо другой платы нет.

    — Горячий снег · книга
14. «

    Всякое предательство – это духовная смерть.

    Всякое предательство – это духовная смерть.

    — Горячий снег · книга
15. «

    В войну погиб цвет народа. В живых из лучших сохранились немногие. А дети не стали лучше отцов, хотя нельзя осуждать какое-либо поколение целиком. Вот, может быть, поэтому теперь и мало кто рискует броситься грудью на амбразуру, защищая свою и чужую честь...

    В войну погиб цвет народа. В живых из лучших сохранились немногие. А дети не стали лучше отцов, хотя нельзя осуждать какое-либо поколение целиком. Вот, может быть, поэтому теперь и мало кто рискует броситься грудью на амбразуру, защищая свою и чужую честь...

    — Игра · книга
16. «

    Подлость живуча. Подлость вооружена. Две тысячи лет зло вырабатывало приемы коварства, хитрости. Мимикрии. А добро наивно, в детском чистом возрасте. Всегда. В детских коротких штанишках. Безоружно, кроме самого добра… Не-ет, добро должно быть злым. Иначе его задавит подлость. Да, злым!

    Подлость живуча. Подлость вооружена. Две тысячи лет зло вырабатывало приемы коварства, хитрости. Мимикрии. А добро наивно, в детском чистом возрасте. Всегда. В детских коротких штанишках. Безоружно, кроме самого добра… Не-ет, добро должно быть злым. Иначе его задавит подлость. Да, злым!

    — Тишина · книга
17. «

    Только в первом бою все пули летят мимо. Потом — рядом гибель других, и круг суживается…

    Только в первом бою все пули летят мимо. Потом — рядом гибель других, и круг суживается…

    — Тишина · книга
18. «

    Жизнь бьет ключом. И все по головке. Все норовит по головке. Нда, стальную головенку нужно иметь.

    Жизнь бьет ключом. И все по головке. Все норовит по головке. Нда, стальную головенку нужно иметь.

    — Константин Корабельников · книга
19. «

    — Но свобода одного всегда ограничена свободой другого. Наивысшей свободы быть не может. Не так ли? — Так. Это нравственное ограничение, которое рождает уважение человека к человеку.

    — Но свобода одного всегда ограничена свободой другого. Наивысшей свободы быть не может. Не так ли? — Так. Это нравственное ограничение, которое рождает уважение человека к человеку.

    — Дицман · книга
20. «

    Понятие «война» всегда вызывает чувства, далёкие от свободолюбия и человеколюбия.

    Понятие «война» всегда вызывает чувства, далёкие от свободолюбия и человеколюбия.