17 цитат от Юрого Вяземского

Подборка из 17 цитат Юрого Вяземского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   На старом сливовом дереве в цвету южная ветвь так же обладает весной, как и северная.

   На старом сливовом дереве в цвету южная ветвь так же обладает весной, как и северная.

   — Шут · книга
2. «

   Глупый человек однажды уронил свой меч за борт и тщательно пометил борт, чтобы показать капитану, где следует искать, не понимая, что корабль движется.

   Глупый человек однажды уронил свой меч за борт и тщательно пометил борт, чтобы показать капитану, где следует искать, не понимая, что корабль движется.

   — Шут · книга
3. «

   Существуют рожденный и нерожденный. Нерожденный способен породить рожденного, а тот не может не родиться. Поэтому всегда рождаются...

   Существуют рожденный и нерожденный. Нерожденный способен породить рожденного, а тот не может не родиться. Поэтому всегда рождаются...

   — Шут · книга
4. «

   Река течет тысячи миль на север. Затем поворачивает на восток и течет непрерывно. Неважно, как она изгибается и поворачивает. Важно, что ее питает горный источник.

   Река течет тысячи миль на север. Затем поворачивает на восток и течет непрерывно. Неважно, как она изгибается и поворачивает. Важно, что ее питает горный источник.

   — Дневник Шута · книга
5. «

   Однажды Володя Кондрашов спросил Шута: Послушай, Валя, почему у тебя нет прозвища? Ведь у всех в классе есть какое-нибудь прозвище. Шут ответил ему вопросом на вопрос: А у тебя тоже есть какое-нибудь прозвище? — Да, меня все зовут Кондриком. — Вот видишь, — улыбнулся Шут. — А меня все зовут Валей.

   Однажды Володя Кондрашов спросил Шута: Послушай, Валя, почему у тебя нет прозвища? Ведь у всех в классе есть какое-нибудь прозвище. Шут ответил ему вопросом на вопрос: А у тебя тоже есть какое-нибудь прозвище? — Да, меня все зовут Кондриком. — Вот видишь, — улыбнулся Шут. — А меня все зовут Валей.

   — Шут · книга
6. «

   Когда на сцену жизни выходит ее величество Политика, разные эротики или амурчики либо испуганно прячутся в боковые проходы, либо начинают плясать под ее дудку и строить только те рожицы, которые она им предпишет.

   Когда на сцену жизни выходит ее величество Политика, разные эротики или амурчики либо испуганно прячутся в боковые проходы, либо начинают плясать под ее дудку и строить только те рожицы, которые она им предпишет.

   — Детство Понтия Пилата. Трудный вторник · книга
7. «

   В сущности, со временем приспосабливается и изменяется только глупость, а ум остается постоянным и независимым — таким, каким был и тридцать лет назад, и во времена Достоевского, и в Древней Греции.

   В сущности, со временем приспосабливается и изменяется только глупость, а ум остается постоянным и независимым — таким, каким был и тридцать лет назад, и во времена Достоевского, и в Древней Греции.

   — Странные умники · книга
8. «

   Меха раздувают пылающий горн, на наковальне куется меч: это та же сталь, что и вначале, но как изменилось ее острие!

   Меха раздувают пылающий горн, на наковальне куется меч: это та же сталь, что и вначале, но как изменилось ее острие!

   — Шут · книга
9. «

   Настоящий Исследователь идет под водой и не захлебывается, ступает сквозь огонь и не обжигается, идет над тьмой вещей и не трепещет. При этом он старается делать что-либо одно в одно время. Если ты ищешь какой-либо предмет в своем столе, ты не должен обращать внимания на другие вещи. Из того, кто ест конфеты во время чтения или слушает радио, когда пишет, не выйдет ничего путного.

   Настоящий Исследователь идет под водой и не захлебывается, ступает сквозь огонь и не обжигается, идет над тьмой вещей и не трепещет. При этом он старается делать что-либо одно в одно время. Если ты ищешь какой-либо предмет в своем столе, ты не должен обращать внимания на другие вещи. Из того, кто ест конфеты во время чтения или слушает радио, когда пишет, не выйдет ничего путного.

   — Шут · книга
10. «

    Жизнь — это непрестанная борьба, в которой каждый борется своим оружием. Умный — своим умом, сильный — силой, подлый — подлостью и т.д.

    Жизнь — это непрестанная борьба, в которой каждый борется своим оружием. Умный — своим умом, сильный — силой, подлый — подлостью и т.д.

    — Шут · книга
11. «

    Послушай, Валя, неужели ты никогда не был влюблен? — спросил у Шута кто-то из родственников. Я же вас не спрашиваю, какими болезнями вы болели в детстве, — ответил Шут.

    Послушай, Валя, неужели ты никогда не был влюблен? — спросил у Шута кто-то из родственников. Я же вас не спрашиваю, какими болезнями вы болели в детстве, — ответил Шут.

    — Шут · книга
12. «

    Однажды Шута спросили: Как поживают твои родители? — Родители? — рассмеялся Шут. Потом добавил серьезно: — Странствующие всегда бездомны.

    Однажды Шута спросили: Как поживают твои родители? — Родители? — рассмеялся Шут. Потом добавил серьезно: — Странствующие всегда бездомны.

    — Шут · книга
13. «

    Между прочим, некоторые монахи, проповедовавшие непротивление злу насилием и полное отрешение от мира, в совершенстве владели каратэ и, случалось, применяли его к тем наглецам, которые мешали им отрешаться и непротивляться.

    Между прочим, некоторые монахи, проповедовавшие непротивление злу насилием и полное отрешение от мира, в совершенстве владели каратэ и, случалось, применяли его к тем наглецам, которые мешали им отрешаться и непротивляться.

    — Шут · книга
14. «

    Шут не приручает никого и себя не дает приручить. Маленький Принц не вернулся на свою планету, а покончил жизнь самоубийством, когда понял, что не может жить ни с Розой без Лиса, ни с Лисом без Розы. Зорко лишь одинокое сердце.

    Шут не приручает никого и себя не дает приручить. Маленький Принц не вернулся на свою планету, а покончил жизнь самоубийством, когда понял, что не может жить ни с Розой без Лиса, ни с Лисом без Розы. Зорко лишь одинокое сердце.

    — Шут · книга
15. «

    Ведь знает шут, наученный судьбой: Приносит радость выигранный бой, Но даже поражение порой Нельзя назвать проигранной игрой.

    Ведь знает шут, наученный судьбой: Приносит радость выигранный бой, Но даже поражение порой Нельзя назвать проигранной игрой.

    — Шут · книга
16. «

    Шут всегда помнит, что самый опасный его противник — он сам.

    Шут всегда помнит, что самый опасный его противник — он сам.

    — Шут · книга
17. «

    Ничто так не сближает, как совместное творчество, совместный поиск, совместные неудачи и находки, когда два совершенно разных и чужих человека вдруг как бы сливаются в единое целое, начинают чувствовать и понимать друг друга так точно и так мгновенно, как никогда не чувствовали и не понимали своих близких.

    Ничто так не сближает, как совместное творчество, совместный поиск, совместные неудачи и находки, когда два совершенно разных и чужих человека вдруг как бы сливаются в единое целое, начинают чувствовать и понимать друг друга так точно и так мгновенно, как никогда не чувствовали и не понимали своих близких.

    — Пушки привезли · книга