16 фраз Жюльетты Бенцони, которые запоминаются

Ниже 16 цитат Жюльетты Бенцони — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Прошло много дней, длинных дней, когда рассветы и сумерки, ночь и день слились для Катрин. Она находилась между жизнью и смертью, ее сжигала горячка, которая грозила унести ее из царства живых. Она не чувствовала боли, но дух, казалось, покинил тело, чтобы вступить в долгую и утомительную борьбу с призраками страха и отчаяния. Из глубины бездны, в которой она находилась, ей снова и снова виделись ужасные сцены смерти Мишеля и искаженные лица убийц, кружащихся в фантастическом танце вокруг его тела. Изредка свет и покой разума, казалось, возвращался к ней, но тут же вновь возникали незнакомые лица, которые девочка изо всех сил старалась отогнать от себя. — Она поправилась, обрела душу.

   Прошло много дней, длинных дней, когда рассветы и сумерки, ночь и день слились для Катрин. Она находилась между жизнью и смертью, ее сжигала горячка, которая грозила унести ее из царства живых. Она не чувствовала боли, но дух, казалось, покинил тело, чтобы вступить в долгую и утомительную борьбу с призраками страха и отчаяния. Из глубины бездны, в которой она находилась, ей снова и снова виделись ужасные сцены смерти Мишеля и искаженные лица убийц, кружащихся в фантастическом танце вокруг его тела. Изредка свет и покой разума, казалось, возвращался к ней, но тут же вновь возникали незнакомые лица, которые девочка изо всех сил старалась отогнать от себя. — Она поправилась, обрела душу.

   — Катрин · книга
2. «

   Пока добропорядочная Флоренция мирно отходила ко сну, охраняемая солдатами, высокими стенами и сторожевыми башнями, из своих притонов начинали вылезать жители другой Флоренции – Флоренции преступлений и разврата, Флоренции продажных девок и воров. Грязная человеческая пена лезла из всех дыр и щелей, подобно приливу постепенно затопляя весь город.

   Пока добропорядочная Флоренция мирно отходила ко сну, охраняемая солдатами, высокими стенами и сторожевыми башнями, из своих притонов начинали вылезать жители другой Флоренции – Флоренции преступлений и разврата, Флоренции продажных девок и воров. Грязная человеческая пена лезла из всех дыр и щелей, подобно приливу постепенно затопляя весь город.

   — Флорентийка · книга
3. «

   Вы созданы для счастья. Если вы не можете его достичь, это полностью ваша ошибка.

   Вы созданы для счастья. Если вы не можете его достичь, это полностью ваша ошибка.

   — Марианна · книга
4. «

   Может быть, вы только представляетесь женщиной? Может быть, вы на самом деле ангел? Самый прекрасный из всех? Ангел с изумрудными глазами, очаровательный и добрый, в восхитительной оболочке женского тела…

   Может быть, вы только представляетесь женщиной? Может быть, вы на самом деле ангел? Самый прекрасный из всех? Ангел с изумрудными глазами, очаровательный и добрый, в восхитительной оболочке женского тела…

   — герцог Ришелье · книга
5. «

   Счастлив будь, кто счастья хочет, И на завтра не надейся…

   Счастлив будь, кто счастья хочет, И на завтра не надейся…

   — Флорентийка · книга
6. «

   Возьми она сейчас кифару в руки — И станет новой Талией она, Возьми копье – Минервой, а при луке Диане бы она была равна. Ей не навяжет Гнев своей науки, И Спесь бежит ее, посрамлена. Изящество с нее очей не сводит, И Красота в пример ее приводит.

   Возьми она сейчас кифару в руки — И станет новой Талией она, Возьми копье – Минервой, а при луке Диане бы она была равна. Ей не навяжет Гнев своей науки, И Спесь бежит ее, посрамлена. Изящество с нее очей не сводит, И Красота в пример ее приводит.

   — Полициано · книга
7. «

   Я видел их. Казалось, что они идут в рай. Они знали, что с этого момента уже ничто не сможет разлучить их. Они шли в вечность…

   Я видел их. Казалось, что они идут в рай. Они знали, что с этого момента уже ничто не сможет разлучить их. Они шли в вечность…

   — Франческо Бельтрами · книга
8. «

   Гордость пришла на помощь раненому сердцу...

   Гордость пришла на помощь раненому сердцу...

   — На тринадцати ветрах · книга
9. «

   Голос, которому нечего говорить, мало-помалу забывает о том, что можно петь.

   Голос, которому нечего говорить, мало-помалу забывает о том, что можно петь.

   — Марианна и неизвестный из Тосканы · книга
10. «

    Она (жизнь — К.) поступает со мною, как кокосовая пальма: родит много полноценных орехов, но они падают мне на голову.

    Она (жизнь — К.) поступает со мною, как кокосовая пальма: родит много полноценных орехов, но они падают мне на голову.

    — Марианна · книга
11. «

    Мера любви — любить без меры.

    Мера любви — любить без меры.

    — Марианна · книга
12. «

    Наша жизнь – это огромный океан, усеянный рифами. Мы должны в любой момент ждать крушения. Лучше всего приготовиться к нему. Тогда появляется шанс выйти из него живым.

    Наша жизнь – это огромный океан, усеянный рифами. Мы должны в любой момент ждать крушения. Лучше всего приготовиться к нему. Тогда появляется шанс выйти из него живым.

    — Франсуа Видок · книга
13. «

    От ручейка крови лилии на флорентийском гербе не станут краснее.

    От ручейка крови лилии на флорентийском гербе не станут краснее.

    — Флорентийка · книга
14. «

    Я сразу узнаю удачу, едва она появится, ибо она появляется очень редко. Вы и есть моя удача, моя единственная надежда на счастье. Я понял это сразу, когда увидел вас вчера на шумной набережной.

    Я сразу узнаю удачу, едва она появится, ибо она появляется очень редко. Вы и есть моя удача, моя единственная надежда на счастье. Я понял это сразу, когда увидел вас вчера на шумной набережной.

    — герцог Ришелье · книга
15. «

    ...она уже давно знала, что благородные дары, данные ей судьбой при рождении: красота, очарование, ум, мужество — были не бесплатными подарками, но оружием, благодаря которому, может быть, ей удастся завоевать счастье.

    ...она уже давно знала, что благородные дары, данные ей судьбой при рождении: красота, очарование, ум, мужество — были не бесплатными подарками, но оружием, благодаря которому, может быть, ей удастся завоевать счастье.

    — Марианна · книга
16. «

    Ты, моя зеленоглазая колдунья, моя загадочная сирена в руках другого!... Твое тело отдано чужим ласкам, чужим поцелуям...

    Ты, моя зеленоглазая колдунья, моя загадочная сирена в руках другого!... Твое тело отдано чужим ласкам, чужим поцелуям...

    — Наполеон Бонапарт · книга