16 лучших цитат — Юрий Герман

Юрий Герман — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 16 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Людям надо говорить правду, они от этого становятся лучше.

   Людям надо говорить правду, они от этого становятся лучше.

   — Александр Маркович Левин · книга
2. «

   Крепость! Что — крепость? Человек — вот крепость истинная, непоборимая. Человек!

   Крепость! Что — крепость? Человек — вот крепость истинная, непоборимая. Человек!

   — Сильвестр Петрович Иевлев · книга
3. «

   ... Венцлов вдруг со скукой вспомнил, что в какой-то антинацистской эмигрантской газете читал, будто нацистская забота о чистоте породы есть религия скотов, научившихся понимать рассуждения скотоводов.

   ... Венцлов вдруг со скукой вспомнил, что в какой-то антинацистской эмигрантской газете читал, будто нацистская забота о чистоте породы есть религия скотов, научившихся понимать рассуждения скотоводов.

   — Венцлов · книга
4. «

   ...работаем — никто не видит, а выпьем — всякому видно.

   ...работаем — никто не видит, а выпьем — всякому видно.

   — Россия Молодая · книга
5. «

   Можно пробыть с человеком один час, и притом на людях, можно не сказать с этим человеком ни единого слова и всегда думать, что потерял единственное свое счастье.

   Можно пробыть с человеком один час, и притом на людях, можно не сказать с этим человеком ни единого слова и всегда думать, что потерял единственное свое счастье.

   — Наши знакомые · книга
6. «

   Война есть война, и если они позволили себе фашизм, то мы позволим себе этот фашизм уничтожить.

   Война есть война, и если они позволили себе фашизм, то мы позволим себе этот фашизм уничтожить.

   — Александр Маркович Левин · книга
7. «

   ...мыслям не скомандуешь, чтобы они не приставали.

   ...мыслям не скомандуешь, чтобы они не приставали.

   — Владимир Устименко · книга
8. «

   Нет такого подлеца, который бы, совершая подлость, не говорил, что это ради детей. К черту детей! А если речь идет о детях, то извольте думать не только о своих.

   Нет такого подлеца, который бы, совершая подлость, не говорил, что это ради детей. К черту детей! А если речь идет о детях, то извольте думать не только о своих.

   — Россия Молодая · книга
9. «

   Смысл человеческого существования состоит в самой высокой требовательности к самому себе.

   Смысл человеческого существования состоит в самой высокой требовательности к самому себе.

   — Владимир Устименко · книга
10. «

    Если ты полюбишь... то узнаешь, какая это мука. Будешь жить с клином, забитым в душу, и делать при этом веселое лицо.

    Если ты полюбишь... то узнаешь, какая это мука. Будешь жить с клином, забитым в душу, и делать при этом веселое лицо.

    — Владимир Устименко · книга
11. «

    Жалует царь, да не жалует псарь. Слыхивал такое? А то еще говорят на Руси — царские милости в боярское решето сеются…

    Жалует царь, да не жалует псарь. Слыхивал такое? А то еще говорят на Руси — царские милости в боярское решето сеются…

    — Сильвестр Петрович Иевлев · книга
12. «

    Каждый человек стоит на поверку ровно столько, сколько он действительно создал, минус его тщеславие.

    Каждый человек стоит на поверку ровно столько, сколько он действительно создал, минус его тщеславие.

    — Полунин · книга
13. «

    И это я всегда вспоминаю при слове «Родина». Оно для меня — это слово — не географическое понятие и даже не моральное, а вот такое — я влюблен, поют знаменитые курские соловьи, мне девятнадцать лет, и я ее проводил первый раз в жизни.

    И это я всегда вспоминаю при слове «Родина». Оно для меня — это слово — не географическое понятие и даже не моральное, а вот такое — я влюблен, поют знаменитые курские соловьи, мне девятнадцать лет, и я ее проводил первый раз в жизни.

    — Константин Цветков · книга
14. «

    С мыслей пошлин не берут!

    С мыслей пошлин не берут!

    — Иван Рябов · книга
15. «

    Идиотов не сеют и не жнут.

    Идиотов не сеют и не жнут.

    — Владимир Устименко · книга
16. «

    Все горести от гордости, от почтительного отношения к собственному «я». А ведь если есть любовь, то «я» превращается в «мы» и обижаться можно только за это «мы», а нисколько не за «я».

    Все горести от гордости, от почтительного отношения к собственному «я». А ведь если есть любовь, то «я» превращается в «мы» и обижаться можно только за это «мы», а нисколько не за «я».

    — Варвара Степанова · книга