216 афоризмов Юрого Никитина

Подборка из 216 цитат Юрого Никитина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   За всю историю войн ни один американец не бросился на амбразуру, не направил горящий самолет на колонну танков, не застрелился, чтобы не попасть в позорный плен! А у нас так поступали сотни и тысячи простых солдат и офицеров.

   За всю историю войн ни один американец не бросился на амбразуру, не направил горящий самолет на колонну танков, не застрелился, чтобы не попасть в позорный плен! А у нас так поступали сотни и тысячи простых солдат и офицеров.

   — Забайкалов · книга
2. «

   Как только в руки попадает телекамера, всяк норовит сам втиснуться в поле съемки. Вчера журналист брал интервью у военного министра, так за пятнадцать минут министра показал в течение... минуты! А все остальное время — себя, любимого, умного, вальяжного, красивого.

   Как только в руки попадает телекамера, всяк норовит сам втиснуться в поле съемки. Вчера журналист брал интервью у военного министра, так за пятнадцать минут министра показал в течение... минуты! А все остальное время — себя, любимого, умного, вальяжного, красивого.

   — Коломиец · книга
3. «

   Он просто привык давать сдачи. Конечно, по своей подозрительности — заранее.

   Он просто привык давать сдачи. Конечно, по своей подозрительности — заранее.

   — Трое и боги · книга
4. «

   Крикуны на кухне — пустоцветы.

   Крикуны на кухне — пустоцветы.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
5. «

   Пусть моется тот, кому лень чесаться.

   Пусть моется тот, кому лень чесаться.

   — Таргитай · книга
6. «

   Спесь никого не украшает.

   Спесь никого не украшает.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
7. «

   При нашествии врага всякий становится воином.

   При нашествии врага всякий становится воином.

   — Ратша · книга
8. «

   Восемнадцатилетний считает, что самый лучший возраст — это восемнадцать лет, а тридцатилетний — его тридцать.

   Восемнадцатилетний считает, что самый лучший возраст — это восемнадцать лет, а тридцатилетний — его тридцать.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
9. «

   Не только в политике хватает людей, которые в своем раздражающем стремлении к полному доминированию быстро теряют чувство реальности. Хуже того, не понимают, что сами они не самые идеальные существа на свете.

   Не только в политике хватает людей, которые в своем раздражающем стремлении к полному доминированию быстро теряют чувство реальности. Хуже того, не понимают, что сами они не самые идеальные существа на свете.

   — Виктор Александрович Никольский · книга
10. «

    Эпоха великих бедствий порождает великих героев.

    Эпоха великих бедствий порождает великих героев.

    — Барвник · книга
11. «

    Очень часто и сам замечаю, что лучший кусок так и тянет отдать собаке, какие у нее глаза, это ж подавиться можно, если не отдать, смотрит молча, с укором: ты большой, а я маленькая, вот сижу и смотрю на тебя, а тебе не стыдно?

    Очень часто и сам замечаю, что лучший кусок так и тянет отдать собаке, какие у нее глаза, это ж подавиться можно, если не отдать, смотрит молча, с укором: ты большой, а я маленькая, вот сижу и смотрю на тебя, а тебе не стыдно?

    — Владимир Спивак · книга
12. «

    Если будем делать только то, что лучше, кто сделает нужное?

    Если будем делать только то, что лучше, кто сделает нужное?

    — Иггельд · книга
13. «

    Помните, промедление с лёгким делом превращает его в трудное, а промедление с трудным превращает в невозможное!

    Помните, промедление с лёгким делом превращает его в трудное, а промедление с трудным превращает в невозможное!

    — Бадри · книга
14. «

    Христианская мораль прижилась, потому что ориентируется на слабых, убогих, немощных. Если честно, каждый из нас в какие-то минуты чувствует себя слабым, неспособным постоять за себя, дать в зубы обидчику... И тогда на помощь приходит спасительная формула, что надо прощать врагов, что надо смиренно переносить удары судьбы, не роптать, ибо кто страдал в этой жизни, тот будет вознагражден в загробной. А кто вас пинал в этой жизни, тому ох как дадут черти вилами на том свете!

    Христианская мораль прижилась, потому что ориентируется на слабых, убогих, немощных. Если честно, каждый из нас в какие-то минуты чувствует себя слабым, неспособным постоять за себя, дать в зубы обидчику... И тогда на помощь приходит спасительная формула, что надо прощать врагов, что надо смиренно переносить удары судьбы, не роптать, ибо кто страдал в этой жизни, тот будет вознагражден в загробной. А кто вас пинал в этой жизни, тому ох как дадут черти вилами на том свете!

    — Виктор Александрович Никольский · книга
15. «

    В США психоаналитики стали тем же, чем были красные комиссары в Советской России.

    В США психоаналитики стали тем же, чем были красные комиссары в Советской России.

    — Стоун (командующий флотом) · книга
16. «

    Во главу угла — результат.

    Во главу угла — результат.

    — Дмитрий · книга
17. «

    Уши оборвали, когда первый раз к меду тащили. А хвоста лишился, когда от меда оттаскивали.

    Уши оборвали, когда первый раз к меду тащили. А хвоста лишился, когда от меда оттаскивали.

    — Ольха · книга
18. «

    Лев Толстой, которому предложили одну из первых Нобелевских премий, с презрением отказался. Такие гиганты, как Камю, отказывались и потом.

    Лев Толстой, которому предложили одну из первых Нобелевских премий, с презрением отказался. Такие гиганты, как Камю, отказывались и потом.

    — Виктор Александрович Никольский · книга
19. «

    Как же нам нужны те, кто осмеливается не уживаться в дерьмовом мире, а пытается сделать его лучше!

    Как же нам нужны те, кто осмеливается не уживаться в дерьмовом мире, а пытается сделать его лучше!

    — Виктор Александрович Никольский · книга
20. «

    Кто знает… Всегда придумывает новое. В прошлый раз подвесил одного на дереве… за какое место подвесил, сам понимаешь. Выламывал зубы. Когда зубов не осталось, разжег костер и медленно выжигал глаза. Жаловался, что глаз меньше, чем зубов… Потом разбивал кости на пальцах, а отрубывал потом…

    Кто знает… Всегда придумывает новое. В прошлый раз подвесил одного на дереве… за какое место подвесил, сам понимаешь. Выламывал зубы. Когда зубов не осталось, разжег костер и медленно выжигал глаза. Жаловался, что глаз меньше, чем зубов… Потом разбивал кости на пальцах, а отрубывал потом…

    — Олег · книга