24 коротких цитаты Жана Кокто

Подборка из 24 цитаты Жана Кокто: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В Париже все хотят быть актёрами. Участь зрителя никого не устраивает.

   В Париже все хотят быть актёрами. Участь зрителя никого не устраивает.
2. «

   Я люблю кошек, потому что люблю свой дом — и мало-помалу они становятся его видимой душой.

   Я люблю кошек, потому что люблю свой дом — и мало-помалу они становятся его видимой душой.
3. «

   Чтобы жить на земле, надо следовать ее изменчивой моде, а сердце здесь нынче не носят.

   Чтобы жить на земле, надо следовать ее изменчивой моде, а сердце здесь нынче не носят.

   — Двойной шпагат · книга
4. «

   Даже величайший шедевр литературы — всего лишь приведенный в беспорядок словарь.

   Даже величайший шедевр литературы — всего лишь приведенный в беспорядок словарь.
5. «

   Такт в дерзости – это умение почувствовать, до какого предела можно зайти слишком далеко.

   Такт в дерзости – это умение почувствовать, до какого предела можно зайти слишком далеко.
6. «

   Дипломатия – это умение так послать человека к черту, что он станет собираться в путешествие.

   Дипломатия – это умение так послать человека к черту, что он станет собираться в путешествие.
7. «

   Я при любой погоде Так безгранично глуп, Как камень или дуб. Что ж, глупость — дань природе. <...> У сна своя есть тайна - Клад, скрытый с давних пор. Украсть его поможет ковер необычайный - Летающий ковер.

   Я при любой погоде Так безгранично глуп, Как камень или дуб. Что ж, глупость — дань природе. <...> У сна своя есть тайна - Клад, скрытый с давних пор. Украсть его поможет ковер необычайный - Летающий ковер.
8. «

   Человек всё усложняет, поскольку всегда начинает движение с левой ноги. Я думаю, начни он с правой, ему бы повезло больше и неразрешимому нашлось бы решение.

   Человек всё усложняет, поскольку всегда начинает движение с левой ноги. Я думаю, начни он с правой, ему бы повезло больше и неразрешимому нашлось бы решение.

   — Дневник незнакомца · книга
9. «

   Виртуозы не служат музыке; они заставляют ее служить себе.

   Виртуозы не служат музыке; они заставляют ее служить себе.
10. «

    Каким бы классом мы ни ехали, всех нас вместе жизнь на той же огромной скорости, в одном и том же поезде мчит к смерти. Мудрее всего было бы спать всю дорогу до этой конечной станции. Но увы, езда завораживает нас, и мы проникаемся столь неумеренным интересом к тому, что должно бы всего лишь помочь нам скоротать время, что в последний день нам трудно уложить свой чемодан.

    Каким бы классом мы ни ехали, всех нас вместе жизнь на той же огромной скорости, в одном и том же поезде мчит к смерти. Мудрее всего было бы спать всю дорогу до этой конечной станции. Но увы, езда завораживает нас, и мы проникаемся столь неумеренным интересом к тому, что должно бы всего лишь помочь нам скоротать время, что в последний день нам трудно уложить свой чемодан.

    — Двойной шпагат · книга
11. «

    Карта нашей жизни сложена таким образом, что мы видим не одну пересекающую ее большую дорогу, но каждый раз новую дорожку с каждым новым разворотом карты. Нам представляется, что мы выбираем, а выбора у нас нет.

    Карта нашей жизни сложена таким образом, что мы видим не одну пересекающую ее большую дорогу, но каждый раз новую дорожку с каждым новым разворотом карты. Нам представляется, что мы выбираем, а выбора у нас нет.

    — Двойной шпагат · книга
12. «

    Бояться смерти — всё равно что бояться того, что мы ограничены в пространстве.

    Бояться смерти — всё равно что бояться того, что мы ограничены в пространстве.
13. «

    Бывают такие дома, такие жизни, от которых люди благоразумные пришли бы в изумление. Они бы не поняли, как беспорядок, который, казалось бы, не должен продержаться и двух недель, может держаться годами. А они, эти дома, эти сомнительные жизни, держатся, и все тут, многочисленные, незаконные, держатся вопреки всем ожиданиям. Но в одном благоразумие право: если сила обстоятельств действительно сила, то она толкает их в пропасть.

    Бывают такие дома, такие жизни, от которых люди благоразумные пришли бы в изумление. Они бы не поняли, как беспорядок, который, казалось бы, не должен продержаться и двух недель, может держаться годами. А они, эти дома, эти сомнительные жизни, держатся, и все тут, многочисленные, незаконные, держатся вопреки всем ожиданиям. Но в одном благоразумие право: если сила обстоятельств действительно сила, то она толкает их в пропасть.

    — Ужасные дети · книга
14. «

    Прости за зло, которое я не сделал тебе.

    Прости за зло, которое я не сделал тебе.
15. «

    Поскольку смертной казни в школах не существует, Даржелоса исключили...

    Поскольку смертной казни в школах не существует, Даржелоса исключили...

    — Ужасные дети · книга
16. «

    В большом городе можно больше увидеть, зато в маленьком — больше услышать.

    В большом городе можно больше увидеть, зато в маленьком — больше услышать.
17. «

    Мы все — больные и умеем читать только те книги, которые рассказывают нам о наших болезнях.

    Мы все — больные и умеем читать только те книги, которые рассказывают нам о наших болезнях.

    — Портреты-воспоминания · книга
18. «

    Как черные очки, так и меланхолия гасят краски окружающего мира, но сквозь них можно смотреть, не отводя глаз, на солнце и смерть.

    Как черные очки, так и меланхолия гасят краски окружающего мира, но сквозь них можно смотреть, не отводя глаз, на солнце и смерть.

    — Двойной шпагат · книга
19. «

    Что думает мрамор, из которого скульптор высекает шедевр? Он думает: «Меня бьют, меня губят, разбивают, надо мною вершится надругательство, я погибаю». Но мрамор глуп. Жизнь ваяет меня, она творит из меня шедевр. И я должен вынести все удары, даже если не понимаю их. Должен держаться. Должен спокойно принимать всё, помогать ей, сотрудничать с нею, чтобы она смогла завершить своё дело.

    Что думает мрамор, из которого скульптор высекает шедевр? Он думает: «Меня бьют, меня губят, разбивают, надо мною вершится надругательство, я погибаю». Но мрамор глуп. Жизнь ваяет меня, она творит из меня шедевр. И я должен вынести все удары, даже если не понимаю их. Должен держаться. Должен спокойно принимать всё, помогать ей, сотрудничать с нею, чтобы она смогла завершить своё дело.
20. «

    Солнце — опытный любовник, знающий свое дело. Сначала он всего тебя оглаживает своими крепкими ладонями. Обнимает. Охватывает, опрокидывает, и вдруг очнешься, как я, бывало, ошеломленный, с животом, орошенным каплями, похожими на ягоды омелы.

    Солнце — опытный любовник, знающий свое дело. Сначала он всего тебя оглаживает своими крепкими ладонями. Обнимает. Охватывает, опрокидывает, и вдруг очнешься, как я, бывало, ошеломленный, с животом, орошенным каплями, похожими на ягоды омелы.

    — Белая книга · книга